«Домой? Цзиньлин - не мой дом. Мой дом в старой столице».
Се Юнь побежал к выходу, таща за собой Чжоу Фэй. Воздух был густым от падающих камней и песка, из-за чего было трудно держать глаза открытыми. Все они прорвались через выход из прохода, покрытые слоем пыли и грязи. Как только они вышли, на них обрушился сильный ливень, дождь и грязь смешались, покрыв их густым слоем грязи.
Инь Пэй оказался на удивление выносливым, ему тоже удалось вырваться. Он слегка сгорбился. Возможно, у него были повреждены легкие или сломано несколько костей. Он протянул забрызганную кровью руку, чтобы опереться на окружающие горные скалы, тяжело дыша и глядя на отверстие в разрушающемся проходе. Никто не мог сказать, о чем он думал в тот момент.
Ему удалось убить Чжэн Луошэна, а также Цзи Юньчэня, двоих по цене одного. Полегчало ли у него на душе теперь, когда он свершил свою месть?
Но как он когда-нибудь вернет этот долг благодарности, получив более десяти лет отцовской заботы и опёки?
Вспоминая представление, которое Инь Пэй устроил в гостинице «Три источника», Чжоу Фэй была уверена, что, хотя кое-что из того, что он сказал, было намеренно направлено на то, чтобы спровоцировать конфликт, кое-что из этого также, казалось, наводило на мысль, что на самом деле он не хотел, чтобы Цзи Юньчэнь умер. И насколько его оскорбительное поведение на самом деле отражало его истинные чувства к приемному отцу?
Чжоу Фэй к этому времени уже хорошо понимала, что в этом мире есть самые разные люди, поэтому было абсурдно предполагать, что другие могут думать или действовать так же, как она. Так что эти вопросы просто мелькнули у нее в голове, прежде чем она отложила их в сторону. В любом случае, все эти люди теперь мертвы. Их долги и обиды будут просто похоронены вместе с ними. Было бессмысленно больше зацикливаться на них.
Се Юнь был почти уверен, что лакеи Лорда Лазурного Дракона все еще бродят по этой горе, поэтому он подошел к Инь Пэю: «Молодой мастер Инь, куда ты направишься?»
Инь Пэй, казалось, вообще его не слышал. Отведя свой отчужденный взгляд от входа в секретный проём, он пригладил спутанные волосы и поправил верхнюю одежду, затем прошел мимо Се Юня с высоко поднятой головой.
Се Юнь снова спросил: «Ты тоже ищешь «Море Сливается с Небом»?
Инь Пэй, наконец, соизволил бросить на Се Юня взгляд краем глаза. Его рот дернулся, и цинизм исказил его лицо, как будто Се Юнь только что сказал что-то совершенно фантастическое. Затем он медленно вышел под проливной дождь.
Се Юнь нахмурил брови, пристально глядя на его исчезающую фигуру, как будто глубоко задумавшись, но не пошел за ним.
Чжоу Фэй и компания не столкнулись ни с одним из приспешников Лорда Лазурного Дракона, когда покидали горы Хэн. В эти дни казалось, что даже такие подонки стали достаточно умными, чтобы выбирать себе битвы. Они, вероятно, боялись погибнуть, как и их хозяин.
Направляясь на юг от гор Хэн, они вошли на территорию Южной династии.
Эта область была близка к границе между Северной и Южной династиями и страдала от многолетних войн. Хотя она находилась под юрисдикцией Южной династии, она казалась не более мирной, чем территории, на которые претендовал Север. Повсюду все еще были унылые деревни и пустынные дороги*.
* «Деревня - это сцена запустения, и на фоне заходящего солнца городские стены нависают над старыми дорогами». Это строка из «Скорби по Цзяннани», набора китайских оперных песен, который является частью легендарной музыкальной пьесы и исторической драмы «Веер цветущего персика», в которой изображена драма, приведшая к краху династии Мин в 1644 году. «Скорбь по Цзяннани» изображает мрачную сцену, которую наблюдает один из ее персонажей, вернувшись в столицу династии Южной Мин, Нанкин, после ее падения. Она выражает боль человека из-за краха его страны и сильную скорбь о потере его родины.
В маленьком трактире у захудалой главной дороги У Чучу сидела на шаткой скамейке. Она нерешительно откусила кусочек зернового блина, который держала в руках. Осторожно пережевывая его, как это бывает, когда пытаешься избежать рыбьей кости, она абсолютно убедилась, что внутри нет маленьких камешков, которые могли бы сломать ей зубы, прежде чем начала жевать его всерьез.
В этот блин были подмешаны всевозможные зерна, даже те, чем кормили лошадей и свиней, – то есть всё, кроме настоящей муки. Он был невероятно сухим и твердым и застревал в горле по пути вниз, делая его почти невозможным для глотания. Боясь, что остальные сочтут ее избалованной, У Чучу не жаловалась, запивая каждый глоток обильным количеством холодной воды. У нее и так был небольшой аппетит, так что половины этого блина, раздутого водой, было достаточно, чтобы она почувствовала себя сытой – выходит, она действительно была неприхотливой.
Се Юнь сумел раздобыть для них лошадей и экипаж. Похоже, у него были контакты даже в этом отдаленном месте, и он также обходился без жалоб со всем, что у них было, без каких-либо ожидаемых вывертов принца.
Се Юнь ткнул пальцем в тарелку с вялыми на вид солеными огурцами, сказав:
- Эта область все еще располагается довольно близко к линии фронта, и ее земля не плодородна, поэтому она довольно бедна. Но если бы вы направились на восток, все было бы совершенно по-другому. Процветание Цзиньлина может соперничать с процветанием старой столицы на севере – вы уверены, что действительно не хотите взглянуть?
У Чучу молча покачала головой и повернулась, чтобы посмотреть на Чжоу Фэй.
Чжоу Фэй не собиралась отвечать, но, увидев, что девушка вопросительно смотрит на нее, тоже покачала головой:
- Я возвращаюсь в 48 крепостей.
У Чучу сказала несколько неловко:
- Так как Фэй возвращается в 48 крепостей, то я иду с ней.
Се Юнь просто кивнул в ответ.
Чжоу Фэй спросила:
- Тогда как насчет тебя?
Се Юнь вел себя так, как будто не слышал ее, медленно поднося маринованный огурец к губам своими палочками для еды – хотя эта пара палочек была полностью изогнута, она все равно делала свою работу довольно хорошо. Было очевидно, что этот парень был весьма искусен в употреблении еды.
Закатив на него глаза, Чжоу Фэй мягко ткнула У Чучу локтем:
- Спроси его вместо меня.
У Чучу так нервно заерзала на своем сиденье, что оно чуть не рухнуло прямо под ней. Голосом, мягким, как жужжание комара, она спросила:
- Фэй хочет знать... а как насчет вас, молодой мастер Се?
Одарив ее теплой улыбкой, Се Юнь сказал:
- Я, конечно, буду сопровождать вас всю дорогу. Вам все равно понадобится кто-то, чтобы управлять экипажем, не так ли?
Они втроем втиснулись за крошечный столик. Они все могли ясно слышать слова друг друга, даже если говорили шепотом. Но Се Юнь и Чжоу Фэй просто отказывались разговаривать друг с другом, заставив У Чучу передавать даже самые тривиальные сообщения – к счастью, У Чучу была достаточно добродушна, чтобы не возражать.
Все это было из-за того, что Чжоу Фэй в момент порывистости оскорбила Его Королевское Высочество принца Дуаня, когда они были в тайной комнате, а затем даже имела наглость посмеяться над ним, усугубляя обиду. Так что Се Юнь начал вести себя подобным образом, как только они оказались вдали от опасности. Он оставался с ними всю дорогу сюда, но отказался сказать ей хоть слово.
После довольно долгого сражения с этим устрашающим блином Чжоу Фэй, наконец, признала свое поражение. Она проглотила оставшийся кусок целиком, оставив попытки прожевать его. Этот несъедобный блин медленно пополз от ее горла к животу в виде громоздкого комка, в конце концов, плюхнувшись в желудок. Чжоу Фэй с облегчением похлопала себя по груди. Она криво усмехнулась про себя: это намного дешевле, чем глотать золото, но по ощущениям почти то же самое – думаю, я действительно заключила выгодную сделку.
Она хотела сделать небольшой перерыв, прежде чем продолжить битву с этим грозным блином, но ее разум не давал ей ни минуты передышки. У нее все еще оставалась тысяча и один вопрос. Размышляя над этим, она, наконец, выпалила:
- Что именно такое «Море Сливается с Небом», и почему этот Чжэн... этот Чжэн как его там так увлекся этим?
Чжоу Фэй смотрела на У Чучу, которая тупо уставилась на нее в ответ:
- О, я действительно не знаю.
Быстро поняв, что этот вопрос был адресован не ей, она покраснела, как свекла, и повернулась к Се Юню, чтобы повторить вопрос Чжоу Фэй слово в слово.
Се Юнь сделал глоток холодной воды, и раздраженное выражение на его лице несколько поубавилось. Он серьезно сказал:
- Я и сам не слишком уверен. Слухи об этом ходят уже довольно давно. Одни говорят, что это союз, заключенный между группой чрезвычайно могущественных людей, вторые утверждают, что это огромное состояние, третьи - что это арсенал оружия, в то время как другие даже говорят, что это частная армия или таинственная гильдия убийц – хотя теория про убийц наименее вероятна, потому что Инь Вэньлань был его последним известным владельцем. Люди говорили, что причина, по которой Инь Вэньлань никогда официально не возглавлял альянс боевых искусств, но казался еще более могущественным и влиятельным, заключалась в том, что он обладал этой вещью... хотя я не совсем в это верю.
На этот раз У Чучу заговорила прежде, чем Чжоу Фэй успела спросить ее:
- Но почему?
Се Юнь улыбнулся:
- Мир боевых искусств полон грубиянов и чудаков, которые никому не подвластны. Что на этой земле может быть способно командовать такой разношерстной и дикой группой? Если бы что-то подобное действительно существовало, это была бы не более чем «секретная» формула «хорошего управления отношениями» и «проявления мужества и честности», единственными вещами, которые могли бы заслужить их восхищение и уважение. И для этого уже есть готовые термины – нет необходимости придумывать странное и загадочное название вроде «Море Сливается с Небом».
У Чучу обменялась взглядом с Чжоу Фэй, затем спросила:
- Инь Пэй знает о его существовании?
- Он притворяется, что нет, - ответил Се Юнь. - Но я предполагаю, что он уже знает. Разве ты не слышала, что сказал Чжэн Луошэн? Инь Пэй убежал с ножнами Меча Гор и Рек. Все поместье Инь и все его имущество находились в руках Лорда Лазурного Дракона, включая множество ценных предметов, таких как доспехи «Сумеречные Облака». Зачем ему понадобились ножны сломанного меча?
- И у меня уже были некоторые начальные идеи о его местонахождении. Говорят, что Инь Вэньлань гордился только двумя вещами в своей жизни. Одна была Мечом Гор и Рек, а другая - «Море Сливается с Небом». - Се Юнь сделал еще один глоток воды, прежде чем продолжить: - Итак, если бы был какой-то способ открыть или добраться до «Моря, Сливающегося с Небом» - например, жетон, или ключ, или карта, - где бы он его спрятал?
Теперь Чжоу Фэй поняла.
Но У Чучу в недоумении спросила:
- Где?
Чжоу Фэй объяснила:
- Он, должно быть, спрятал его в Мече Гор и Рек. Я не могу быть уверена, о чем именно думал этот непревзойденный фехтовальщик, но если поразмыслить, будь я самым надежным человеком, которого я знала, то мое собственное оружие было бы тем, чему я доверяла бы больше всего.
У Чучу выдала просветленное ‘Ах’. Затем она испытующе посмотрела на Чжоу Фэй, подозревая, что слова девушки на самом деле были направлены на то, чтобы каким-то образом снова разозлить Се Юня.
Но Се Юнь продолжал притворяться, что не слышит Чжоу Фэй. Он встал и оплатил счет, затем призвал двух девушек взять с собой оставшиеся блины:
- Пойдемте, такое захудалое место, как это, действительно не подходит для того, чтобы остаться на ночь. Нам нужно добраться до города Хэнъян до того, как стемнеет.
Затем он зашагал к их экипажу.
Чжоу Фэй уставилась ему в спину, стиснув зубы. У Чучу нервно одернула свою мантию.
Чжоу Фэй прошептала ей:
- Он просто хочет меня разозлить?
У Чучу не видела такой холодной войны с тех пор, как ей исполнилось шесть лет. Ей действительно хотелось рассмеяться, но, подумав, она подавила смешок и прошептала в ответ Чжоу Фэй:
- Молодой мастер Се просто беспокоился о тебе, когда мы были на горе Хэн.
Вспоминая о том, что произошло, Чжоу Фэй должна была признать, что, учитывая ее способности, согласие помочь Цзи Юньчэню задержать Чжэн Луошэна действительно было большой переоценкой самой себя. Зная, что она вряд ли сможет отстоять свое решение, у нее не было выбора, кроме как проглотить раздражение и «кипеть» молча. У Чучу спросила ее:
- Ты действительно так сильно верила в героя Цзи?
Чжоу Фэй некоторое время размышляла над этим, затем покачала головой.
На самом деле она понятия не имела, что вообще планировал Цзи Юньчэнь, и никогда не слышала об этих «Иглах Разыскивающих Душу».
У Чучу удивленно спросила:
- Тогда зачем ты это сделала?
http://tl.rulate.ru/book/33015/2327597
Сказали спасибо 10 читателей