Слова Юриала поразили всех, заставив на долю секунды замереть даже Лита. Он сразу понял, почему ему запретили участвовать в тесте как обычному студенту. Для него это была бы обычная прогулка по парку.
Со своими тощими конечностями и раздутым животом гоблины почти напоминали изображения голодающих детей, которые гуманитарные ассоциации на Земле использовали для сбора средств. Они были невысокими, от 1 до 1,2 метра в высоту, а их непропорционально большие глаза подчеркивали их детскую внешность. Однако их кровожадность и их голодные похотливые взгляды раскрывали их истинную природу.
Это был первый раз, когда вся группа видела гуманоидных монстров. Обычно они жили в глуши, вдали от населенных пунктов. Если, конечно, они не были настолько глупы, чтобы охотиться на магических зверей. Гуманоидные монстры путешествовали небольшими племенами, и им требовалось время, чтобы обосноваться и увеличить свою численность, прежде чем они стали бы реальной угрозой. Магические звери были природными хищниками таких существ, которые нарушали естественный ход вещей.
Они будут охотиться, рубить деревья и безрассудно разрушать свое окружение, поскольку, как только гуманоидные монстры исчерпают природные ресурсы, они просто переместятся в новый регион и начнут все сначала. Магические звери реагировали на их присутствие, убивая их до того, как мог начаться цикл разрушения, насилия и убийства. В новом мире, пока сохранялся баланс между людьми, монстрами и животными, ни одной расе не позволялось бесконтрольно расти.
Когда гоблин с дубиной вышел на дистанцию атаки, Флория не колебалась. Она рубанула своим эстоком, целясь в шею. Благодаря инстинктам существу удалось каким-то образом отреагировать, заблокировав удар своим каменным оружием. Эсток разрубил дубинку, но в процессе он был отклонен, вместо этого отрубив гоблину левую руку. Крик существа был похож на человеческий. Кровь брызнула на стены пещеры, окрашивая их в красный цвет.
Флория никогда никого не ранила намеренно, поэтому ее первым побуждением было остановиться и оказать первую помощь. Гоблин почувствовал ее слабость и воспользовался ею, используя теперь уже острую палку, чтобы пронзить ее горло. Флория внутренне прокляла свою глупость, в то время как сработали все ее тренировки, позволяя ей отклонить палку щитом и на этот раз отрубить гоблину голову. Однако за время, необходимое для этого, два гоблина сумели проскользнуть мимо нее. О чем она никогда не думала, так это о том, что после обезглавливания сердце будет продолжать работать в течение нескольких секунд, создавая фонтан крови, который ослеплял ее достаточно долго, чтобы пропустить еще больше гоблинов, в то время как другие окружали ее со всех сторон.
Одного гоблина было достаточно, чтобы бросить Квиллу на землю, придавив ее своим весом, одновременно пытаясь сорвать ее униформу и зарезать ее ножом. Она не ожидала, что Флория потерпит неудачу, поэтому она все еще читала заклинание третьего уровня, когда это случилось. Она начала кричать и плакать одновременно, беспомощно пытаясь вырваться. Там, где существу не хватало силы, компенсировалось его яростью и голодом. Форма защищала Квиллу от отравленного ножа, но она все равно чувствовала удары.
Последовал еще один девичий крик. Юриал тоже упал от внезапной атаки. В отличие от Квиллы, одного гоблина, с оружием или без, было недостаточно, чтобы сбить с ног кого-то его роста и телосложения. Однако как только второй и третий присоединились к драке, он упал на землю, его зрение затуманилось из-за крови, хлынувшей от нескольких ударов по голове.
Эта сцена почти парализовала Фрию, но крики Квиллы сразу разбудили ее. Ее новая рапира быстро расправилась с приближавшимися к ней гоблинами, повсюду брызнули кровь и кишки, источая отвратительный запах дерьма и желчи. Фрия подавила желание блевать и двинулась вперед, чтобы помочь Юриалу, ближайшему к ней. Однако ее оружие было слишком длинным. В таком маленьком пространстве и массой нагроможденных тел у нее не было уверенности, что она не нанесет удар и по Юриалу в процессе.
«Почему я не взяла с собой и короткое оружие?» — плакала она в отчаянии, ударяя врагов своим щитом в спину, чтобы заставить их отступить.
Лит остался позади, обескураженный их некомпетентностью:
«Почему Квилла и Юриал не решаются нацеливаться на жизненно важные органы? Они ведь тоже целители. Почему магия третьего уровня вместо первой? В таком замкнутом пространстве скорость важнее, чем высокий урон, не говоря уже о том, что эти существа такие маленькие и слабые».
С момента их появления Лит придумал десятки способов легко уничтожить гоблинов. Сокрушая их магией духа, рассекая их градом ледяных осколков или просто рассекая на части магией воздуха. У них не было защиты, так что дело было не в том, смогут ли они убить их, а в том, как это сделать и как сильно они сами при этом пострадают. Литу совсем не нравилась эта ситуация. Чтобы удержаться от вмешательства, он схватился за свой посох достаточно сильно, чтобы его руки побелели.
«Они мои! Как посмели эти монстры марать их своими руками? — разум его пылал от ярости. — Но все по-прежнему под контролем, и никто не пострадал. Если я помогу им сейчас, они ничему не научатся и станут еще больше полагаться на меня. Я только заторможу их рост. Это то, что имел в виду Линьос, когда сказал мне, что я тоже выиграю от теста? Он пытается научить меня сдержанности?»
Впереди Флория быстро оправилась, рубя врагов, как траву. Гоблины окружали ее не раз с разных сторон, но все равно умирали с каждым выпадом ее эстока.
— Пожелайте, чтобы лезвие стало короче! — крикнула она Фрии.
Подарки Ориона не были простыми клинками, они были произведениями кузнечного искусства, способными менять длину и ширину по желанию, что делало их подходящими для любого сценария боя. Фрия последовала ее совету, и ее рапира превратилась в короткий меч, которым она воспользовалась, чтобы благополучно освободить Юриала.
— Используй первую магию, идиотка! — закричал Лит, не в силах больше стоять без дела.
Его голос освободил Квиллу от ужаса. Она выпустила разряд электричества, который оглушил и парализовал гоблина. Собственная магия не могла причинить ей вреда, поэтому она проигнорировала ток, протекающий через их тела, и вытащила нож из ножен. Квилла колола существо снова и снова, крича в неистовстве. Только доведя врага до состояния кровавого месива, она смогла остановиться.
Когда бой закончился, группа была залита кровью, кишками и дерьмом. Вонь, окружавшая их, была удушающей, из-за чего было трудно дышать. Квилла заплакала первой, осознав, что она натворила, но отказалась отпускать нож. Затем настала очередь Юриала проклинать себя за бесполезность. Затем Фрия и, наконец, Флория. Они на собственном опыте убедились, насколько отличается охота на беззащитную дичь от убийства разумного существа ради выживания. Их рыдания быстро превратились в сильный кашель — резкий запах раздражал их носы. Из-за шока, полученного в драке, и ужасной сцены перед ними, их одного за другим начало рвать.
«Какого черта? Как они могут быть такими тупыми? Первым делом они должны очистить зону, иначе запах крови привлечет других существ. Сомневаюсь, что монстры будут терпеливо ждать, пока их перестанет рвать, перед нападением».
[Не будь с ними так строг, — мысли Солус были полны материнской привязанности. — Они просто дети. Квилла не раз говорила нам, что она никогда не использовала магию для нападения до академии, худшие вещи, с которыми она когда-либо сталкивалась, были голод и одиночество. Что до остальных, то им повезло. До сих пор их обслуживали и баловали. Они беспокоились только о том, чтобы оправдать ожидания своих родителей. Когда подобное случилось с тобой, ты бы предпочел, чтобы на тебя кто-то кричал или обнял и сказал доброе слово?]
Слова Солус вызвали только плохие воспоминания. Первым убитым Литом был его собственный отец, еще на Земле, но даже тогда он не нуждался ни в ком. Он был слишком занят, защищая себя и Карла от жалких материнских оправданий, чтобы оставалось место для каких-либо чувств.
[Интересно, почему я всегда должен быть взрослым человеком], — подумал он.
[Ну, может быть, потому что ты обычно самый взрослый человек в комнате], — хихиканье Солус каким-то образом подняло его настроение.
По словам Солус, в пещере не было никаких других магических предметов, кроме тех, которые на них были. Может быть, Линьос искренне говорил об отсутствии надзора, а может, и нет. Прежде чем вмешаться, Лит положил браслет, который должен был вернуть их в главный зал, внутрь карманного измерения. Затем он постучал посохом по земле, выпустив волну магии тьмы, которая очистила коридор, стерев все следы битвы.
— Будь сильной, Флория, — Лит похлопал ее по плечу, чуть не получив в ответ ножевое ранение. Она все еще была на грани, подпрыгивая при каждом шуме. — Вы не можете оставаться здесь, поблизости могут скрываться другие существа. Вам всем нужно место, чтобы отдохнуть и восстановиться.
Обычно он также указал бы на то, что уже слишком помог им, не только давая им советы, но и поддерживая свет, пока они все были в панике. Однако в их нынешнем состоянии это было бы грубо, не говоря уже о том, что он сомневался, что кто-то из них заботился об оценке в данный момент. Флория и Лит помогли остальным встать, залечив их раны и побудив их прийти в себя.
Не прошло и получаса с начала теста, но все уже отчаянно нуждались во сне. Некоторое время они шли, прежде чем нашли подходящее место для отдыха. Подземный лабиринт состоял из коридоров, соединяющих ряд пещер разного размера. Некоторые из них были настолько малы, что им нужно было ползти, другие были больше, чем классы академии. К счастью, на своем пути они больше никого не встретили.
Группа расположилась внутри пещеры с единственным входом, но только после того, как Юриал убедился, что в стенах нет скрытых проходов или туннелей. После этого он сотворил серию массивов, которые превратят любого, кто войдет в их логово, в мясной фарш. Тем временем Лит протянул Флории лист бумаги и чернильницу.
— Что это? — спросила она, раздав остальным теплые одеяла, в то время как Фрия зажгла огонь из дров, которые она несла в своем пространственном амулете. В отличие от пробного экзамена, на этот раз они пришли подготовленными.
— Первое правило подземелий — всегда рисуй карту, — Лит поделился с ней знаниями, полученными из его опыта игры в Dungeons & Looting.
— Черт, я совсем забыла, — открыв листок, она заметила, что он отметил все комнаты, через которые они прошли.
— Разве ты не перегибаешь, так сильно нам помогая? — Флория беспокоилась о нем, но в то же время была очень счастлива, что Лит прикрывал их спины.
— Это просто оценка, — пожал он плечами. — Зная Линьоса, полагаю, большая часть ее будет зависеть от того, насколько мы научимся на своих ошибках, а не от наказания за их совершение. В конце концов, это академия, а не бойня.
— Закончил! — у Юриала было гордое лицо, когда он возвращался в импровизированный лагерь. — Прямо сейчас массивы находятся в режиме ожидания, чтобы не тратить зря свою магическую энергию. Обычно только страж может активировать их, но так как мне тоже нужно немного поспать, я израсходовал несколько камней маны, чтобы заставить массивы реагировать на того, кто держит их.
Он показал красный камень маны размером с мелок.
— Отличное решение! — похвалила его Флория. — Теперь мы можем спокойно отдохнуть.
Определившись со сменами, все заняли свои места у костра, который служил скорее моральным утешением, чем светом и теплом. Всегда были вещи, которые магия не могла выполнить, какой бы мощной она ни была, например, успокоить беспокойный разум. Никому не удалось заснуть, перед их глазами все еще мелькали образы трупов гоблинов.
Фрия первой покинула свое место и прижалась к Литу, вскоре за ней последовали все остальные. Она все еще помнила ощущение безопасности, которое он излучал, когда она была у него в руках, и теперь она нуждалась в этом больше, чем когда-либо. Несмотря на все случившееся, Лит оставался невозмутимым, как скала. Квилла, и даже Флория и Юриал, который был слишком горд, чтобы принять это, чувствовали то же самое. В глубине души они твердо верили, что его убийственный взгляд, к которому они привыкли лишь через некоторое время, способен разогнать любые кошмары, скрытые в тенях.
Фактически, после повторного обсуждения порядка дежурства, вся группа провалилась в сон, оставив Лита в виде матушки Гусыни в окружении утят.
Не зная, смеяться ему или плакать, он сидел и слушал их храп.
http://tl.rulate.ru/book/26517/721646
Сказали спасибо 255 читателей