Примечание: с этого момента я буду использовать "Джун", когда речь идет о Мадаре. Я делаю это ради того, чтобы избежать возможной путаницы.
---------------------------------------------------------------------------------------------------------------
«Джун, Айто. Входите!»
С улыбкой, способной покорить любое сердце, Аканэ подбежала к воротам и распахнула их, пропуская двух мальчиков внутрь.
«Извини, что мы пришли без приглашения... но Аники снова ранен.»
Услышав это, выражение лица Аканэ стало обеспокоенным, и она подошла ближе к Джуну, осматривая все его тело. Приподняв его рубашку, она побледнела.
«Господи... кто же это с тобой сделал?? Это был Рен? Отвратительно!»
Не дожидаясь ответа, она нахмурилась и, схватив его за запястье, потащила в дом вместе с Айто.
Оказавшись внутри, они направились прямо в то, что казалось гостиной[1]. Аканэ приказала им обоим сесть на татами, а сама отправилась за своим снаряжением.
Оглядевшись вокруг, Джун заметил тонкие черты характерны архитектуре Учихи, вызывая воспоминания о его прошлом. Комната была разделена таким образом, что это делало ее довольно просторной, что хорошо подходило для гостиной.
Гладя рукой татами, он наслаждался знакомой текстурой и намеком Игуса [2] в воздухе. Хотя все выглядело иначе, дизайн оставался верен первоначальному... Ему казалось, что он вернулся домой.
Довольно скоро Аканэ вернулась назад и села на колени рядом с Джуном. С серьезным выражением лица она помогла ему снять рубашку и начала наносить мазь. Находившийся рядом с ними Айто с улыбкой наблюдал за происходящим.
«Пойду принесу воды. Старшая сестра, пожалуйста, позаботься об Аники!»
Услышав слова Айто, Аканэ слегка покраснела, но продолжила свою работу. Краем глаза она наблюдала, как он уходит.
Джун сохранял спокойствие, позволяя Аканэ делать свою работу. Он не упустил ни малейшей перемены в выражении ее лица, когда Айто ушел, что позабавило его.
"Хаширама... деревня, которую мы построили, в конечном итоге стала намного больше, чем мы могли себе представить. Чтобы дети их возраста могли влюбляться, не запятнанные войной... если бы мы оба родились в такое время ... может быть, все обернулось бы иначе."
Пока он погружался в свои мысли, Аканэ перевязала его последним куском бинта. Выйдя из транса, он посмотрел вниз и понял, что верхняя часть его тела полностью забинтована в бинты, которые скрывали все его синяки.
Поднявшись на ноги, он немного потянулся, заметив, что боль значительно уменьшилась. Вместо этого он почувствовал прохладу от мази.
«Хорошо... теперь я чувствую себя гораздо лучше. Спасибо.»
«Мне очень жаль... из-за меня Рен продолжает избивать тебя... А вдруг по ошибке... Он кончит тем, что убьет тебя? Я не знаю, что буду делать…»
Прожив так долго, Джун мог легко распознать истинные намерения человека. Заметив ее искреннее беспокойство и желание помочь ему, он улыбнулся и погладил Аканэ по голове, заставив ее неудержимо покраснеть. Будучи в душе взрослым, он просто находил это несколько милым.
«Не волнуйся, скоро я преподам ему хороший урок.»
Услышав его слова, Аканэ была потрясена. Она никогда не видела, чтобы Джун был так уверен в чем-то, и это сильно удивило ее. Каким-то образом его слова имели вес... как будто то, что он сказал, было правдой... это заставило ее подсознательно поверить ему.
Внезапно Айто вернулся с тарелкой рисовых шариков и чашкой чая... Из-за своего маленького роста он с трудом нес все это и выглядел удрученным.
«Эй! Я принес с собой всякие вкусности! О, бабушка Мэй сказала прийти и помочь ей со стиркой, когда ты закончишь, Аканэ.»
Закончив фразу, Айто положил все на стол и нетерпеливо схватил рисовый шарик, с силой вгрызаясь в него и проглатывая. Но из-за спешки он подавился, и быстро потянулся за чашкой чая и залпом выпил ее.
Обжигая язык, Айто чуть не заплакал, размахивая руками в попытке его остудить. Увидев это, Аканэ не смогла удержаться от легкого смеха. С другой стороны, Джун улыбнулся, наслаждаясь покоем, которого он уже давно не испытывал.
---------------------------------------------------------------------------------------------------------------
[1] традиционный японский дом не имеет специального назначения для каждой комнаты, кроме входной зоны (гэнкан), кухни, ванной комнаты и туалета. Любая комната может быть гостиной, столовой, кабинетом или спальней. Это возможно потому, что вся необходимая мебель была переносной, и хранилась в осиирэ(Большой шкаф), используемой для хранения вещей.
Важно отметить, что в Японии гостиная выражается, как имма, живое "пространство". Это происходит потому, что размер комнаты может быть изменен путем изменения расположения перегородки. Большие традиционные дома часто имеют только одну имму (гостиная / пространство) под крышей, в то время как кухня, ванная комната и туалет находились сбоку дома в качестве пристроек.
[2] Игуса - это семейство цветковых растений, широко известное, как семейство ситниковых. Они могут внешне напоминать травы и осоки и часто растут на бесплодных почвах. Ситник развесистый (Juncus effusus) по-японски называется "Игуса" и используется для плетения мягкого поверхностного покрытия циновок татами.
http://tl.rulate.ru/book/37085/811561
Сказали спасибо 230 читателей