Вымыв руки, Су Но пришла на кухню помочь носить посуду. Увидев это, Линь Чжи поспешно остановила ее:
— Просто посиди, Ноно, незачем тебе выполнять такую грубую работу.
— Это всего лишь принести нескольких пар палочек для еды, такое нельзя считать тяжелой работой, — не удержалась от усмешки Су Но.
Линь Чжи упрямо взяла палочки для еды взглянув на ее руки. Ладошки Су Но маленькие, а пальцы тонкие и нежные, а ногти розовато-белые. Такие руки, должно быть, никогда не выполняли тяжелой работы.
Внезапно у Линь Чжи вырвался тяжелый вздох, и она не удержалась от того, чтобы взять ее руку в свою. Неохотно вступавшая в тесный контакт с людьми Су Но инстинктивно попыталась этого избежать, но остановилась, увидев выражение ее лица.
— Теперь, думая об этом, это даже неплохо, что ты с нами не жила... — горько улыбнулась Линь Чжи, ущипнув ее за мягкие косточки рук, — В то время мы с твоим отцом только основали предприятие, и у нас совершенно не было времени присматривать за тобой и твоим старшим братом, поэтому мы оставляли вас на вашу бабушку. Только она совсем не любила девочек, и ты постоянно страдала...
Поджав губы, Су Но не знала что сказать.
Линь Чжи нежно провела рукой по ее ладони, и вдруг ее взгляд упал на запястье девушки.
С тех пор как ее выписали из больницы, она стала носить защитный браслет на запястье и ни разу его не снимала. Почувствовав пристальный взгляд Линь Чжи, Су Но замешкалась на несколько секунд и медленно натянула белый браслет на ладонь.
——Тонкое белое запястье пересекал отвратительный трехсантиметровый шрам.
От этого зрелища сердце Линь Чжи болезненно сжалось, а глаза покраснели.
Она не следила за новостями и не знала о слухах в интернете. Она только слышала краем уха, что ее пропавшая дочь попала в больницу, и больше ничего не знала.
— Это твое собственное тело, — сдавленно произнесла Линь Чжи, легонько погладив шрам, — Нет ничего в мире, что было бы невозможно преодолеть. Лучше такого больше не повторять, хорошо?
— Поняла, — неторопливо отозвалась Су Но и спокойно улыбнулась.
— Жена, я вернулся! — послышался с улицы голос только что вернувшегося с работы Юань Гохуна.
Поспешно вытерев выступившие на уголках глаз слезы, Линь Чжи начала носить еду.
Вновь надев браслет, Су Но принялась помогать.
После того как все блюда были поданы, Линь Чжи крикнула Юань Гуохуну, который мыл руки возле дома:
— В холодильнике есть две бутылки пива. Если хочешь выпить, я принесу.
— Сегодня такая экстравагантность? — наивно улыбнулся Юань Гохун.
— Ноно вернулась к нам, нет ничего страшного в том, чтобы немного себя побаловать, — тоже улыбнулась Линь Чжи.
Стряхнув с рук лишнюю воду, Юань Гохун прошел в дом.
На небольшом деревянном круглом столе стояли как мясные, так и овощные блюда. Налив Юань Гохуну пива, Линь Чжи налила и поставила перед Су Но напиток, после чего села на свое место.
Еда, приготовленная Линь Чжи, пахла так вкусно, что у Су Но, привыкшей жить в нищете во время апокалипсиса, рот был полон слюны. Она даже съела на полмиски риса больше обычного. Видя, как она с удовольствием ест, Линь Чжи и Юань Гохун тоже были счастливы.
Их нынешнее положение не похоже на прошлое, и их семья больше не может позволить себе дорогие ингредиенты. Поначалу они опасались, что избалованной с детства Су Но не понравятся эти простые домашние блюда. Но, видя это, у них отлегло от сердца.
— Ноно, съешь эти свиные кишки. Это фирменное блюдо твоей матери, — взяв палочками кусок свиной кишки, Юань Гохун положил его к ней в миску.
Глядя на все еще дымящиеся пропитанные маслом жареные кишки, Су Но молчала, невольно вспомнив, как зомби вспарывали животы и вытаскивали кишки.
— Они хорошо промыты и приготовлены очень хорошо, неужели Ноно не любит их есть? — осторожно спросил Юань Гохун, видя, как она долго не приступает к еде.
Не дожидаясь ответа Су Но, Юань Чэ, сидевший сбоку, фыркнул:
— Она же барышня из богатой семьи, как она может есть эти полные дерьма кишки? Ты слишком переоцениваешь себя.
— А Чэ... — пнул его Юань Чэн.
Надувшись, Юань Чэ принялся закидывать в себя рис.
— Есть люди, не привыкшие есть внутренности. Поэтому, Ноно, съешь эти лепешки из клейкого риса. Мама жарила их рано утром. Они очень сладкие.
Ничего не сказав, Су Но подцепила свиные кишки, сунула в рот, разжевала и проглотила, подняла к ним лицо и улыбнулась:
— Очень вкусно.
Когда она улыбалась, её лицо преображалось: брови изгибались, а на щеках появлялись очаровательные ямочки, способные растопить даже декабрьский снег.
Сердце Линь Чжи смягчилось, и у нее снова выступили слезы.
После ужина Су Но, несмотря на возражения Линь Чжи, вымыла посуду. Юань Гохун мыл машину снаружи, а братья в гостиной делали уроки и смотрели телевизор.
Закончив работу по дому, Су Но принесла вымытые фрукты и поставила их на стол. Проигнорировав презрительный взгляд Юань Чэ, она села рядом с ними.
В настоящее время транслируется очень популярное развлекательное шоу, и Мэн Ижань является приглашенной звездой этого эпизода. Женщина на экране носила конский хвост, ее макияж был изысканным, а взгляд – открытым и надменным.
— Жаньжань все так же красива, — покусывая ручку, вздохнул Юань Чэ.
Верно, эти двое – маленькие фанаты Мэн Ижань.
— В отличие от некоторых, — Юань Чэ вновь окинул Су Но взглядом, — Кто дебютировал в одно время с ней, но не способен сравниться даже с кончиками ее пальцев.
Помимо семейного фактора, большая часть его враждебности по отношению к Су Но происходит из-за ее отношений с Мэн Ижань. Говорят, что Мэн Ижань в хороших дружеских отношениях с наследником семьи Шэнь. Эти двое были идеальной парой (молодой - талантлив, молодая - прекрасна, об идеальной паре), и даже если они этого не афишировали, то множеству людей было понятно это без слов. Но, как назло, кое-кто вмешался, разрушив их отношения.
Кто бы мог подумать, этим человеком оказалась их родная сестра.
Юань Чэ взял яблоко, подбросил его в воздух и снова поймал, а затем наклонился к уху Су Но и с натянутой улыбкой произнес:
— Если подумать, разве тебе не нравится подражать Жаньжань? Зачем ты перекрасила волосы? Поняла, что фазан не сравнится с фениксом?
Сказанное им пересекало черту, и этими словами он желал вызвать гнев Су Но.
Однако от начала и до конца Су Но даже не взглянула на него, а выражение лица оставалось равнодушным и спокойным, как у бессмертного.
— А Чэ, хватит, — Юань Чэн знал, что Су Но только недавно пыталась покончить жизнь самоубийством. Он боялся, что его брат перегнет палку и снова подтолкнет ее сделать что-нибудь глупое. Они не могли нести такую ответственность.
Юань Чэ усмехнулся, но не стал продолжать.
Вскоре вошел закончивший мыть машину Юань Гохун.
Увидев "гармоничную" сцену расположившихся на диване братьев и сестры, Юань Гохун был очень обрадовался:
— Юань Чэн, Юань Чэ, у меня для вас кое-что есть, — он вернулся в комнату, а вернулся с подаренным ранее Су Но ноутбуком.
— Раньше папа был слишком суров и не принимал во внимание ваши чувства, — Юань Гохун с улыбкой положил компьютер на стол. — Ваша сестра его не хочет, поэтому я отдаю его вам. Пользуйтесь им и усердно учитесь.
Братья переменились в лицах.
— Ей он не нужен, так что ты отдашь ее нам? — сдавленным тоном произнес Юань Чэ, стиснув ручку в руке.
— Да, мы же не можем оставить его просто пылиться, это же пустая трата. А вам как раз нужен компьютер... — сказал Юань Гохун, не заметив в голосе сына недовольства.
— С какой стати нам подбирать то, что ей не нужно! — Юань Чэ поднял компьютер и с треском швырнул его на пол. Пронзительный звук испугал Юань Гохуна, а еще больше Линь Чжи, что занималась стиркой в ванной, заставив ее выбежать.
— Ч-что тут у вас происходит? — глядя на застывших в противостоянии отца и сына, спросила находившаяся в замешательстве Линь Чжи.
— Вы отдаете нам то, что ей не нужно! — указал на Су Но Юань Чэ. — А потом купили ей игровой ноутбук за десятки тысяч. Разве вы не банкроты? У нас каждый день рыба и мясо на столе, а еще нашли денег на покупку двух компьютеров, вам так нравится корчить из себя богачей?! И вы даже не смотрите, оценила она это, или нет!
— Юань Чэ...! — глаза Юань Гохуна покраснели, и замахнулся на сына рукой.
Сердце Юань Чэна замерло, он быстро вскочил и заслонил собой Юань Чэ.
В конце концов, Юань Гохун не сумел отвесит сыну оплеуху.
Его губы задрожали, затем он отвернулся и потер лицо ладонями. Его фигура выражала беспомощность и следы пережитых невзгод.
В гостиной воцарилась мертвая тишина.
Как раз доев половинку яблока, Су Но облизнула губы, подняла глаза и медленно заговорила:
— Компьютер в моей комнате предоставила компания. Так ка я подписала контракт и стала представителем одной игры, мне понадобился игровой ноутбук. Для этого мне его и передали. Семья ни о чем не знала.
— Кто, мать твою, в это поверит? — вспылил Юань Чэ.
— Может, у тебя и нет работы, но у меня она есть, — припечатала его твердым взглядом вставшая Су Но.
Он почувствовал укол вины, но все равно тихо пробормотал:
— Ты работаешь, но я не видел, чтоб ты приносила деньги в семью...
Су Но сделала глубокий вдох:
— Во-первых, согласно статье 23 Закона об усыновлении, права и обязанности между усыновленными детьми и их биологическими родителями и другими близкими родственниками прекращаются с момента установления отношений усыновления. Это означает, что теперь у меня нет никаких обязательств давать вам деньги. Во-вторых: ты никогда не считал меня членом семьи, поэтому твои слова не имеют под собой оснований. В-третьих, ты уже взрослый парень, и именно ты тратил деньги семьи и пользовался деньгами семьи. Это ты должен давать деньги своему отцу, а не устраивать истерику, как детина-переросток, швыряясь вещами, купленными твоим отцом с таким трудом. Тебе следует извиниться перед отцом.
— Почему этот лао-цзы должен...
Прежде чем закончить говорить, Юань Чэ заметил в глазах Су Но не терпящую возражений ауру. Сглотнув слюну, весь его задор сдулся. Вспомнив предупреждение, переданное ему Су Но вчера вечером, Юань Чэ весь сжался.
Поджав губы, Юань Чэ поднял с пола компьютер, повернулся и побежал наверх.
Не став продолжать спор, Су Но откинулась на спинку дивана.
В гостиной воцарилась тишина. Она заметила подавленное выражение Линь Чжи и неловкость Юань Гохуна.
Ее слова причинили им боль, и Су Но это прекрасно понимала.
С юных лет она была мягким и добрым человеком. А шестимесячный опыт пребывания в приюте сделал ее осторожной и научил никогда не говорить обидных вещей другим. Однако после всех своих скитаний по разным мирам, Су Но почувствовала, что изменилась.
Поначалу она не могла перестать плакать и страшно боялась. Но постепенно научилась контролировать свои слезы и нрав, и, подобно ежу, плотно окутала себя колючим твердым панцирем. Кто бы ни попытался причинить ей боль, он неизбежно наткнется на ее иглы и будет заколот ею. Затем ее шипы исчезли, оставив только спокойствие и безразличие.
Она уже никогда не будет прежней. Той, кто с вниманием относилась к чувствам других, постоянно беспокоясь, не обидят ли их ее неуместные слова, больше нет. Теперь она напоминает потерявшего контроль робота, полного холодной отстраненности от этого нового мира.
Су Но сжала кулаки, ее настроение резко упало.
В наступившей тишине прозвучал звонок мобильного Су Но. Придя в себя, Су Но подняла трубку, в телефоне прозвучал встревоженный голос Матери Шэнь:
— Ноно, твой папа потерял сознание! Вернись, проведай его!
— Я немедленно вернусь, — с екнувшим сердцем тут же ответила Су Но. Положив трубку, Су Но поспешно вернулась в комнату, чтобы собрать свои вещи, и, не глядя на выражения лиц родителей, вышла за дверь.
Уже стемнело, а район отдаленный, поэтому здесь проезжало очень мало такси. Когда Су Но собиралась заказать такси онлайн, автомобиль Geely Юаня Гохуна остановился на обочине дороги.
— Садись, — сказал он, высунув к ней голову из опустившегося окна машины.
Су Но не двинулась с места.
— Это твоя мама звонила? — по-доброму улыбнулся Юань Гохун. — Похоже, что-то срочное. Садись скорее. Как мне быть спокойным, если ты уходишь одна так поздно ночью?
Поколебавшись несколько секунд, Су Но открыла дверь со стороны пассажира и села внутрь.
http://tl.rulate.ru/book/32390/6348034
Сказали спасибо 10 читателей