«Многоуважаемые советники, я прошу прощения!». — Филесий слегка поклонился всем. Не в силах скрыть свою радость, он взволнованно сказал: «Я опоздал, потому что должен был встретить гонца из третьего легиона. Он принес с собой хорошие новости…».
Филесий посмотрел на государственных деятелей и заявил: «Третий легион разбил повстанцев Пиксуса и Грументума у города Грументум! За исключением нескольких сбежавших, они взяли в плен большинство из них, а третий легион понес лишь несколько десятков потерь. Иероним, легат третьего легиона, затем повел свою армию к Пиксусу. И сообщают, что город пуст, а захват Пиксуса — лишь вопрос времени!».
Зал Сената был охвачен волнением: «Великолепно! Это великолепная победа!».
«Пиксус! Наконец-то у нас будет свой прибрежный город на западном побережье!».
Государственные деятели, которые покрылись холодным потом, представив себе сцену, описанную Полуксом, разразились небывалыми аплодисментами.
Ошеломленно глядя на ликующих государственных деятелей, Полукс некоторое время не мог прийти в себя от внезапного разворота… спустя долгое время он нехотя произнес слабым голосом: «Я не ожидал, что Иероним также может одержать великую победу, как Архонт Давоса…».
«Ошибаешься». — Филесий поправил его: «На самом деле, Архонт Давос давно планировал эту победу вместе с третьим легионом и с помощью наших союзников, Лаоса и Элеи. Иначе как бы мы смогли так легко победить!».
«Ах…». — У Куногелаты, Корнелия и остальных было такое выражение лица, как будто они уже ожидали этого. Затем они с интересом расспросили о подробном ходе битвы.
Полукс больше ничего не говорил.
***
Через час после начала битвы на реке Финита линия сражения между двумя сторонами превратилась из изогнутой прямой линии в дугообразный полумесяц.
На правом фланге Теонийской армии войска, возглавляемые Терифиасом, почти сохранили свою позицию с самого начала. В то время как левый фланг Бруттийцев, состоящий из более чем десятка Бруттийских племен, не смог эффективно объединиться в единую силу, чтобы сохранить давление на правый фланг Теонии.
В центре Теонии агрессивно сражались Верги, Анбаниийцы и некоторые воины Консенциане. После некоторого застоя фаланга первого легиона начала отступать, в результате чего весь центр постепенно погрузился под воду. Хотя гордые солдаты первого легиона старались изо всех сил, они потратили слишком много энергии на строительство лагеря, и после того, как снова надели тяжелые доспехи, они уже немного устали.
На левом фланге Теонии второй легион и воины Консенции продолжали ожесточенно сражаться. Опираясь на свою сверхчеловеческую выносливость, полученную от жизни на высокогорье с детства, они сражались, чтобы смыть с себя унижение, полученное в последней битве. С другой стороны, благодаря надежной и сильной обороне второго легиона и полному сотрудничеству между бригадами, они смогли сохранить высокую интенсивность атаки.
И только крайний левый фланг — место, где у Теонии абсолютное преимущество. В самом начале пельтаст под предводительством Эпифана нанес много потерь Бруттийской кавалерии, понеся большую часть потерь в рукопашной схватке с опытным пельтастом Теонии. Если бы это не была битва жизни и смерти для Бруттийцев, предводитель кавалерии уже обратил бы оставшуюся конницу в бегство. Однако, чтобы не дать Теонийской легкой пехоте поддержать другие боевые порядки, он приказал своим людям отдалиться от Теонийской легкой пехоты, и, используя скорость кавалерии, они проскакали по периферии и совершили внезапную атаку на Теонийскую легкую пехоту, отделившуюся от их отряда. Однако копья и стрелы Теонийской легкой пехоты были не просто так, и число Бруттийских кавалеристов продолжало уменьшаться.
Однако легкая пехота под командованием Сида столкнулась с некоторыми проблемами. Поскольку численность и способности Бруттийской легкой пехоты не могли сравниться с пехотой Теонии, разъяренные Бруттийцы отказались от дальних атак после того, как потерпели поражение от врага, и бросились в бой с войсками Сида с копьями и короткими клинками.
Сид мог бы отступить и занять дистанцию, что было стандартной тактикой легкой пехоты. Однако Сид, сражавшийся вместе с Давосом в его походах, прекрасно понимал, что если легкая пехота и возглавляемые им воины внезапно отступят, то это обнажит фланг Эпифана, что приведет к значительным потерям пельтастов, которые в данный момент сражались с вражеской кавалерией. Поэтому Сид не отступил и упорно сражался с Бруттийской легкой пехотой. Хотя в его руках было всего несколько легких пехотинцев, а вольные воины могли справиться только с помощью стрел и метания копий, но если дать им возможность сразиться в рукопашном бою с яростными Бруттийцами, они вскоре станут неуправляемыми.
К счастью, у Давоса в руках еще много карт. Поэтому, узнав, что левый фланг в опасности, он быстро отправил в горы разведывательную бригаду. Затем эти легковооруженные солдаты с щитами вождей и короткими мечами перебежали на левый фланг и сразу же вступили в бой, быстро переломив ситуацию.
Гонец быстро помчался к Давосу, который находился в тылу армейского строя.
Толмидес поспешил ему навстречу.
«Великий легат, Капус срочно послал кого-то сообщить вам, что первый легион слишком устал даже для того, чтобы поднять свои медные щиты!». — Как только он узнал о ситуации, Толмидес сразу же доложил о ней Давосу.
«Похоже, что первый легион достиг своего предела». — Заключил Давос.
«Это не только первый легион. Даже Дракос послал кого-то сообщить, что некоторые из его солдат во втором легионе начали чувствовать головокружение и слабость, что он даже не осмелился приказать сменить переднюю и заднюю команды, опасаясь большого хаоса».
«Если наши солдаты так измотаны, то у Бруттийцев дела пойдут не лучше, даже если они будут в лучшей форме». — Давос смотрел вперед. Хотя пыль была повсюду, а звуки боя были громкими, он все еще мог видеть победу: «Скажи двум вождям Бесидисов, Буриму и Креру, которые шумели о борьбе с врагом, что сейчас у них есть шанс! Я хочу, чтобы они немедленно повели Бесидиских воинов на левый фланг, атаковали фланг врага, разбили Консенцийцев самой быстрой атакой и показали нам силу Бесидиских воинов!».
«Понял!». — возбужденно ответил Толмидес.
«В то же время кавалерийская бригада Ледеса уже должна была достаточно отдохнуть, поэтому пусть они помогут Эпифану и Сиду. И после быстрого разгрома вражеской кавалерии и легкой пехоты пусть они пойдут на север, пересекут поле боя и атакуют тыл врага в центре. И вместе с первым легионом разгромить их одним ударом!». — Давос сжал правый кулак и сильно размахнулся им вниз.
«Понял!». — Толмидес посадил двух герольдов на коней и поскакал влево, так как хотел сам передать приказ.
Затем Давос повернул голову и посмотрел на два отряда, которые еще не участвовали в битве в крайнем левом углу.
Немного позже Толмидес вернулся: «Они отправились в путь».
«Объявить атаку!». — Немедленно приказал Давос.
Вскоре после этого высокий звук сальпинкс перекрыл шум битвы и разнесся по всему полю боя.
«Это сигнал атаки! Братья, держитесь, наши резервы скоро прибудут!». — Ксантикл стал энергичным, услышав сальпинкс. Перед началом войны Давос рассказал о своем плане двум армейским легатам, а те объяснили тактику Давоса своим старшим центурионам, сотникам и капитанам взводов. Вот почему даже в такой пассивной ситуации оборонительная линия первого и второго легиона все еще могла держаться, потому что офицеры знали, что будет дальше, и вот прозвучал сальпинкс, которого они с нетерпением ждали.
«Бейте в барабан! Бейте в барабан!». — Ксантикл выкрикнул приказ голосом, охрипшим от криков.
Зазвучали барабаны, и флаг указал вперед. Хотя солдаты физически устали, их дух был бодр.
И все старшие центурионы первого и второго легионов сделали почти то же самое, что и Ксантикл.
***
Пиан находился в правофланговом строю Бруттийцев, пытаясь продвинуться вперед вместе с Бруттийскими воинами, когда услышал звук сальпинкса. Хотя каждый шаг давался с большим трудом, Консенцианские воины продолжали двигаться вперед.
'Теонийцы на грани краха! '. — Такая мысль промелькнула в голове Пиана. Хотя он устал, желание победить заставляло его работать еще усерднее. Но сальпинкс Теонии всколыхнул его сердце: «Может быть, это вражеское подкрепление пришло?».
Его охватило чувство беспокойствия, но так как он находился в центре строя, он не мог понять всей ситуации. Поэтому он мог только усиливать свои усилия, чтобы победить врага перед ним: «Сыновья Брута, работайте усерднее! Враг падает!». — Крикнул он, и стражники рядом с ним тоже закричали, заражая остальных воинов… затем Консенцские воины использовали все свои оставшиеся силы, чтобы отчаянно атаковать.
Однако оборона второго легиона также была значительно усилена. Напротив, продвижение центра и правого фланга Бруттии становилось все труднее.
Под предводительством Бурима и Креру более двух тысяч Бесидиских воинов, которые сдерживались более часа и которым негде было выплеснуть свою энергию, побежали с диким ревом и яростно набросились на тыл правого фланга Бруттийцев.
Рев и грохот шагов заставили воинов Консенцианов поспешно оглянуться. Затем они увидели, что бесчисленные воины Бруттианцев, одетые как они, размахивают копьями и яростно атакуют их.
«Это Бесидисцы! Мы окружены!». — Воины Консенции развернулись, спеша оказать им сопротивление.
В это время кавалерийская бригада Ледеса легко разгромила сопротивляющуюся Бруттийскую кавалерию и легкую пехоту. Как только кавалерийская бригада, разведывательная бригада и легкая пехота прекратили преследование побежденных воинов и поспешно двинулись на север, чтобы пересечь тыл правого фланга противника и атаковать тыл центра Бруттия, уже измотанные Консенцийские воины начали разбегаться после яростной атаки Бесидисцев.
***
http://tl.rulate.ru/book/28005/2368418
Сказали спасибо 62 читателя