Готовый перевод Transmigrated Canon Fodder, Please Calm Down! / Переселённое пушечное мясо, пожалуйста, успокойся!: Глава 26

Женщина в чёрном платье медленно подняла голову.

Луч света усиливался, и с каждым мгновением ткань на ней начинала меняться — тьма растворялась, уступая место белизне.

Всего несколько секунд — и чёрное платье стало ослепительно белым.

А на лице, недавно искажённом болью и отчаянием, вновь появилась улыбка — чистая, светлая, как у ангела.

Эта улыбка будто смыла всю тьму, поселившуюся в сердцах зрителей.

Она тихо раскрыла губы, и первые слова новой мелодии наполнили зал — лёгкие, прозрачные, обволакивающие.

Казалось, весь мир в этот миг очистился.

Давящая тяжесть, из-за которой многим едва хватало воздуха, исчезла без следа.

Все поняли — она не вела их в ад.

Она пришла, чтобы вернуть их из ада — в свет.

Когда последние ноты стихли, зал словно выдохнул.

Никто не двигался. Даже оператор — и тот закрыл глаза, продолжая снимать машинально, по инерции.

Мгновения тянулись.

Прошла минута — никто не открыл глаз.

Прошло три — всё та же тишина.

Пять — зал будто погрузился в сон.

И вдруг сверху раздался спокойный, немного насмешливый голос:

— Эй, вы что, решили здесь переночевать? Работа, конечно, тяжёлая, но не до такой же степени.

Люди вздрогнули, открывая глаза.

На сцене стояла Тан Го — прежняя, светлая, улыбающаяся.

Никто не смог произнести ни слова.

Они просто смотрели на неё, не в силах осознать, что только что произошло.

Слушали всего одну песню — но ощущение было такое, будто побывали на грандиозном концерте, полном света и катарсиса.

Если бы эта женщина когда-нибудь устроила собственный концерт… никто даже не представлял, что творилось бы в зале.

— Как называется эта песня? — дрогнувшим голосом спросил Тунь Цань.

Он был опытным певцом, знавшим десятки композиторов и авторов — имена лучших из лучших.

Но подобного произведения он не слышал никогда.

Если бы кто-то действительно написал такую песню — он бы знал этого человека.

— «Падший мир», — спокойно ответила Тан Го.

Шэнь Юнь нахмурилась:

— Почему «Падший мир»? Разве не «Свет после падения»?

Остальные судьи согласно зашумели.

Ведь это же очевидно — история ангела, прошедшего сквозь тьму и вновь обретшего свет. Почему же «падший»?

Тан Го чуть улыбнулась:

— Позвольте объяснить.

Вот, например, жил когда-то добрый монах. Настолько сострадательный, что даже муравья раздавить не мог.

Но однажды мир погрузился в хаос — война, страдания, гибель невинных.

Монах не смог спокойно смотреть на это и нарушил обет: покинул храм, взял в руки меч и пошёл на войну.

Он убивал, чтобы защитить людей.

И в итоге спас страну, подарил миру свет.

Но сам навеки остался в падшем мире — потому что однажды нарушил клятву.

Став убийцей, пусть даже ради добра, он уже не мог быть чистым.

Шэнь Юнь тихо произнесла:

— Значит… мы видим свет, а он — свою вечную тьму?

Тан Го кивнула.

— Можно сказать и так.

Тунь Цань, всё ещё потрясённый, спросил:

— Кто написал эту песню?

Тан Го опустила глаза, и в её голосе прозвучала едва заметная улыбка:

— Тот самый монах.

Все невольно засмеялись, решив, что она шутит.

Но Тан Го не пояснила.

Тунь Цань хотел было расспросить дальше, но передумал.

Судьи переглянулись — и почти одновременно подняли таблички:

100, 100, 100, 100, 100.

Результат был ожидаем.

Тан Го лишь спокойно кивнула, словно ничего особенного не произошло.

Шэнь Юнь не выдержала:

— Тан Го, ты совсем не рада? Ни тени волнения!

http://tl.rulate.ru/book/35548/8325486