Ровно в полдень Императрица Сяо приказала своей личной дворцовой служанке привести себя в порядок перед тем, как поспешить в Пурпурный Императорский зал.
У ворот Пурпурного Императорского Зала она столкнулась с главной наложницей Сю, которая вышла после того, как выразила свое почтение.
Главной наложнице Сю было уже за сорок, но время не оставило на ней следов. Ее телосложение было все еще таким же тонким и изысканным, как всегда, как мягкая ива на ветру. В ее глазах был намек на мягкость, а внешний вид был чрезвычайно простым и аккуратным.
Императрица Сяо была противоположностью. Изящное и роскошное, все ее тело было исполнено величества. Хотя она была старше главной наложницы Сю на несколько лет, она все еще не казалась старой и выглядела чуть старше тридцати. Женщины во дворце тратили много времени на поддержание своей внешности, и у них двоих был самый высокий статус из всех женщин под небом. Неудивительно, что они все еще выглядели в расцвете сил без каких-либо признаков старения.
«Приветствую Императрица!» Главная наложница Сю соблюдала дворцовый этикет и уважительно приветствовала Императрицу Сяо.
Поднявшись, она нежно улыбнулась: «Старшая сестра здесь, чтобы навестить Его Величество? Его Величество сегодня в прекрасном расположении духа. Все из-за сердечной заботы старшей сестры Императрицы последние несколько дней».
Императрица Сяо подмигнула главной наложнице Сю: «Его Величество - Император, а также муж этой Императрицы. Эта супруга, естественно, будет искренне заботиться о нем».
Сказав это, Императрица Сяо провела людей позади себя в Пурпурный Императорский Зал.
Главная наложница Сю улыбнулась в спину Императрице, прежде чем повела личных дворцовых служанок к своему собственному дворцу Чуньлуань (*чистый Луань (мифическая птица)).
<Внутри Пурпурного Императорского Зала>
«Императрица, я уже давно говорил Вам, что Вам не нужно так много работать. Императрице нет необходимости делать это лично. Для чего нужны все слуги?»
«Ваше Величество, только послушайте, что Вы говорите. Вы Император, а также муж этой слуги. Если тело мужа болеет, разве эта Ваша жена не должна Вам помочь?»
Последние несколько слов Императрицы Сяо невольно рассмешили Императора Си. Гнев, вызванный наследным принцем за последние пару дней, внезапно улетучился. Тем более, что Императрица никогда не просила у него снисхождения к наследному принцу, когда он делал ему выговор. Ее отношение было все еще очень естественным, поскольку она приходила каждый день служить ему, заставляя Императора Си чувствовать удовлетворение в своем сердце.
Помимо удовлетворения, он также чувствовал легкое сожаление.
«Наследный принц действительно слишком незрелый».
Услышав это, Императрица Сяо не показала никаких колебаний. Она дала Императору лекарство, проверила температуру и начала помогать Императору Си выпить его.
Только после того, как Император Си допил, она вздохнула и сказала: «Наследный принц немного незрелый и не все продумал как следует. Как он мог послушать других и представить такой меморандум. В нашей Великой династии Си всегда были эти правила для вассальных принцев, и мы всегда следовали традициям. Вассальные принцы обладают военной властью, но это также находится под контролем императорского двора. Они также его братья. Понятия не имею, о чем думал этот ребенок».
Услышав беспристрастные слова Императрицы Сяо, Император Си в конце концов взял ее за руку и успокаивающе сказал: «Наследный принц еще молод. Его нельзя винить в том, что он иногда доверяет окружающим. Мы можем винить только тех, кто подстрекает к делу на стороне. Таких людей нельзя щадить».
Император Си, похоже, забыл, что наследному принцу за тридцать. Он уже не был молодым.
«Ваше Величество, Вам не нужно защищать наследного принца. Эта слуга увидела, что, получив выговор, он заперся в восточном дворце, чтобы осмыслить свои действия. Понятно, что он сделал это не намеренно. Однако, даже если это было непреднамеренно, ошибки есть ошибки, и Вы должны должным образом наказать его за это».
Позиция Императрицы Сяо очень обрадовала Императора Си, и он ответил: «Хорошо, можно немного поучить ребенка, когда он совершает ошибку. Императрице не нужно быть слишком строгой. В конце концов, Чжао'эр - наследный принц. Ничего страшного, если он поразмышляет несколько дней. В противном случае посторонние могут подумать, что отношения между отцом и сыном не гармоничные».
Императрица Сяо испустила вздох облегчения в своем сердце, но также и след холода. Она раздраженно изобразила: «Вы просто хотите его разбаловать!»
Император Си расхохотался: «Как его мать Вы так строги, как и его царственный отец, я, естественно, должен немного защищать его. В противном случае Вы будете издеваться над этим ребенком».
Эти слова звучали не так, как то, что сказали бы сын небес династии и его Императрица, а скорее как то, что сказали бы муж и жена семьи с рынка, когда их ребенок плохо себя вел.
Но как все было на самом деле никто не мог прояснить, но только Императрица Сяо, которая сопровождала Императора Си на протяжении нескольких десятилетий.
Императрица Сяо немного поговорила с Императором Си, прежде чем помогла ему лечь и отдохнуть. Хотя Император Си якобы снова был здоров, имперский врач также сказал, что ему лучше отдыхать вне помещения двора.
Покинув Пурпурный Императорский Зал и вернувшись в свой дворец Фэнци (*жердь/место феникса), Императрица Сяо с облегчением вздохнула.
Вспоминая слова Императора Си, ее сердце было несчастным.
Его слова не были ложью. Как его жена на протяжении нескольких десятилетий, она все еще очень хорошо его понимала. Но поскольку она слишком хорошо его понимала, она также могла видеть его намерение избежать проблемы.
Император Си не был блестящим стратегом, но он по-прежнему был умным правителем. Его единственная проблема заключалась в том, что его сердце было немного мягким, особенно по отношению к этой главной наложнице Сю.
Никто не хотел, чтобы их муж все больше отдавал предпочтение другой женщине, даже если именно Императрица должна была быть образцом для подражания для всех женщин под небесами. Он даже неоднократно нарушал законы ради этой женщины. В противном случае Императрице Сяо не пришлось бы бороться с главной наложницей Сю в течение нескольких десятилетий.
Император Си действительно дорожил Чжао’эром, но еще больше он дорожил двумя сыновьями главной наложницы Сю. Такая заветная любовь заставила амбиции главной наложницы Сю разрастаться, и Императрице Сяо оставалось только обороняться.
Императрица Сяо часто невольно задавалась вопросом, если бы она не была его главной женой, если бы они не были женаты несколько десятилетий, если бы она не была его Императрицей, был бы дворец уже в руках этой женщины, главной наложницы Сю?
На этот вопрос не было ответа.
Дело уже зашло за грань добра и зла. Сердце Императрицы Сяо давно было наполнено болью. Все, что она хотела сейчас - это увидеть, как наследный принц благополучно взойдет на престол.
На этот раз меморандум также должен был проверить ситуацию. Поскольку наследному принцу сделали выговор, стало ясно, что Император Си не желал комментировать идею уменьшения военной власти вассальных принцев. Она знала, что во многом это произошло из-за действий главной наложницы Сю за кулисами, но не то чтобы она сама ничего не делала. К счастью, она была знакома с характером Его Величества, хотя это все еще было минимальным преимуществом.
Основываясь на своих текущих расчетах, Императрица Сяо знала, что они не могут действовать опрометчиво, и поручила доверенному помощнику передать ее послание наследному принцу.
Наследный принц все это время был обеспокоен. Получив сообщение Императрицы Сяо, он вздохнул с облегчением, зная, что его царственный отец не собирался винить его. Несмотря на это, его действия стали более усердными, когда он каждый день приходил в Аметистовый Императорский Зал, чтобы отдать дань уважения, а также вручил Императору Си записку с покаянием.
Прочитав записку, Император Си был чрезвычайно доволен наследным принцем, и последняя капля недовольства наследным принцем в его сердце исчезла.
В этом случае Император Си наказал помощника чиновника в восточном дворце. Причина заключалась в том, что он сбил с пути наследного принца, сделав что-то не так. К счастью, наследный принц внезапно раскаялся и снова встал на правильный путь.
Что же до того, что произошло на самом деле, то старые судьи в суде это прекрасно понимали.
Наследный принц проверил двух вассальных принцев и закончил борьбу вничью. Единственным несчастным был козел отпущения, который «сбил с пути наследного принца».
Все эти старые чиновники, которые столько лет бродили по двору, были очень резкими. Они с самого начала держались в стороне. Что же до тех, кто понимал меньше и прыгнул в омут с головой, их результат был таким же, как и у тех смертных, которые потерпели бедствие, когда сражались бессмертные.
Конечно, это были мелочи, о которых никто не волновался.
***
Несмотря на то, что они говорили, что на самом деле это не повлияет на них, как они могли бы чувствовать себя комфортно, если бы у них не было реального заключения?
Новости из столицы непрерывным потоком поступали в поместье Принца Цзина. После различных анализов, проведенных Принцем Цзином и Хуан Цинем, их сердца постепенно успокоились.
Также поступили новости от «крота», и, сравнив обе стороны, Принц Цзин в основном ясно понимал ситуацию в столице.
Проще говоря, горящие городские ворота стали причиной гибели рыб в пруду. К счастью, в этом случае дыма было больше, чем огня.
Чего Принц Цзин не ожидал, так это того, что обе стороны начнут проверять друг друга в столь раннем возрасте. Придя к такому выводу, он также приготовился внести некоторые изменения в свои планы.
Занявшись делами, у него не было свободного времени, чтобы заглянуть в западный павильон.
После того, как он был занят в течение всего дня, он вернулся в Зал Великолепия уже в полночь.
Обычно высокий и опрятный Принц Цзин был похоронен бумагами за своим столом в последние несколько дней. Он также привык не менять позу. Хотя на поверхности это было не видно, Евнух Фу мог сказать, что Принцу Цзину некомфортно.
Посидев в зале, Принц Цзин планировал отправиться в западный павильон. Но, глядя на время и вспоминая, что вставать надо рано, он отказался.
«Ваше Высочество ощущает дискомфорт в Ваших костях?», - спросил Евнух Фу сбоку.
Увидев, что Принц Цзин хранит молчание, он снова заговорил: «Жаль, что уже поздно. Наложница Хуа определенно уже легла спать, иначе мы могли бы помочь Вам расслабиться. Это определенно было бы удобнее».
Когда упомянули Сяо Хуа, мрачное лицо Принца Цзина наконец стало немного теплее.
Думая об этом «маленьком цветке», Принц Цзин вспомнил, как она суетилась, когда помогала ему делать массаж. Такие вещи, как невыдерживание одной и той же позы слишком долго, необходимость двигаться после некоторого времени сидя, и даже если он не вставал, он должен немного разминать шею, чтобы мышцы не были жесткими...
Он несколько раз слегка размял шею, из-за чего раздался легкий треск.
Евнух Фу испугался, хотя Принц Цзин ничего не почувствовал. Он только почувствовал, что вытягивание шеи заставило его внезапно почувствовать себя живым и что он уже не такой деревянный, как раньше.
Конечно жив, но он все еще чувствовал сильную боль.
«Ваше Высочество, поскольку это делается ради Вашего тела, этот старый слуга решил, что, поскольку наложница Хуа - госпожа, мы не можем всегда заставлять ее выполнять столько работы. Этот слуга специально нашел того, кто умеет делать массаж. Как насчет того, чтобы этот человек немного помог Вам расслабить мышцы?»
Принц Цзин особо не задумывался об этом и только вспомнил, как устала Сяо Хуа в последний раз. Он чувствовал, что слова Евнуха Фу имеют много смысла, и не отказался.
Если бы он мог расслабиться, он бы не чувствовал себя так болезненно по утрам.
На лице Евнуха Фу было видно счастье, и он отправился все организовать.
Через некоторое время он вернулся и организовал место для массажа Принца Цзина.
Это была та же самая кушетка, где Сяо Хуа впервые помогла Принцу Цзину расслабиться. После того, как Сяо Хуа покинула Зал Великолепия, слегка приподнятая кушетка никогда не убиралась в сторону. Даже первоначальная вышивка сохранилась.
«Ваше Высочество, как насчет того, чтобы принять ванну перед тем, как начать?»
Наблюдая столько раз, он кое-что узнал. Евнух Фу знал, что наложница Хуа всегда заставляла Принца Цзина принять ванну, прежде чем делать ему массаж.
Евнух Фу помог Принцу Цзину сесть на кресло и сказал: «Этот слуга также принес мазь доктора Ху. Как насчет того, чтобы Ваше Высочество снимает рубашку?»
Принц Цзин пробормотал себе под нос, прежде чем покачать головой.
Евнух Фу больше ничего не сказал. После того, как Принц Цзин лег на живот, он махнул рукой и пригласил человека войти.
Вошла, что удивительно, молодая девушка по имени Цянь Си. На ней была маленький розовый жакет, ее талия была туго сжатой и выглядела гибкой. Пара ясных глаз в форме лепестков персика была наполнена любопытством и опасением.
Евнух Фу приложил немало усилий, чтобы устроить эту партию дворцовых служанок низкого ранга. Не говоря уже ни о чем другом, он даже нанял кого-то, чтобы обучить тех, кого он обнаружил, некоторым навыкам массажа.
Евнуху Фу очень нравилась молодая девушка по имени Цянь Си. Это произошло не только из-за ее внешности и глаз. Она также была умным человеком и приложила все усилия, чтобы овладеть навыками. Она была самой опытной из этих восьми человек.
У всех были амбиции. Евнуху Фу нравились люди с такими амбициями. В общем, Евнух Фу не возражал подтолкнуть ее к «восхождению к небесам».
Принц Цзин лежал вниз головой и, естественно, не видел пришедшую. Только когда он почувствовал прикосновение к своей спине, он понял, что это была девушка. Он почувствовал какое-то отвращение в своем сердце, но, поскольку он чувствовал боль во всем теле, он заставил себя терпеть это.
После массажа он, казалось, действительно почувствовал себя намного лучше. После получасового массажа Принц Цзин сел. Он, естественно, не видел запыхавшуюся молодую девушку, которой Евнух Фу намекнул встать на колени своим взглядом.
«Высочество, Вам лучше?»
Принц Цзин ничего не сказал. Он надел туфли и вышел.
После того, как Принц Цзин заснул, вышел Евнух Фу. Цянь Си все еще была в зале и не ушла.
«Евнух Фу».
Евнух Фу улыбнулся и оценивающе взглянул на нее, сказав: «Очень хорошо сделано. Это хорошее начало. Меньше говори и больше делай, так будет хорошо».
Он увидел счастливое выражение лица и сверкающие глаза Цянь Си.
Он нахмурился и сказал: «Сдерживай выражение своего лица. Твой взгляд также должен быть более сдержанным».
Цянь Си вспомнила, что Евнух Фу сказал в прошлом, и наполовину опустила голову.
Евнух Фу снова посмотрел, прежде чем удовлетворенно кивнуть головой.
«Так-то лучше. Наше Высочество не любит суетливых».
http://tl.rulate.ru/book/42762/1118206
Сказали спасибо 126 читателей