Мужчина средних лет с долей иронии во взгляде смотрел на окошко своей тюремной камеры. Там, за окном, под грозовыми тучами парили существа, которых до ужаса боялось всё магическое сообщество. Дементоры - так звали этих существ. Слепые создания, питающиеся человеческими, преимущественно светлыми эмоциями. В особых случаях, если им представляется такая возможность, дементоры высасывают человеческую душу, примыкая ко рту жертвы. Отсюда и возникло название — "поцелуй дементора". С виду это действительно было похоже на поцелуй. Вот только после него человек перестает существовать как разумное существо, оставаясь живым, пока живо его тело. Обычно после этого тело уничтожают. Поцелуй дементора считается самым страшным видом казни не только в Великобритании, но и во всем магическом мире.
Мужчина выдохнул и из его рта вырвался белоснежный пар. Вздрогнув, он посильнее окутался в плащ. Ночи здесь были холодными, впрочем, как и дни. Тюрьма Азкабан уж точно не является уютным местом для его заключённых. То же самое можно было сказать и об охранниках злополучной тюрьмы, по крайней мере о людях. Дементорам, проживающим здесь, было комфортнее всего, все же им многого не надо. Все необходимое предоставляют глупые маги, за четыре столетия так и не приступившие к избавлению от этих тварей. Наоборот, лишь подкармливая их, умножая численность.
Вдруг раздался металлический скрип и дверь в камеру сломалась. Мужчина повернул голову на звук, чтобы увидеть в дверном проеме одного из этих тварей. Кстати, со становления Азкабана тюрьмой, здание ни разу не ремонтировали, даже не мыли полы. Не было ничего удивительного в том, что произошло, такое нечасто, но случается. После этого обычно находят лишь тело заключённого, без души. Всего лишь оболочку..
"Сколько там осталось до моего судебного процесса?" — поразмыслил Дориан, вспомнив, что до этого еще каких-то два с лишним дня. И находится он тут уже вторую неделю. Возможно, ему уже не суждено дожить до этого, несомненно, судьбоносного момента.
Тем временем дементор подошел к нему вплотную. Даже если бы маг захотел, ему не удалось бы сделать ровным счетом ничего. Магической палочки его лишили ещё при задержании. Так что ему не оставалось ничего, кроме как, изогнув одну бровь, наблюдать за дальнейшими действиями темной твари. Она остановилась прямо у его лица, будто вглядываясь в него. Что, конечно же, было полной чушью. И вот, после долгих минут напряжённого ожидания, тварь развернулась и ушла прочь.
Дориан вздохнул с облегчением, все же годы работы невыразимцем принесли свои плоды. Он смотрел вслед уходящей фигуре и, подойдя к двери, как можно плотнее закрыл её. Дверь со скрипом открылась вновь. Ну, по крайней мере, он пытался. Вздохнув от досады, мужчина вернулся в привычный для себя уголок, где он просидел все эти две недели.
Мастер окклюменции и легилименции, как он себя величал, конечно же, неофициально. Привлекать к себе внимание посторонних лиц маг не хотел. Эти умения только что отсрочили его гибель на целых два дня. А до этого спасали от запаха гнили и чувства холода. До того, как сюда попасть, он успел изучить одного из дементоров, и узнать, что животные их не интересуют. Методом проб и ошибок он сумел научиться менять свое сознание так, чтобы именно та тварь не интересовалась им. Но насчёт других маг в полной уверенности не был. Положительному результату он был рад. Вот только это не спасёт его от смертельного поцелуя, который будет произведён тут же, после приговора. Дементорам было плевать, чью душу поглощать, просто человеческая им была больше по вкусу.
Сейчас Дориан испытывал душевную боль не только в переносном, но и в прямом смысле. Всё же создание первого крестража не проходит без последствий. Это потом каждый следующий ритуал будет проходить почти безболезненно. Когда-то ему посчастливилось найти рукописи древнего мага, расколовшем душу целых три раза. Перевод рукописи занял у него больше двух лет, которые теперь, по его мнению, ушли впустую.
Подготовка к ритуалу создания полноценного крестража заняла несколько недель и много сил. Жертву найти удалось достаточно легко, им был умирающий от голода худощавый мужчина. От мага потребовалось лишь обещать тому кров и еду, которые он вскоре ему предоставил. Обманывать беднягу невыразимец не стал.
Сейчас, вспоминая о дне своего ареста, он понимал, насколько это должно было смотреться глупо. Быть застигнутым врасплох прямо посреди ритуала. И при этом не имея ни единого шанса защититься от незваных гостей. Ох, как же он хотел поджарить самодовольное, усыпанное шрамами лицо Аластора Грюма. Но останавливать процесс было нельзя, так как откат от сего действия был чудовищным. Также была большая вероятность взрыва, что опять же не давало к нему подойти. Но это не помешало заковать в наручники ослабленного и истощенного мага уже после ритуала. Даже если бы у него были силы сопротивляться, вероятность выжить в подобной ситуации была ниже тридцати процентов. А рисковать мужчина не любил.
Уже через несколько дней был проведён суд, по окончанию которого был вынесен уже предсказанный Дорианом приговор. Но не это его покоробило, а то что эти уроды, как высказался о них вслух уже бывший невыразимец, уничтожили его крестраж у него же на глазах. Даже на яд василиска для этого "блогородного" дела не поскупились. А ведь он хотел сделать как лучше, восстановить древний ритуал, утерянный ещё до статута. И даже себя не пожалел, использовав на себе не однократно протестированный на других ритуал.
Всё что он помнил после "поцелуя" от "миленького" дементора, было боль, агония, отчаяние и холод. Честно говоря, он сам не понимал, как не сошёл с ума. Наверное, этим вопросом задавались и все те, кто был вместе с ним. Да, компанию ему составляли ещё двадцать таких же, как и он сам, тех, кого постигла участь быть казненным этим изощренным способом. И все мы ощущали боль друг друга, им хотелось закричать до хрипоты, но не могли, лишь молча страдали. Магу не было известно сколько времени прошло с тех пор, но он помнил те несколько минут вполне отчетливо, всё то, что произошло за это время. Тогда они все почувствовали эмоции, те яркие эмоции, что чувствовал человек, чью душу пытается высосать эта тварь. Это был не единичный случай, и после того, как Дориану посчастливилось оказаться здесь, такое случалось несколько раз. В такие моменты многие из них пытаются насладиться теми крохами чувств, что доставались им, это был единственный способ отсрочить то, что произойдет потом, когда душу уже высосут, ту боль. Но что-то в последнюю секунду помешало этому случиться..
Маг услышал голос, голос мальчишки, бормочущий что-то невнятное. И почувствовал её, эту силу, магию, энергию, называйте как хотите, она была полна чистыми и светлыми чувствами, и эмоциями. А затем... дементора разорвало на части, все души освободились, в том числе и он сам. Они улетели кто куда, а душа мага разглядывал патронуса, очень мощного патронуса. Неудивительно было, что дементора разорвало, он просто не выдержал. Это был серебристого цвета олень, что сейчас отпугивал сотни дементоров, столпившихся вокруг худощавого мальчишки в очках-велосипедах и мужчины, лежащего на земле, и при этом успешно. Он присмотрелся к мальчику. И мысленно поблагодарил его за спасение, надеясь, когда-нибудь отплатить ему за это..хоть это и вряд ли..
И вот, когда он повернулся назад, перед ним предстало что-то наподобие порталов. Два портала, внутри одного был яркий белый свет, а в другом ярко-зелёный свет. И вот если первый портал пытался затащить к себе, то второй просто неподвижно парил. Вот в этот момент каким-то шестым чувством маг почувствовал, что в первый портал ему никак нельзя. Такое бывает нечасто, но когда бывает, он всегда к нему прислушивался, и это неоднократно спасало его драгоценную жизнь. Так что особо не задумываясь, душа мага полетела в направлении второго портала. Напоследок услышав чей-то смешок, от которого все естество невольно вздрогнуло.
***
- Твою Аваду через Кедавру! Как же голова болит! - прошипел юноша, закрыв глаза и держась за голову. Что было неудивительно, ведь просмотреть девятнадцать лет чужой жизни со всеми деталями, за каких-то четыре часа, "слегка" смертельно. Он сам был удивлен, что мозги ещё не расплавились. Через несколько секунд голова перестала болеть, и маг, открыв глаза, посмотрел в потолок. Не каждый день понимаешь, что ты теперь живёшь в средневековье, так ещё и в другом теле. Кстати, хозяина тела, что ему достался, звали Колом, а точнее Колом Майклсоном. У подростка, а значит теперь и у него, имеются родители, три брата, младшая сестра и погибший несколько дней назад младший брат, по имени Хенрик. Остальные его родственники откликались на имена: Финн, Элайджа, Никлаус - старшие братья, Ребекка - младшая сестра, Эстер и Майкл - мать и отец. Эстер вообще была отдельной темой для раздумий: как раз то, что она ведьма, показывает наличие в этом мире магии. Что его очень обрадовало, всё же привык к ней, и как он помнил, Кол имел магические способности, незадолго до того происшествия..
***
Случилось это несколько дней назад, когда было полнолуние. А значит на территории "людей", превращающихся в волков, в этот день заходить было нельзя. Весь день ничего особого не происходило, ну если не обращать внимание на то, что Никлаус и Хенрик отсутствовали почти целый день.
В ту ночь он сидел около одного из деревьев, и смотрел на луну и звезды, что были тогда отчетливо видны. Других более полезных развлечений у него не нашлось.
— Не спится? — прозвучал над ним голос. И никакого сомнения не было в том, что задал этот вопрос его брат – Элайджа.
— А ты? Снова ходил к своей возлюбленной? Как там её звали.. Талия? — с заметным ехидством в голосе задал встречный вопрос юноша. На что старший брат даже бровью не повёл, привык.
— Ее зовут Татья. Мог бы и запомнить уже, - сказал он строгим голосом.
Да, эта девушка очаровала каждого парня в этой деревне, даже в некотором роде и Кола..но не настолько сильно, чтобы текли слюни, как у большинства. Хоть у неё и был ребёнок, но это никого не отталкивало. И вот, она вскружила головы Никлауса и Элайджи, впоследствии выбрав второго из них. На что Ник не слишком сильно обиделся на брата, даже поздравил его. И почти каждый день Элайджа "незаметно" встречается с ней, а на деле об их отношениях знает уже вся деревня, и частенько посмеивается над его "незаметностью".
— Извини, но моя голова сейчас сильно забита мыслями о том, как я очаровательно и мило выгляжу, — на это высказывание тот лишь хмыкнул. — В отличие от некоторых. — продолжил юноша, намекая на его персону. Послышался повторный хмык и рычание.. Рычание?
Он резко повернул голову влево и наткнулся на жёлтые светящиеся глаза... волка. Их было три, три взрослых волка смотрели на них, и до того, как они хоть что-то поняли, звери напали. За мгновение двое из них сблизились и вцепились в подростка. Однако, в следующую секунду, волки заскулили и ушли прочь, не оставив за собой ни следа, кроме следов укуса на руке и ноге. Он посмотрел в сторону брата, мужчина сидел и держался за бок, из которого текла кровь. Подросток подошёл к нему и помог подняться на ноги. А затем двое поплелись домой, никто из них за весь путь не произнес ни единого слова, стараясь не тратить силы на пустую болтовню.
Когда братья дошли до дома, их встретила взволнованная мать, а когда увидела полученные раны, ужаснулась. Тогда-то они и узнали, что укус этих волков смертелен, и им осталось жить максимум неделю. А через несколько часов пришёл Никлаус, неся на руках бездыханное тело Хенрика. Он рыдал над его телом, говоря, что виновен в его смерти. Отец вроде что-то говорил матери, но юноша не слушал, сквозь слёзы смотря в сторону мертвого Хенрика...
Они его похоронили на следующий день. А потом Элайджа начал лихорадить, к нему часто приходила Татья. Все члены семьи были подавлены, а мать иногда бросала на Кола странные взгляды...
И вот, через несколько дней, отец всех повёл за собой в лес, даже Элайджу, что чувствовал себя ужасно, но никто не стал перечить. Шли они недолго, от силы минут пятнадцать, и пришли на пустую поляну. Там была Эстер, рисовавшая на земле какие-то символы, образовывающие круг. В круге находилось чаша и ветка какого-то дерева, а по середине горел костёр, но почему-то дров не было. За ее спиной лежала связанная девушка. Когда процессия приблизилась, отец жестом остановил их, и они стояли и ждали причину своего нахождения тут. Мать начала читать заклинание, от которого огонь вспыхнул ещё ярче, и вокруг начала собираться магия. Сила её была так велика, что Колу казалось, что он сможет потрогать её своими руками. Закончив читать заклинание, она взяла чашу, и дала его Майклу, сказав, чтобы каждый из них выпил из нее. И они выпили, все до единого, кроме матери. А затем отец взял в руки меч и проткнул Финна, Элайджу, Никлауса, а затем и Кола..
Очнулся подросток на той же поляне, костёр всё ещё горел. Осмотревшись, он увидел всех остальных, что приходят в себя, и у всех был кровавый след на теле..
Отец бросил прямо перед ними ту девушку, и приказал выпить её кровь. Кол не смог хоть как то перечить Майклу, ему неимоверно сильно захотелось со всей силы вцепиться в глотку девушки, хоть и видел взгляд, полный ужаса, что она бросала на них. Юноша смотрел на непозволительно медленно текущую по её шее кровь, и тут же набросился на неё, а вместе с ним и остальные...
В тот момент, когда ощутил этот железистый вкус крови во рту, вперемешку с ароматом страха, непонимания и отчаяния, он испытал истинное наслаждение. Это был настоящий взрыв, восторг на грани экстаза. Он мог с уверенностью сказать, что никогда раньше ему не доводилось ощущать нечто подобное. В тот момент подростку было плевать на её крик, переходящий в предсмертный хрип. Он не мог остановиться, его не волновала её жизнь, ему нравилось то, что происходит, и то, как с каждым глотком он становлюсь всё сильнее...
***
Маг вытер рукавом слюну, что скопилась возле рта. Этому он изрядно удивился, ведь никогда не думал, что у него будет течь слюна из-за простого воспоминания о крови. Кстати, то, что произошло после этого, Кол не помнил. И маг очнулся тут, как он узнал из воспоминаний прошлого владельца тела, у себя дома. Спал юноша на втором этаже, сам дом был двухэтажным и очень большим. Присев, осмотрелся, рядом спали Финн, Элайджа и Никлаус. Оказалась, что братья спали в одной комнате, а вот Ребекка спала в отдельной. Встав, медленно он спустился на первый этаж, чтобы не разбудить других жителей дома, и медленно пошёл к двери наружу.
Но что-то его остановило прямо у двери, предчувствие чего-то плохого. Оглядевшись и не заметив никого поблизости, он медленно приоткрыл дверь. Оттуда хлынул яркий солнечный свет, и что-то в нем настораживало мага. Опасаясь чего-то, медленно подставил свою руку под лучи солнца, проверяя свою догадку. Сперва ничего не происходило, а затем руку начало жечь, и пришлось отдернуть ее. Значит, догадка верна, и он теперь Мордредов кровосос..
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://tl.rulate.ru/book/24542/648490
Сказали спасибо 115 читателей