Пот выступил на нервных ладонях Лю Сюй. Она обратилась к Цзян Ли:
– Что делать? Теперь твоя очередь.
– Всё в порядке, – Цзян Ли, в свою очередь, успокоила её. – Я скоро вернусь, – она заговорила, уходя, но Лю Сюй схватила её за рукав.
Лю Сюй сказала:
– Подожди! Я так и не спросила тебя, что именно ты собираешься исполнять?
Цзян Ли улыбнулась ей:
– Я просто сыграю что-нибудь, что никто никогда раньше не играл, – потом она ушла.
Лю Сюй застыла на месте и пробормотала:
– Сыграет что-нибудь, что никто никогда раньше не играл, никто никогда раньше не играл... Она... – взгляд девушки внезапно замер и неверяще уставился на спину фигуры, которая поднималась на экзаменационную сцену. – Этого не может быть...
Когда Цзян Ли поднималась наверх, она случайно встретила Цзян Ю Яо, которая спускалась вниз. Когда двое людей проходили мимо друг друга, Цзян Ю Яо очень мило улыбнулась и сказала:
– Вторая сестра, желаю тебе всего наилучшего.
Не поворачивая головы, Цзян Ли ответила:
– Конечно.
Маленький мальчик в красном шарфе стоял на экзаменационной сцене и кричал:
– Номер тринадцать, Цзян Ли.
Все присутствующие вели себя крайне тихо.
Цзян Ли подошла к экзаменационному столу.
– Быстро смотри, твоя младшая сестра встала, – рядом с Цзян Цзин Жуем назойливый молодой человек толкнул его и стал насмехаться.
– Не будь таким шумным, – Цзян Цзин Жуй был немного зол.
Этот человек посмотрел на его цвет лица и странно произнёс:
– Чего ты всё ещё ждёшь? Желаешь услышать, как твоя младшая сестра играет небесную музыку? Второй молодой мастер Цзян, ты ведь не болен, не так ли?
Молодёжь знала о том, что произошло восемь лет назад, они также знали, что вторая юная леди Цзян оставалась в женском монастыре в течение восьми лет. Все они молчаливо согласились с тем, что вторая юная леди Цзян была ни на что не годной, невежественной и некомпетентной. Даже после того, как она заняла первое место в зале Мин И, какое-то время было трудно избавиться от этого глубоко укоренившегося впечатления. Более того, каллиграфии, математике, этикету, вероятно, можно было бы научиться в монастыре. Но игре на гуцинь, верховой езде и стрельбе из лука нельзя было научиться в столь уединённом месте.
Лицо Цзян Цзин Жуя было чёрным, как дно горшка. Хотя в глубине души он не был уверен, ему всё ещё было очень неприятно слышать, как другие говорят о Цзян Ли подобным образом. Он сказал со злостью:
– Разве у вас, ребята, нет глаз? Посмотрите, и скоро вы всё сами узнаете!
– Мы, естественно, посмотрим, – ответили молодые люди, ухмыляясь.
Они всё ещё шумно разговаривали и не заметили, что наследник маркиза Нинъюань, сидевший рядом с ними, был прикован взглядом к Цзян Ли на сцене, долгое время не желая уходить.
Цзян Ли зажгла благовония и вымыла руки.
Когда она только начала учиться играть на цинь, она не знала, что ей нужно жечь благовония и омывать руку. Благовония были драгоценными вещами, которыми пользовались только эти богатые семьи. Тунсян был беден. В то время официальной зарплаты Сюэ Хуай Юаня было недостаточно. Не стоит говорить о благовониях, даже купить хорошую гуцинь было достаточно проблематично. Сюэ Хуай Юань вырезал кусок дерева, чтобы сделать для неё гуцинь. Эта гуцинь была первой цинь Цзян Ли, когда она начинала, когда её щипки, тон были грубыми и неясными. После того, как Цзян Ли научилась играть на цинь, она больше не хотела им пользоваться.
Её вторая гуцинь была трофеем от соревнования между Сюэ Чжао и другим человеком. В то время Сюэ Чжао был спровоцирован кем-то, чей семейный бизнес процветал. Кроме того, у них был довольно хорошая гуцинь. Сюэ Чжао знал, что в глубине души его сестра жаждала хороший инструмент. Победив кого-то в его собственной игре, он затеял азартную игру с другим человеком, и если этот человек проиграл, он должен был отдать ему гуцинь.
Для семьи Сюэ эта гуцинь стоила больших денег, но для другой стороны это ничего не значило. Цзян Ли всё ещё помнила тот день, когда Сюэ Чжао, полный радости, вбежал в дверь, а затем положил гуцинь, которую он нёс на спине, на стол. Он с гордостью сказал ей:
– Сестрёнка, отдаю тебе эту гуцинь!
После этого эта гуцинь очень долго следовала за ней.
Она использовала этот инструмент, чтобы исполнять "Весенний снег", "Три строфы цветущей сливы", "Пьяные рыбаки поют ночь напролёт", а затем и "Дикие гуси на мелководье".
http://tl.rulate.ru/book/25475/1807228
Сказали спасибо 214 читателей