Из-за массивов она не могла убить своих врагов, но теперь Налир могла разрушить их жизни. Магия духа позволяла ей заставить их провалить каждый предмет, который они посещали вместе. Толчок здесь, толчок там ― всё, что требовалось, чтобы заставить их заикаться или нарушить их жесты.
Их успеваемость на выпускных экзаменах была настолько низкой, что даже их родители не смогли избежать их исключения.
Но этого было недостаточно, чтобы утолить её жажду мести. Она желала смерти всех их с их семьями. Во время заключения что-то сломалось внутри неё. Когда надежда умерла, расцвело безумие.
Налир вступила в Ассоциацию, как только смогла, и, несмотря на свой юный возраст, снова и снова совершала невозможное. Корона пыталась завербовать её, но она обиделась на них за систему академий.
Дворяне и маги преклонялись перед ней, но она желала им только смерти. Из-за своего поведения она осталась одна, у неё было много врагов, и никто не прикрывал ей спину. Когда она пыталась обратить свои заслуги в титулы и земли, чтобы поставить семьи нападавших под свой контроль, ей предлагали только далекие земли в захолустных регионах.
Не имея союзников ни при дворе, ни в Ассоциации, сколько бы она ни достигла, цели всегда оставались за пределами её возможностей. Она пыталась в одиночку бороться с миром, и мир сокрушил её.
«Я ― жертва! Почему именно меня наказывают?» ― думала она, в то время как безумие и ярость росли день ото дня.
Когда Линьос предложил ей место профессора, она подумала, что сможет начать все с чистого листа, но даже при наивном и мягком директоре все было не так уж сильно похоже на прошлое.
Когда Лукарт предложил ей отомстить в обмен на помощь, Налир согласилась, только чтобы выступить в роли двойного агента. Таких людей, как Лукарт, она ненавидела больше всего. Уничтожить его и его соратников было возможностью, которую она не могла упустить.
Увидев, как глубоко укоренилось восстание, как маги вроде Хаторн готовы продавать своих сородичей за деньги, Налир потеряла всякую надежду, и в её голове созрел план.
Рабские предметы Хаторн были ужасным инструментом. Ей удалось соединить ковку и алхимию и получить особые пилюли, которые позволяли снимать проклятые предметы, держа жертв под контролем.
Благодаря своим помощникам Лукарт всегда знал, когда намечается проверка безопасности, и заставлял рабов использовать пилюли, чтобы пройти проверку. Налир использовала первую партию полученных предметов для рабов не на своих предполагаемых целях, а на студентах, превратив сообщников Лукарта внутри академии в своих марионеток и получив контроль над каждым ящиком, который попадал в академию.
После того как она помогла Лукарту сбежать, он отдал ей своё кольцо хозяина. Спустя секунду она убила его и всю его семью заклинанием пятого уровня «Яростное солнце», которое она беззвучно произнесла.
В тот момент она полностью контролировала все его активы, как в академии, так и за её пределами. Наконец-то у неё появились средства для свершения мести. После поимки Пробужденного, виновного в стольких неудачах, и превращения Квиллы в безвольного спящего агента план Налир должен был увенчаться успехом.
По крайней мере, так она думала, пока неожиданное появление Фарг не уложило приспешников, дав Литу время поднять небольшую армию нежити. Благодаря Жизненному обзору Налир могла видеть, что они до краев наполнены магией тьмы.
Все они были низшей нежитью, ничто по сравнению с творениями Балкора. И все же Налир чувствовала страх. В настоящей битве мгновение отвлечения было разницей между жизнью и смертью.
По взмаху руки Лита нежить бросилась на неё в безумном порыве.
«В этом есть смысл. Вероятно, он хочет потянуть время, не давая мне сосредоточиться, пока он произносит свои заклинания. Лит использует против меня ту же стратегию, которую я использовала, чтобы поймать его, ― она внутренне улыбнулась. ― Он действительно хороший ученик. Если бы только он не подружился с врагом, он мог бы разделить этот момент со мной. Очень жаль убивать его, но он не оставил мне выбора. Ему не следовало сближаться с благородными подонками».
Даже если его барьер все
ещё был отключен, у меча Налир было несколько трюков в рукаве. Ей хватило одной мысли, чтобы высвободить часть силы, которую хранили в себе многочисленные кристаллы маны. Они породили ледяной шторм, который должен был отразить волну и дать ей достаточно времени, чтобы завершить заклинания.
«Нет ничего такого, что мог бы сделать Балкор, чего не смог бы я», ― подумал Лит.
Стоило ему щелкнуть пальцами, вся нежить рядом с Налир взорвалась, выпустив облако магии тьмы, которое окружило её. Это свело на «нет» ледяной шторм и лишило её сил.
В то же время остальная нежить выпустила из глаз сфокусированные лучи темной энергии, повторяя эффект заклинания Лита «Чумная стрела». В отличие от атаки Доблестей, они все ещё были медленными и не могли заразить своих жертв.
Налир не могла этого знать, она лишь видела, как атаки приспешников Балкора одна за другой разворачиваются перед её глазами, вызывая в ней недавнюю травму. Она выпустила голубую ауру, уклоняясь или парируя все стрелы благодаря слиянию воздуха, и ей удалось завершить свое заклинание.
«Финальный закат» был версией заклинания пятого уровня боевых магов, созданного Налир. Оно создало вокруг неё шар из пламени, пропитанного тьмой, который превращал в пепел всю нежить, приближавшуюся к ней.
Налир также могла поглощать часть сферы, превращая её в шипы из черного огня, чтобы атаковать врагов на расстоянии. Эти два элемента сливались воедино, позволяя даже темным энергиям двигаться со скоростью, которая обычно невозможна.
«Финальный Закат» был идеальным средством нападения и защиты, которое действовало до тех пор, пока не исчерпывало всю ману, но,сделав его настоящим заклинанием, Налир могла направлять в него больше энергии по своему желанию. Пока она могла использовать Бодрость, она была практически неуязвима.
Она использовала руки, чтобы лучше направлять пламя, очищая коридор от нежити и оставшихся трупов. Налир больше не собиралась недооценивать Лита, теперь она рассматривала все лежащие вокруг тела как потенциальные ловушки.
Лит смутно понимал, что происходит, но не паниковал. Он держался на расстоянии, заставляя всю оставшуюся нежить взорваться. Они не причиняли прямого вреда, но все же заставляли расходовать ману, чтобы защитить себя.
«Это хороший трюк, но он далек от совершенства. Чтобы продолжать использовать Бодрость, она не может двигаться, что делает невозможным для неё ударить меня, если я не подойду близко. Кроме того, Бодрость нельзя использовать долго. Чем больше она его использует, тем быстрее она разрушится».
Лит как раз закончил анализировать слабые места плана противника, когда Жизненный обзор показал ему точку выхода быстро формирующегося перед ним Блинка.
Трещина в пространстве ещё не полностью открылась, но жар, исходящий из неё, почти обжег его легкие.
«Черт! Я не учел Блинк. Она все ещё может передвигаться, не двигаясь. Пока это заклинание не сработает, я не смогу даже приблизиться к ней», ― Лит использовал Блинк, за мгновение до того, как пол, на котором он стоял, расплавился.
Бой превратился в смертельную игру в пятнашки.
http://tl.rulate.ru/book/26517/806164
Сказали спасибо 187 читателей