Хотя пять великих мастеров владели своими землями и обычно редко общались между собой, будучи людьми одного уровня, они неизбежно имели личные связи. Подобно тому как Бай Янь и Фачжао были близкими друзьями, Сяояоцзы и Вэй Цюй также были старыми знакомыми Пламенного Императора. В этом сражении они давно скрывались в тени, наблюдая за происходящим со стороны, и потому успели распознать метод культивации Линь Дань.

Каждый, кто доводит клинок Асуры до совершенства, в итоге поднимает в мире боевых искусств кровавые бури. Возможно, те, кто практиковал его прежде, погибли сотни или даже тысячи лет назад, но ужасающие воспоминания, которые они оставили после себя, так и не поблекли. Не только секта Бай Яня оставила наставления, требующие уничтожить любого преемника клинка Асуры, но и в других школах существовали подобные суровые предостережения.

Будучи владыкой города Ляньюнь и сильнейшим мастером континента Дунтан, Бай Янь должен был выступить вперёд, чтобы избавить мир от этой угрозы. Однако сейчас он, напротив, крепко заслонял Линь Дань собой.

– Нападайте вдвоём, – произнёс он.

Бай Янь когда-то бросил вызов четырем старым великим мастерам и одержал полную победу, но тогда это были одиночные поединки. Сегодня же он позволил двум великим мастерам напасть одновременно. Сяояоцзы и Вэй Цюй поначалу испытывали опасения, но, увидев такое высокомерие, больше не колебались. В одиночку они могли не быть уверены в успехе, но вдвоём их боевая мощь была гораздо выше, чем просто сумма двух сил. Разве могли они проиграть одному человеку?

– Тогда мы не будем скромничать! – воскликнул Сяояоцзы. – Император Облаков, этот демон рано или поздно станет великим бедствием для всех нас. Мы получили наставления своих сект и обязаны лично искоренить это зло ради народа. Хотя наш союз в этот раз может показаться бесчестным, он оправдан обстоятельствами. Надеемся на ваше великодушие и призываем вас не потакать злодею, укрывая его!

Сяояоцзы и Вэй Цюй всё же пытались сохранить лицо, поэтому произнесли несколько праведных слов, прежде чем перейти к атаке.

Бай Янь холодно хмыкнул и встретил врагов лицом к лицу.

Троица мгновенно сцепилась в бою. Линь Дань с трудом повернула голову, желая воочию увидеть величие сильнейшего мастера мира.

Мастер Фачжао, читая сутры, воздвиг вокруг Линь Дань несокрушимый «золотой колокол», защищая её. Он решил встать на сторону Линь Дань не из-за просьбы друга, а следуя зову своего сердца. Он знал, что Линь Дань не злой человек.

Бай Янь оглянулся на Линь Дань, словно беспокоясь о ней, но битва между великими мастерами не допускает ни малейшей расслабленности. Вэй Цюй, уловив эту мимолётную брешь, немедленно нанёс удар ладонью, но попал в пустоту. Тело Бай Яня рассеялось, подобно облачному туману, и в следующее мгновение снова сгустилось прямо за спиной Вэй Цюя. Легкий, почти невесомый удар ладонью заставил противника сплюнуть кровь и с грохотом рухнуть на землю; тот долго не мог подняться.

Сяояоцзы нанёс стремительный выпад мечом, но снова пронзил лишь сгусток тумана. Бай Янь явно стоял прямо перед ним, но был призрачен, как дым, лишён физического тела и в миг исчез.

Глаза Сяояоцзы расширились от ужаса. Он попытался снова ударить мечом, но каким бы ни был его поиск, он не мог найти след Бай Яня. Словно безумец, он начал яростно рубить воздух. Стоило ему отвести меч, как призрачный силуэт Бай Яня появлялся именно в том месте, куда только что был нанесён удар. Со временем Сяояоцзы весь покрылся холодным потом, лицо его исказилось, а рассудок помутился. Ещё до того, как Бай Янь применил настоящий приём, он уже был морально разбит.

Бай Яню, похоже, тоже не хотелось больше тратить время. Он внезапно возник за спиной Сяояоцзы и точно так же сбил его с ног. Всё это время он водил двоих вокруг пальца, используя причудливую технику передвижения, и за всё время применил всего два удара ладонью. Меньше чем за полчаса он одолел двух великих мастеров.

Линь Дань могла видеть насквозь «шаг восьми триграмм иллюзии» Ду Гу Хун, но технику Бай Яня она совершенно не понимала. Она не сомневалась: если бы Бай Янь всерьёз решил сразиться, даже все остальные пять великих мастеров, объединившись, не стали бы ему соперниками. Этот человек был силён – настолько, что за пределами любого воображения!

Бай Янь легко приземлился на землю. Его белые одежды были безупречны, волосы гладки, словно он и не участвовал в бою.

– Согласно правилам, если бы я убил вас сегодня, все ваши земли перешли бы в мою собственность, – медленно произнёс он. – Вы должны знать: даже если бы я был жестоким, безжалостным и беспринципным, никто в поднебесной не осмелился бы выступить против меня, чтобы отомстить за вас, ибо у них нет таких способностей.

Сяояоцзы и Вэй Цюй один за другим сплюнули кровью, на их лицах читались ненависть и страх.

– Не делай другим того, чего не желаешь себе. Если не хотите закончить так же, в будущем держитесь от меня подальше, – внезапно сменив тон, Бай Янь всё же оставил им путь к спасению.

Сяояоцзы и Вэй Цюй поспешно поднялись, чтобы поблагодарить его, после чего, поддерживая друг друга, спустились к середине горы, где их забрали подчинённые. С тех пор они затаились, не смея противостоять Бай Яню и тем более упоминать об уничтожении Линь Дань. После этой битвы они не только потерпели поражение, но и узнали страшный факт: сила Бай Яня давно превзошла уровень великого мастера.

– Как ты себя чувствуешь? – Бай Янь подошёл к Линь Дань. Он хотел коснуться её щеки, но быстро отбросил эту мысль. Все кости в её теле были раздроблены, и он не смел лишний раз её тревожить.

– Я в порядке. Ты ведь знаешь, мой метод культивации может автоматически восстанавливать тело, – бодро ответила Линь Дань. Главное, что она жива, а любые, даже самые тяжёлые раны для неё ничего не значили. Она помолчала и добавила: – Спасибо вам.

Если бы не Бай Янь и Фачжао, она, не в силах пошевелиться после великой битвы, наверняка уже стала бы призраком под ладонями Сяояоцзы и Вэй Цюя.

– Не ожидала, что два великих мастера окажутся настолько подлыми и коварными, теперь я расширила свой кругозор, – пошутила она.

Камень, лежавший на сердце Бай Яня, наконец упал. Он тихо рассмеялся:

– Великие мастера тоже люди, у них тоже есть эгоизм, не считай их слишком благородными. Разве ты сама, став великим мастером, не была настолько бедна, что не могла купить еды?

Линь Дань рассмеялась, её губы слегка изогнулись, а глаза засияли.

Бай Янь вдруг пристально посмотрел на неё, и в его взгляде смешались переживание и облегчение. Он уже решил: если бы жизни Линь Дань грозила опасность, он бы нарушил все правила мира боевых искусств и пошёл бы против воли всего поднебесного, но убил бы Пламенного Императора, чтобы спасти её. Однако она принесла ему огромную радость: она не только не проиграла, но и благодаря невероятной воле и изощрённому владению клинком одержала победу. Казалось, у неё нет пределов, и она раз за разом разрушает его устоявшиеся представления.

– Это таблетка возвращения весны, священное лекарство города Ляньюнь для исцеления ран. Я помогу тебе её принять. Так ты поправишься быстрее, – Бай Янь достал заранее приготовленную пилюлю, дал её Линь Дань и осторожно напоил водой.

– Амида Будда. Возможно, великий закон нирваны, который я практикую, также поможет мирянке. Прошу вас, расслабьтесь, и я передам вам немного живой энергии, – мягко произнёс мастер Фачжао.

Однако Линь Дань отказалась от его помощи, решительно сказав:

– Мастер, передача живой энергии действительно облегчит мою боль, но, на мой взгляд, перенесение страданий – это тоже своего рода духовная практика. Если сейчас я приму вашу энергию, чтобы мне стало легче, то смогу ли я в будущем, ради собственного комфорта, начать убивать невинных? Я должна привыкнуть к этой боли. Она держит меня в сознании и напоминает о том, что я – это я, я Линь Дань, а не какой-то там Асура.

Мастер Фачжао, который до этого ещё колебался, теперь окончательно успокоился. Он сложил ладони в приветствии и с уважением произнёс:

– Амида Будда. Мирянка, вы обладаете буддийской судьбой и мудрым сердцем. Это я был ослеплён внешним образом! Раз здесь всё улажено и вас оберегает император Облаков, я покину вас. Надеюсь на встречу в будущем, если на то будет воля судьбы.

– До свидания, мастер, – едва Линь Дань закончила фразу, как на вершину горы поднялась группа людей, в числе которых была и Хэ Юйфэй, с которой она давно не виделась.

– Мы приветствуем императора Облаков! – группа людей первым делом поклонилась Бай Яню, а затем, указав на Линь Дань, воскликнули: – Император Облаков, эта ведьма практикует демонический метод клинка Асуры! Если вы помните наставления секты, вы должны собственноручно её казнить!

Эти люди были не кем иным, как старейшинами города Ляньюнь. Они также скрывались поблизости, наблюдая за боем, и, разумеется, знали все подробности.

Два великих мастера не смогли поколебать убеждения императора Облаков, но эти люди были старшими по отношению к нему, и они надеялись, что смогут его убедить.

Но и в этот раз они ошиблись. Бай Янь снял свой верхний халат, осторожно накрыл им Линь Дань и, не оборачиваясь, произнёс:

– Убить Линь Дань можно. Но сначала пройдите через меня.

Это было вовсе не согласие, а завуалированный способ отрезать всем путь. Кто на всём континенте Дунтан мог победить императора Облаков? Кто мог преодолеть его защиту и ударить Линь Дань? Более того, мастер Фачжао также сделал шаг вперёд, полностью закрыв собой тяжело раненную девушку.

– Император Облаков, метод, который она практикует, рано или поздно выйдет из-под контроля и превратит её в безумца, знающего лишь одну жажду убийства! – с тревогой воскликнул старший старейшина.

Бай Янь нежно сжал кончики пальцев Линь Дань, и его голос зазвучал мягко:

– Я буду рядом с ней каждую секунду. И если она потеряет контроль, – он сделал долгую паузу, прежде чем добавить, – я лично её прикончу.

Услышав это, Линь Дань не испугалась, а напротив – тихо улыбнулась.

Бай Янь не выдержал этой улыбки и слегка отвернул голову, в его глазах блеснули слёзы. Спустя мгновение он хрипло произнёс:

– Какое право вы имеете требовать её смерти? Семь великих злодеев были уничтожены ею, беда города Чума была искоренена ею. Она убивала лишь истинных негодяев, а сколько миллионов людей она спасла? А вы прославились в мире боевых искусств десятилетия назад, но сделали ли вы хоть одно реальное дело для народа? Чем выше вы стоите, тем меньше ответственности несёте, словно считаете себя существами высшего порядка? Сравнив себя с ней, чувствуете ли вы стыд?

Бай Янь наконец обернулся и чеканя каждое слово произнёс:

– Вы не чувствуете стыда, а я – чувствую! Вы называете её безумицей, но знайте: она живёт куда более осознанно, чем любой из вас.

Фачжао склонил голову и, сложив ладони, произнёс:

– Амида Будда, как стыдно, как стыдно!

Старейшины и остальные под словами Бай Яня не могли даже поднять глаз. Вспомнив о том, что континент Дунтан сейчас пребывает в большем покое, чем когда-либо прежде, и взглянув на тяжело раненную, почти умирающую Линь Дань, они в конце концов сложили руки в приветствии и в полном смущении удалились. Несколько учениц оставил Бай Янь, чтобы ухаживать за Линь Дань. Хэ Юйфэй поспешно последовала за ними, решив остаться.

В последние дни в её душе не было покоя. Она видела, как Линь Дань сначала достигла уровня полушагового великого мастера, а затем и самого великого мастера. Сначала та разгромила четвертого старейшину и уничтожила Ду Гу Хун, затем искоренила семерых великих злодеев. Её репутация в мире боевых искусств почти сравнялась с репутацией старых великих мастеров, из-за чего даже секта Дуншэн из «еретического пути» превратилась в «православную школу», что принесло Хэ Юйфэй огромную выгоду. Она должна была быть благодарна Линь Дань, но сейчас, видя, с какой безграничной заботой Бай Янь относится к девушке, она желала, чтобы та навсегда исчезла.

С того дня, как Линь Дань избежала смерти и вырвалась из-под контроля Хэ Чунлина, она стала для Хэ Юйфэй самой глубокой и болезненной занозой в сердце.

http://tl.rulate.ru/book/37447/23126403