На самом деле Принц Юнь немного неправильно понял. Его слова были основаны на том, что он знал из своей прошлой жизни.
Да да, Принц Юнь тоже прожил две жизни.
В своей прошлой жизни Принц Юнь прожил немного дольше, чем Принц Цзин, но самое большее на пару месяцев. Он думал, что точно мертв, но кто мог подумать, что таинственный человек внезапно ворвется в столицу и убьет Императора Циня перед тем, как сбежать?
Принц Юнь думал, что после смерти Императора Циня ему больше не придется умирать самому. Но, к сожалению, Император Цинь уже отдал приказы перед своей смертью, и Принц Юнь все равно умер.
После реинкарнации Принц Юнь задавался вопросом, что за сорви-голова это сделал. Иметь такие навыки, но использовать его только напоследок было слишком большой тратой. В конце концов, он ненамеренно обнаружил, что этот человек был мастером боевых искусств в поместье Принца Цзина.
Внешность этого человека была слишком отчетливой. Его неопрятный вид и неопрятная борода вместе с его высоким, крепким и сильным телом производили большое впечатление. Говорили, что после того, как он убил Императора и сбежал, он оставил после себя несколько слов, которые сбили с толку всех присутствующих.
«Ты гребаный мерзавец. Из-за тебя этот папочка больше не может жить на халяву».
Император Цинь был убит во время охоты на королевских охотничьих угодьях. В то время присутствовало много князей и чиновников, и эти слова слышали все.
После реинкарнации Принц Юнь собрал пазл воедино, прежде чем определил, что этим человеком был дикарь Янь из поместья Принца Цзина.
Выяснив это, Принц Юнь заперся в своем поместье, крича и проклиная всех и вся пол ночи. Его беспокойство привело в замешательство все поместье. Только после этого Принц Юнь решил сотрудничать с Принцем Цзином.
Если бы у него не было подстраховки, как мог Принц Юнь поверить в то, что Принц Цзин выйдет победителем?! Конечно, характер Принца Цзина стоил доверия Принца Юня. Но для него принятие такого серьезного решения было основано не только на этих разрозненных рассуждениях. Было еще много-много вещей, но все это было невозможно описать словами.
Принц Юнь чувствовал, что, поскольку небеса дали ему еще один шанс жить, судьба должна что-то припасти для него. В этой жизни он изменился. Этот апатичный Принц Цзин тоже изменился.
Его собственные изменения проистекали из его чувства вины и раскаяния по отношению к той женщине перед своей смертью. В этой жизни он был настроен наверстать упущенное с ней. Что касается изменений Принца Цзина, Принц Юнь предположил, что это было сделано ради изменения их судьбы.
Не было причины почему хорошие люди не могут прожить долгую жизнь, ведь так?
В противном случае, кто захочет быть хорошим в будущем!
Принц Юнь несколько раз говорил своей супруге о своих мыслях, но, к сожалению, она ему так и не поверила. Она всегда давала ему затрещину по голове и спрашивала: «Ты случайно не болен, а?!»
Каждый раз, когда это происходило, Принц Юнь мог только глупо смеяться. Никто не знал, что это были его настоящие мысли.
По какой-то причине, несмотря на то, что Принц Цзин не рассказал ему о своих планах, Принц Юнь почувствовал облегчение.
Как бы то ни было, он действительно не был подходящим вариантом для великих дел. Ему лучше вернуться и придумать, как успокоить свою супругу. Если что-то действительно не сработает, он может просто сделать то, что сказал ранее, украсть свою мать и сбежать.
Земля под небом принадлежала Императору, но еще оставались земли за ее пределами. Например, за морем….
Почему ему никто не верит, когда он говорит правду?! Почему? Если что-то действительно не удастся, он определенно не будет содействовать побегу этого человека с каменным лицом!
Принц Юнь глубоко вздохнул и сел в карету. Карета медленно катилась вперед.
***
Поскольку Император Си был без сознания, во дворце было особенно тихо во время празднования тридцать пятого Нового года по календарю Си.
Все песни, танцы и банкеты были отменены, и чиновники и дворянство, естественно, не могли быть слишком оживленными. Но за тысячи миль отсюда в поместье Принца Цзина провинции Цзин не было таких ограничений.
К сожалению, поместье Принца Цзина всегда было довольно простым. Новогодняя ночь прошла так же, как и раньше: на банкет собралась вся семья.
Семья Ли тоже присутствовала, но, несмотря на радостное событие, Ли Сюэ Бин и Ци Ши не могли улыбнуться.
Это было потому, что Ли Хун Чан и Ли Хун Цянь не приехали на празднование в этом году. Фактически, они не возвращались с тех пор, как уехали.
Несколько дней назад Ли Сюэ Бин отправил Евнуху Фу сообщение с просьбой об этом.
Пробыв какое-то время в поместье Принца Цзина, семья Ли уже не была такой бесстрашной, как раньше. Особенно по отношению к своему королевскому племяннику они стали более уважительными. Тут ничего не поделаешь. Поместье Принца Цзина было настолько большим, что за время их пребывания они многое повидали. Люди, на которых они могли только смотреть снизу вверх, не приближаясь в прошлом, отдавали дань уважения Принцу Цзину. Они неизбежно чувствовали некоторое благоговение перед ним в своих сердцах.
Конечно, это относилось только к Ли Сюэ Бину. Ци Ши оставалась в их павильоне круглый год. Она только ходила к своей дочери, и не сильно отличалась от прошлой себя.
Из-за этого чувства благоговения Ли Сюэ Бин не посмел небрежно беспокоить Принца Цзина, как раньше, и вместо этого послал сообщение Евнуху Фу.
Евнух Фу ответил: «Господин-дядя, для двоих молодых господ сейчас решающий момент. У военных нет традиции возвращаться домой встречать Новый год. Два молодых господина - образцы для подражания, как они могут не соблюдать условности?»
На самом деле, пока Евнух Фу говорил это, двух братьев Ли тренировали в казарме. Они бесконечно жаловались, плакали по папе и маме, но, к сожалению, это было бесполезно.
От слов Евнуха Фу настроение Ли Сюэ Бина было чрезвычайно сложным. Слова «образцы для подражания» заставляли его молча радоваться, но тот факт, что они не могли вернуться, заставлял его быть немного мрачным. В конце концов, его безмолвное ликование взяло верх. Поскольку они могли стать образцами для подражания, их перспективы, естественно, были многообещающими. Для их перспектив тот факт, что он скучал по ним, естественно, был не так важен.
Он также стал утешать Ци Ши. В результате господин и госпожа семьи Ли улыбались на банкете, но не искренне.
Консорт сегодня неожиданно не пришла. Говорили, что она была прикована к постели, но было ли это правдой или нет, у Принца Цзина и Сяо Хуа были свои мысли.
Консорт была упрямой и держала обиду на Принца Цзина. Ей хотелось вызвать у него раздражение. Действительно ли ее действия вызывали у него раздражение, знали только небеса.
Банкет скоро закончился. Принц Цзин отказался от любезностей и приказал всем разойтись. Затем он поспешил обратно в западный павильон с Сяо Хуа. Там их ждали двое детей.
Сейчас дети уже могли ходить и разговаривать. Они были слишком энергичны по сравнению с прошлым. Когда они были моложе, они засыпали, когда темнело. Теперь это было не так просто, и они играли до поздней ночи.
Особенно в новогоднюю ночь. Принц Цзин и Сяо Хуа хотели провести ее вчетвером как семья, но им пришлось пойти и сидеть с другими. Они чувствовали себя немного виноватыми перед малышами и, естественно, хотели поспешить к ним.
Когда они вернулись, дети переоделись в свою повседневную одежду. Кормилицы привели Йи Йи и Чжо'эра к ним.
Зимняя одежда была плотной, и дети покачивались на ходу. Прежде чем они успели наброситься на них, Сяо Хуа подняла одного. Другого естественно взял Принц Цзин.
«Папа, мама, где вы были?», - сказал Чжо'эр. Он действительно не был похож на двухлетнего ребенка. Его грамматика была очень правильной и отчетливой. Хотя его предложения были недлинными, но смысл понимали все взрослые.
«Плохие, пропали».
Для сравнения, Йи Йи говорила много, но ее предложения были очень неструктурированными. Эта черта была немного схожа с манерой речи Принца Цзина. Поэтому он полюбил свою дочь еще больше.
Сяо Хуа виновато улыбнулась и не могла заставить себя солгать детям. Ей оставалось только задать вопрос в ответ: «Разве мы не вернулись?»
Детей в этом возрасте все еще было легко успокоить. Сначала они еще помнили, что их родители ушли, но вскоре их внимание было отвлечено действиями Сяо Хуа. Она помогла двоим снять обувь, и все четверо сели возле печи.
Стол на печи был заполнен различной выпечкой и закусками. Это все могли есть дети.
«Сегодня мы не ложимся спать в честь Нового года?»
Сяо Хуа посмотрела на детей, а затем посмотрела на него. Она улыбнулась и сказала: «Конечно».
Хотя план был таков, два малыша скоро устали. Сяо Хуа решила не говорить кормилицам забрать их, а вместо этого сняла с них верхнюю одежду и позволила им спать возле печи.
Поскольку было еще рано, они стали небрежно болтать. Они говорили о Ли Мяо Лянь после ее замужества. Они говорили о том, что господин-дядя и его жена выглядели унылыми сегодня вечером, вероятно, скучая по своим сыновьям. Они говорили о том, как главная наложница Цяо продолжала бросать взгляды на Принца Цзина во время банкета.
Когда упомянули главную наложницу Цяо, тон Сяо Хуа был на самом деле поддразнивающим, заставляя Принца Цзина краснеть. Он казался немного смущенным.
На самом деле темы их разговоров всегда были довольно банальными. Проведя вместе более двух лет, они слишком хорошо знали друг друга. Они знали, что означают взгляды или жесты друг друга. Сяо Хуа также становилась все более непринужденной с Принцем Цзином. Он больше не был возвышенным Принцем Цзином, которого можно было только уважать, но не любить. Напротив, это был мужчина, на которого она могла положиться и с которым можно было сотрудничать.
Возможно, такая сцена показалась бы посторонним утомительной, но им двоим нравился комфорт такого рода тихого общения. Особенно когда все четверо были вместе.
«Ты с детьми никогда не были за пределами поместья. Когда у нас будет время, мы можем пойти».
Сяо Хуа улыбнулась и кивнула: «Конечно».
***
Сяо Хуа думала, что Его Высочество упомянул это просто небрежно, но он был неожиданно серьезен.
В марте Нового года, когда трава начала расти и птицы начали петь, Принц Цзин взял Сяо Хуа в путешествие.
Конечно, двое детей тоже поедут с ними. Сяо Хуа была очень счастлива и начала подготовку, не особо задумываясь об этом.
Поскольку они везли детей, им пришлось взять с собой довольно много вещей. Сяо Хуа также спросила Принца Цзина, куда они направляются, но он не назвал конкретное место. Он просто сказал, что это немного далеко от поместья, и поездка займет около десяти дней.
Некоторым необходимо было остаться в западном павильоне. Сяо Хуа в конечном итоге взяла с собой Дин Сян и Чунь Цао. Две кормилицы сопровождали Чжо'эра и Йи Йи, а также взяли четырех дворцовых служанок. Что касается того, что им нужно было упаковать, Дин Сян помогла все организовать, и Сяо Хуа не нужно было об этом беспокоиться.
После двухдневной подготовки они уехали на третий день.
На этот раз не было слишком много карет. Всего было пять черных экипажей, окруженных примерно десятью охранниками, замаскированными под обычных людей. На первый взгляд, они походили на путешествующих господ из богатого дома.
По пути они останавливались в разных местах, как будто путешествовали без определенной цели. Они останавливались в городах, мимо которых проезжали, а по ночам они снимали небольшой павильон.
Сяо Хуа можно было назвать настоящим отшельником. Она никогда не выходила за пределы поместья. Эта поездка действительно расширила ее кругозор.
Принц Цзин водил ее по улицам, водил за покупками, водил в рестораны и водил в храмы. Внешний мир был и знакомым, и чужим. Знакомым - из ее давних воспоминаний, чужим - от всех удивительных вещей, с которыми она сталкивалась.
Двое были одеты не так, как обычно в поместье, а как простые люди. Хотя за ними следовали охранники, они тоже были замаскированы и обычно смешивались с толпой. Сяо Хуа даже съела немного вонтонов (*похожи на манты) у уличного торговца. Хотя ингредиенты и текстура явно уступали тому, что было у бабушки Хэ в поместье, но Сяо Хуа все же чувствовала, что это было очень вкусно.
Принц Цзин никогда не ел еду вне поместья. Если быть точным, кроме еды бабушки Хэ, он редко ел что-нибудь еще. Сейчас он пробовал вонтоны. С его точки зрения, это действительно было не таким уж и вкусным, но, видя, как она с удовольствием ест, он подсознательно доел свою порцию.
Каждый раз, когда они останавливались в больших городах, Принц Цзин брал Сяо Хуа на ночной рынок. Ночной рынок был очень оживленным, и было много доступных закусок. Сяо Хуа наедалась, пока не начинал болеть живот, прежде чем позволить Принцу Цзину тащить ее за собой, говоря, что она больше не может ходить самостоятельно.
Жители провинции Цзин были весьма непредубежденными, потому что все они были близки друг к другу. С тех пор, как Сяо Хуа увидела на ночном рынке молодую супружескую пару, державшуюся за руки, она не могла перестать думать об этом, и она воспользовалась возможностью, чтобы взять за руку Принца Цзина, отказываясь отпускать ее.
Огни ночного рынка были яркими и великолепными, и Сяо Хуа казалось, что она во сне. Прожив две жизни, Сяо Хуа почувствовала, что это самое счастливое время за обе ее жизни.
«Ваше Высочество, когда Вы будете свободны в будущем, мы можем снова приехать сюда?»
Принц Цзин крепко сжал ее руку: «Конечно».
В этот момент она ярко и красиво улыбнулась на фоне шумной толпы позади нее. Эта сцена долгое время оставалась в памяти Принца Цзина. Настолько долго, что он все еще помнил о ней в глубокой старости.
Примечания автора:
Сразу хочу сказать, что Принц Цзин брал Сяо Хуа с собой не для развлечений.
http://tl.rulate.ru/book/42762/1207183
Сказали спасибо 106 читателей
Принц Юнь - ещё один попаданец!!!!
Автор в своём уме?!!