Готовый перевод The Steward Demonic Emperor / Дворецкий Демон-Император: Глава 98. Прикинуться дурачком

На следующее утро, когда рассвет только-только забрезжил, луна уже скрылась за лесистыми горами, а солнце лишь испустило первый бледный луч, Чумная дева сидела в позе лотоса посреди массива лунной инь. Ее глаза были прикрыты, а иней, покрывавший тело, понемногу таял.

Ресницы дрогнули. Чумная дева медленно открыла глаза и с усталостью выдохнула клуб мутного воздуха.

— Девушка!

Внезапно раздался громкий крик. Чжо Фань, похожий на какого-то дурачка, с охапкой разноцветных фруктов в руках, спотыкаясь, бежал в ее сторону.

Взгляд Чумной девы дрогнул. Она поспешно встала и взмахнула рукавом – груды черепицы и камней тут же посыпались в центр большого массива, скрывая под собой его очертания.

Только после этого она гневно посмотрела на подбегавшего Чжо Фаня и процедила:

— Я же велела тебе не бегать где попало. Что ты здесь делаешь?

— Э-э, девушка! Вы сказали не бегать по ночам, а сейчас уже день! — с самым невинным видом ответил Чжо Фань, указывая на небо, словно и не заметил никакого массива на земле.

Чумная дева замерла, на ее щеках проступил румянец. Ей было нечего возразить, но она быстро напустила на себя суровый вид:

— Если хочешь остаться, то сиди в той развалюхе и не высовывайся. Даже днем. А не то – проваливай!

— Ох!

Услышав это, Чжо Фань застыл, изображая смертельную обиду. Его лицо, еще мгновение назад сиявшее, как солнце, тут же поникло, и он с удрученным видом отвернулся. Но почти сразу замер, повернулся обратно и положил охапку фруктов перед Чумной девой.

— Девушка, вы плохо выглядите. Я собрал эти фрукты на рассвете, угощайтесь. Спасибо, что приютили меня, — сказал он, тяжело вздохнул и побрел назад.

Его понурая спина выражала такое одиночество и вселенскую скорбь, что в ней даже чудилась нотка горькой обиды.

Чумная дева посмотрела ему вслед, потом на фрукты у своих ног, и ее сердце неожиданно смягчилось. Она подняла один и медленно просунула под тканевую повязку, закрывавшую лицо.

Чжо Фань хоть и стоял к ней спиной, но благодаря своему мощному духовному сознанию прекрасно знал о каждом ее движении. На его губах появилась зловещая ухмылка.

Раз она приняла его фрукты, значит, первое впечатление произведено. Теперь можно налаживать контакт и выяснять, что за яд в ее теле.

Среди сокровищ неба и земли грань между лекарством, что воскрешает мертвых, и ядом, что несет гибель, порой очень тонка. Сотенная Алхимическая Ассамблея еще не началась, и он не знал, где искать редкие снадобья. А раз все равно делать нечего, почему бы не начать с этой Чумной девы? Может, и появятся какие-нибудь зацепки.

«Хе-хе… женщины – самые искусные обманщицы, но в то же время их легче всего обмануть!» — холодно усмехнулся про себя Чжо Фань и скрылся из виду, проводив Чумную деву долгим взглядом.

К полудню солнце стояло в зените.

Чумная дева, как обычно, сидела на огромном валуне, подставив лицо палящим лучам. С каждым вдохом и выдохом она поглощала раскаленный воздух.

Внезапно до ее слуха донеслись громкие, беспорядочные крики. Она нахмурилась, ощущая, как нарушается ее душевное спокойствие. Во взгляде сверкнул гнев, и Чумная дева стрелой метнулась на звук.

Однако, добравшись до места, она увидела, что там уже собралась плотная толпа. Многие без умолку кричали:

— Убейте его! Убейте этого вонючего сопляка…

Чумная дева с недоумением протиснулась вперед и увидела, что Чжо Фань, как уличный хулиган, сцепился в драке с тремя мастерами стадии Закалки Костей, напрочь позабыв о манерах.

Она беспомощно покачала головой и уже хотела уйти, но в этот момент Чжо Фань надрывно закричал:

— Не смейте ее оскорблять, она хороший человек!

— Твою мать, эта Чумная дева неизвестно сколько народу погубила, а ты ее защищаешь? Смерти ищешь! — прорычал один из здоровяков, дравшихся с Чжо Фанем, и влепил ему две звонкие пощечины.

Но Чжо Фань, хоть и был весь в грязи, упрямо поднял голову. В его взгляде читалась непокорность.

— Хмф, вообще-то, кто первый пришел, того и тапки. Она жила здесь до вас. Вы явились, захватили ее жилище, а потом, когда сами же непонятно отчего сдохли, решили свалить всю вину на девушку. Вы вообще мужики?

— Эй, да этот сопляк еще и огрызается! Прикончить его!

— Точно! Оставим его в живых – одни беды будут. Может, он с этой Чумной девой заодно, хочет нас извести. Убить его!

— Убить его! Убить! — подхватила толпа.

Глядя на все это, Чумная дева ощутила, как ее тело пробила дрожь, а в глазах вспыхнула ярость.

— Стоять!

Звонкий окрик разнесся над толпой, заглушив громогласные вопли. Все вздрогнули и, обернувшись, в ужасе попятились на десяток шагов.

— Это Чумная дева! Осторожно, не подходите к ней близко!

В мгновение ока все отпрянули от Чумной девы подальше. Даже те трое мастеров сферы Закалки Костей, что избивали Чжо Фаня, в панике бросились наутек.

Чумная дева одним прыжком оказалась рядом с Чжо Фанем и помогла ему подняться. Затем, не удостоив остальных даже взглядом, она повела его за собой на зараженную чумой территорию.

Лишь когда их силуэты скрылись из виду, люди смогли выдохнуть и утереть холодный пот со лба.

— Делим деньги, делим деньги!

Кто-то крикнул, и толпа, переглянувшись, снова сгрудилась в одном месте. Перед ними высилась небольшая гора, сложенная из духовных камней.

Их ослепительное сияние заставило сердца всех присутствующих забиться чаще.

— Ничего себе, да тут больше десяти тысяч, наверное. Этот парень, должно быть, из какой-то третьесортной семьи. Откуда у него при себе столько духовных камней?

— Эй, не твоего ума дело! Раз кто-то платит за то, чтобы его побили, какая тебе разница? Всего здесь пятьдесят тысяч. Тот молодой господин сказал: каждому по тысяче, и не берите больше!

— Хе-хе-хе… Я понял! Этот господин, должно быть, хочет подкатить к Чумной деве, вот и попросил нас разыграть этот спектакль. Но в Городе Дождя и Цветов если к кому и подкатывать, так это к ученицам Павильона Дождя и Цветов. Он что, жить устал, раз с Чумной девой связался?

Бум!

Едва он договорил, как ему в голову прилетел тяжелый кулак. Опешивший мужик обернулся и увидел, что на него гневно смотрит здоровяк.

— Я же вам всем говорил: взяли деньги – забудьте об этом деле. Никому ни слова. Если из-за пары болтливых языков слухи поползут, нам всем крышка!

— Э-э, да что такого? Всего лишь какой-то богатый сынок. Чего его бояться? Даже если он из семьи второго эшелона…

Он попытался возразить, но здоровяк тут же отшвырнул его в сторону мощной затрещиной:

— Ублюдок, я сказал тебе заткнуться! Вы его не видели. Если бы вы знали, что бывает с теми, кто переходит дорогу этому господину, то не захотели бы узнать, каковы будут последствия!

Договорив, здоровяк покрылся холодным потом, а его распухшие красные кулаки задрожали. В глазах застыл ужас, словно он снова видел то обращенное в пепел тело.

Чжо Фань действовал так, чтобы видел лишь он один, потому лишь он в полной мере осознавал, насколько тот страшен. Остальные хоть и не видели его в деле, но этот здоровяк был сильнейшим среди них.

Раз уж даже он так себя ведет, можно представить, какой ужас внушал Чжо Фань.

В мгновение ока все замолчали, послушно забрали духовные камни и разошлись…

Тем временем Чумная дева привела Чжо Фаня обратно в свою лачугу. Глядя на его побитое лицо, она взмахнула рукой, и в ее ладони возник маленький фарфоровый флакон.

— Съешь, — холодно бросила она.

Чжо Фань понял, что это целебное средство, но упрямо отвернулся.

Надо сказать, его тело было подобно демоническому сокровищу пятого ранга – как могли ему навредить какие-то практики на стадии Закалки Костей? Все эти раны он нанес себе сам, чтобы вызвать у Чумной девы жалость.

Но если он вот так просто примет лекарство, она тут же развернется и уйдет. Поэтому он намеренно вел себя упрямо, словно обиженный ребенок.

Чумная дева, однако, не поняла его замысла и с сомнением спросила:

— Что, боишься, яд?

— Я даже тебя не боюсь, так чего мне бояться какой-то пилюли? — сердито фыркнул Чжо Фань и надул губы. — Ты же велела мне катиться отсюда, зачем тогда спасла?

Чумная дева пристально посмотрела на него и спокойно ответила:

— А ты зачем защищал меня перед ними? Не боялся, что забьют до смерти? Опоздай я хоть на миг, и ты, возможно, был бы уже мертв.

Чжо Фань мысленно усмехнулся. Он знал, что тот, кто ночью поглощал лунную энергию инь, на следующий день непременно должен был найти место с избытком энергии ян, чтобы впитать жар солнечных лучей и тем самым согреть свои меридианы.

Иначе даже самый сильный мастер не выдержит разъедающей силы лунной инь.

Он давно рассчитал время и нашел такое место, а потому нанял людей, чтобы те разыграли с ним поблизости целый спектакль. Любой, даже самый терпеливый человек, которого потревожили во время медитации, вышел бы посмотреть, что происходит.

Можно сказать, все это было частью плана Чжо Фаня, призванного пробить психологическую защиту Чумной девы и заставить ее открыться ему.

Чжо Фань повернулся и долго смотрел прямо в глаза Чумной деве, пока та не опустила взгляд, не в силах выдержать его напора. Лишь тогда он произнес проникновенным голосом:

— Моя мама говорила, что глаза – зеркало души. У кого красивые глаза, у того и сердце доброе. Сестрица, у тебя такие прекрасные глаза, да еще и приютила меня – значит, ты очень хороший человек. А те люди клеветали на тебя, говорили, что ты убийца. Конечно, я должен был защитить твою честь!

Эта неприкрытая лесть, произнесенная с детской непосредственностью, не звучала ни капли пошло. Любая девушка, услышав такое, не почувствовала бы отвращения, а, наоборот, прониклась бы симпатией к прямоте этого ребенка.

Именно так. Лучший способ для мужчины пробить женскую оборону – это не сладкие речи, а пробуждение материнского инстинкта.

Это было величайшее прозрение, которое Чжо Фань вынес из долгой беседы с Дун Тяньба. Поначалу он считал, что люди вроде Дун Тяньба и Сун Юя – всего лишь распутные повесы, владеющие низкими приемами обольщения, недостойными сильного мастера.

Но кто бы мог подумать, что сегодня он сам применит один из них. Воистину, у кого угодно можно поучиться!

И действительно, услышав его слова, Чумная дева слегка покраснела и сердито проворчала:

— Льстец!

Но в ее взгляде больше не было прежней отстраненности.

«Спасибо, брат Дун, спасибо за твой опыт в соблазнении!»

Чжо Фань ликовал в душе, но на лице изобразил смущенного юношу и звонко рассмеялся.

— Сестрица, я тебя столько знаю, а до сих пор не спросил, как тебя зовут?

— Какое «столько»? Мы виделись всего три раза, — смерив его взглядом, ответила она и, немного помолчав, пробормотала:

— Можешь… звать меня сестрица Чучу.

— Хорошо, сестрица Чучу!

Чжо Фань вел себя как послушный ребенок, вовсю изображая милашку, хоть его самого от этого немного мутило. Но что поделать – на женщин это действует.

— Теперь ты можешь съесть лекарство? — Чучу снова протянула ему флакон. Чжо Фань улыбнулся и широко раскрыл рот:

— Сестрица Чучу, покорми меня!

Тяжело вздохнув, Чучу беспомощно покачала головой. Она бросила на него сердитый взгляд, но все же протянула свою изящную белую руку и поднесла пилюлю к его губам.

Чжо Фань сидел с открытым ртом, наблюдая, как приближается ее рука, но вдруг его взгляд стал острым. Он резко схватил ее за запястье, и поток его внутренней силы мгновенно проник в ее тело…

http://tl.rulate.ru/book/37423/9953937