В лесу было темно, густая тьма покрывала почти всё пространство леса. Тусклый свет луны едва пробивался сквозь многочисленные кроны деревьев, с трудом освещая тёмный лес. В его пугающей тишине был слышан каждый шорох и стук. Тихий ветерок мягко перебирал листья на пушистых кронах деревьев. Вдруг лесную тишину прорезал душераздирающий крик боли и отчаяния.
Вопли девушки, которые больше походили на хрип, всё же немного раздражали подростка. Но к его облегчению, она быстро затихла, умерев от потери крови. Он отцепился от её шеи и улыбнулся, зажмурив глаза от наслаждения. Капли крови его жертвы текли по его подбородку, а по телу прошлась волна тепла, передавая неописуемое удовольствие от этого процесса. Но отвлекаться надолго на это было нельзя, а не то десерт мог и убежать, чего ему явно не хотелось.
Небрежно бросив бездыханное тело под ноги, юноша переступил через него и неспешно направился за беглецом. Мужчина слишком сильно шумел, шуршание под его ногами было очень громким и частым, что сильно упростило поимку. Его сбивчивое дыхание и бешено стучащее сердце только подняло настроение хищнику, неспешно идущему за добычей.
И вот, мужчина поскользнулся и упал наземь. Он обернулся назад и прислушался. В лесу царила полная тишина. Она, надвинувшись со всех сторон, буквально била своим едва ощутимым присутствием. Не раскачивалась трава, не трещали насекомые. Даже вездесущих комаров, казалось, не было тут. Он внимательно всматривался в том направлении, откуда только что бежал. Сковывающий его до этого страх постепенно начал отступать. Мужчина облегченно вздохнул и развернулся чтобы уйти, как встретился взглядом с ним.
— Не меня ищешь? — с насмешкой спросил монстр, улыбаясь своими окровавленными губами. Он облизнул их и медленно начал двигаться в направлении мужчины.
— Т-ты не посмеешь! Я Раймонд де Бо, из дома де Бо! Тебя за это казнят! — несмотря на слова, его ноги дрожали от страха, а голос всё больше походил на истеричный вопль. Он попятился назад, пока не уперся спиной о дерево. Лорд понимал, что слова не произвели на чудовище никакого впечатления, но ему стоило хотя бы попытаться.
Глаза уже привыкли к темноте, и он отчетливо увидел лицо лишь отдаленно напоминающее человека. Это был монстр, чудовище, но никак не человек. Вокруг его глаз вздулись вены, а глаза были налиты кровью. Лорд уже понял, что ему не убежать, и шансов на выживание у него не осталось.
Но вдруг случилось непредвиденное – чудовище остановилась. И, принюхавшись, его лицо скривилось от отвращения, а глаза смотрели в направлении его паха.
— Похоже Лорд де Бо сильно испугался. Жаль, я думал вы выше этого, как же это отвратительно. Думаю, вами питаться я не буду, — и посмотрев в его глаза, улыбнулся ему лукавой улыбкой. Лорд облегченно вздохнул, и только хотел что-то сказать, однако не успел, в одно мгновение его шея, словно хрупкие ветви гиблого дерева, с хрустом ломаются. И вот, на сырую землю падает тело со свернутой шеей.
Все веселье мне испортил, подонок, — отстраненно подумал Кол, а это был именно он, смотря на него. Само тело лежало на спине, а голова под неестественным углом уткнулась лицом в землю.
Вампир подошёл и взялся за голову трупа, после чего начал тащить в ту сторону, откуда пришёл. А ведь он тогда предупредил этого ничтожного магла, чтобы перестал грубить ему. Подумаешь, флиртовал с женщиной, которая ему приглянулась.
Если бы всё закончилось простой словесной перепалкой, вот только этот недоумок испортил его одежду, «нечаянно» пролив на нее вино. Вот этого Кол простить ему не мог. Он мог бы вызвать его на дуэль, вот только убить ничтожество ему бы не дали. Так как дом де Бо был влиятельнее, чем дом де Мартелов. И создавать себе ненужные проблемы Граф де Мартел не стал бы ни в коем случае, а подобной дуэли бы не допустил. Поэтому пришлось выманить урода с помощью той самой женщины, попросту внушив ей.
Эта ночь должна была поднять его настроение. Он очень тщательно всё подготовил, убил кучера и всех слуг, сбросил с обрыва карету, предварительно забрав всё ценное (не пропадать же добру?). Внушил нужным людям, что Лорд де Бо уехал в свои владения. И вот, всё было готово и шло идеально. Он был уже готов высушить этого недоноска, как случилось непредвиденное, что окончательно испортило ему весь аппетит! Недоумок описался, и не только! Что окончательно испортило уже его настроение, так это то, что хоть Кол и убил его, но нужного удовлетворения он от этого не почувствовал, даже наоборот.
С таким вот настроением он отправился в свои покои. По дороге туда он обдумывал ту ситуацию, в которую попал. Кровь. Жажда крови со временем становится только сильнее. Как и он сам. Но это ещё не проблема. Проблема была в том, что ему это начинало нравится. Жажду легко побороть, а вот стать зависимым от крови не хотелось. Надо было придумать решение этой проблемы. Можно было прибегнуть к «чёрной магии», чтобы сменить себе тело. Но пока он без палочки, ничего у него не получится. А создавать палочку сам он не мог по понятным причинам.
Ещё стоит поразмыслить, куда им теперь направиться. Люди уже начинают распускать слухи о демонах, и эти слухи очень быстро распространяются. Не ровен час, когда об этом услышит Майкл, и он точно придёт сюда. Пока что у них есть несколько дней до этого события. На данный момент Кол не очень хотел сталкиваться с ним в бою, конечно, у него была магия, и он понимал свои вампирские силы куда лучше остальных. Вот только идти сломя голову на врага, у которого есть оружие против него, никак не подстраховавшись? Он что, Гриффиндорец? Да и не знает он, на что его отец на данный момент способен. Нет, если уж биться с ним, то только чужими руками. Вот только, где их можно взять за такой короткий срок?
Так, обдумывая дальнейшие свои действия в будущем, он и наткнулся на очередном повороте на своих братьев.
— Ну и куда вы бежите, голубки? — спросил вампир, внимательно смотря на поспешно идущих куда-то Элайджу вместе с Никлаусом.
— Люсьена схватили, — был дан короткий ответ от Элайджи. На разговоры он время тратить определённо не хотел.
— И какова же причина? — спокойно спросил Кол, хотя и был удивлен от подобной вести.
— Это моя вина. Из-за меня Тристан заметил его вместе с Авророй, — ответил Ник. При этом было отчетливо видно, что он действительно сожалеет о подобном стечении обстоятельств.
— А Тристан де Мартел весьма ревностно относится к своей сестре, и на данный момент может творить с нашим другом всё, что угодно, — задумчиво проговорил маг. — Тогда я иду с вами. Без меня вы точно напортачите, а этого бы мне точно не хотелось. Всё же Люсьен в дальнейшем нам понадобится, — сказал он с ехидной улыбкой. На что увидел закатившиеся глаза Элайджи и благодарный кивок от Никлауса. Смерть Люсьена Колу сейчас не с руки, всё же он верен ему. А найти такого же как он будет трудно. Это выполнимо, но тратить на это время не очень хотелось. А спасая его от Тристана, он только укрепит верность слуги.
***
Спустившись в, предположительно, пыточную, они наблюдали, как Люсьена забивает кнутом сын Графа де Мартела. Смотря на это, Кол отметил, что опыт у Лорда Тристана в этом деле был очень большим. Каждый удар сопровождался криком боли, исходящим от Люсьена. Увидев их, Тристан отвлекся от своего несомненно увлекательного дела. Он повернулся к ним, давая рассмотреть испачканную кровью одежду и лицо.
— Пришли посмотреть, как Люсьен получает своё наказание? Учитывая то, что он хотел сделать с моей сестрой, мне кажется, что я слишком мягок по отношению к нему, — сказал он, отходя от слуги. Но вампир понимал, что это был лишь повод. Взгляды, которые до этого кидал на Люсьена Тристан, об этом говорили весьма красноречиво.
— Зачем мучить верного слугу? — вступил с ним в диалог Никлаус, слегка приподнимая руки в примирительном жесте. — Я уверен, что это лишь недоразумение, — продолжил он, вызвав у Тристана злость.
— И вас оно абсолютно не касается. Ведь как сын Графа я могу наказывать слуг дома де Мартелов так, как считаю нужным. Если вам что-то не нравится, вынужден напомнить, что вы лишь гости, — на миг в его глазах промелькнуло предвкушение, и он, развернувшись, ударил Люсьена кнутом, вызвав очередной крик боли провинившегося слуги. И ответная реакция на этот поступок не заставила себя долго ждать.
— Отойди от него! — прокричал Никлаус, пытаясь подойти к нему, но Элайджа сумел его сдержать. — Живо!
Тристан остановился и подошёл к нему на расстоянии вытянутой руки. Его рот исказился в подобии улыбки. Голубые глаза отражали то ликование, которое испытывал их обладатель, смотря в лицо вампира.
— Я знаю кто вы, среди слуг ходят слухи о демонах, что охотятся в ночи. Я лично беседовал с одной милой служанкой, что только чудом пережила нападение этого самого демона, — он внимательно наблюдал за реакцией окружающих, и увиденное ему понравилось. — Я спросил, что за существо покусилось на неё. А она уверяла меня, что это был Лорд Кол. Но со звериным ликом, — при этих словах Тристан повернулся к Колу, чтобы увидеть его реакцию. Но тот был спокоен, и смотрел на него снисходительно, улыбаясь краешком губ. Словно давая понять, насколько тот ничтожен пред ним, насколько незначительные были для него слова произнесенные его устами. Это его злило, но он не показал этого на своём лице, и вновь повернулся к Никлаусу. — Вся ваша семья укрылась здесь, притворившись дворянами. Но на самом деле вы лишь чудовища. Я могу предположить, что вы прячетесь от кого-то, а значит, есть то, чего вы боитесь. Возможно, вас преследует нечто ещё более кровожадное, чем вы сами, — не услышав ответа, Тристан повернулся к ним спиной, собираясь снова ударить слугу кнутом. Но его руку перехватили, а шею сжала крепкая и чудовищно сильная рука.
— Сейчас тебе будет очень неприятно,— произнес Ник, а его глаза налились кровью. Кол предвкушающе улыбнулся, смотря на это зрелище. Насколько он помнил, брат всегда сдерживался, не поддаваясь эмоциям, которые определённо были сильны. Но сейчас, сейчас его разозлили, причём в первый раз на его памяти. И за тем, к чему это приведёт, было интересно наблюдать.
— Так ты навредишь только себе. Если со мной что-то случиться, моим самым быстрым гонцам приказано разнести весть о вашем местонахождении. Тот, кто ищет вас, наверняка об этом узнает,— хоть он и говорил об этом вполне спокойно, вот только по сердцебиению с легкостью можно было понять, что Тристан очень боится того, кто стоит перед ним.
— Никлаус, отпусти его, — сказал брату Элайджа, положив ему руку на плечо. Но тот только сильнее сжал шею. — Пожалуйста, — попросил он вновь. Элайджа боялся отца не меньше Никлауса, а то и больше, он опасался, что тот сможет их найти. Майкл всегда был весьма целеустремленным человеком, и просто так не остановится. И если ему не удастся остановить брата, то он сможет их выследить. А подвергать себя и своих близких опасности ему очень не хотелось. Благо, Никлаус разжал свою руку, после чего вампир облегченно вздохнул.
— Видите, мы друг на друга похожи. Вы защищаете свою семью, а я свою, — сказал Тристан, сумев подавить облегченный вздох. Достав из ножен короткий кинжал, он начал приближаться к слуге, как почувствовал острую боль в затылке, а затем обнаружил себя прижатым к стене. Его руку, что держала кинжал, сжали до хруста, он почувствовал ужасающую по ощущениям боль, которую ему никогда ещё не доводилось чувствовать. Рот открылся в попытке крикнуть, но его закрыла рука монстра, чьи налившиеся кровью глаза пристально смотрели на него.
— Почему-то всегда те, кто любит причинять другим боль, не выносят этой самой боли. Не находишь это... крайне забавным? — спросил его Кол, улыбаясь.
— Кол, прекрати, — попытался остановить его Никлаус, но как-то неохотно и вяло.
— Оу, не волнуйся Ник, я не убью его, прямо сейчас, — сказал он, повернув голову на старшего брата, затем снова перевел взгляд в сторону Тристана. — Удумал держать нас в страхе? Может быть на моих братьев это бы и подействовало, но не на меня. Я, в отличии от них, не боюсь того, кто за нами гонится. Кстати, что ты там говорил насчет того, что мы похожи друг на друга? — внезапно спросил вампир. — Это очень большое заблуждение с твоей стороны, ведь твоя ситуация очень разнится с нашей. В отличии от нас, за тобой никто не гонится. Ты просто человек, всего лишь мешок с кровью для таких как мы, ты не имеешь никакой ценности и никому не интересен, но это можно легко исправить! Можешь считать это проклятием, ну или даром. Всё зависит от того, как ты сам примешь это. Вот только, так просто его не заполучить,— его губы изогнулись в подобии улыбки, больше похожей на оскал дикого зверя.
— Кол, нет! — успел крикнуть Элайджа, но было уже поздно. Клыки вампира вонзились в шею сына Графа де Мартела, вызывая у того крик боли, который был заглушен рукой, прикрывший его рот.
Элайджа с Никлаусом прибывали в некотором шоке, и во все глаза смотрели на развернувшееся перед ними действие. От них не отставал и Люсьен, который не отрываясь смотрел на мучения Тристана со злорадством во взгляде. Хоть боль и не спешила проходить, но ему было очень приятно смотреть, как его недруг корчится от боли ничем не уступающей его. И вот, не прошло и пятнадцати секунд, как тело Тристана упало на холодный каменный пол. Вот только он всё ещё был жив, но ненадолго. О чём свидетельствует кровь, быстро вытекающая из его шеи, которую он усиленно зажимал.
— Не волнуйся, я дам тебе выбор, которого у меня никогда не было,— темно-карие глаза с интересом наблюдали за тщетными попытками человека остановить кровь.
— Кол, что ты делаешь? — спросил его Элайджа, но был проигнорирован младшим братом.
— Всё очень просто. Тебе лишь необходимо выбрать одно из двух зол. Либо стать таким же как мы и жить, либо умереть в месте, где убивали и пытали провинившихся, вот будет потеха, когда об этом узнают крестьяне, это ведь такой позор для вашего дома,— насмешливо улыбнулся он. — Выбирай, и побыстрее, ведь время идёт, а живее ты от этого не становишься, — поторопил его Кол.
— Я выбираю жизнь, — слегка хриплым голосом ответил ему Тристан. Выбора у него как такового не было, и это понимали все.
— Отлично! — радостно проговорил Кол, подняв кинжал с земли, и вытирая его об одежду мужчины. — Ну-ка, открой рот, — потребовал он, что Тристан безукоризненно выполнил. Кол провёл кинжалом по запястью, и поднес руку к его рту. Несколько крупных капель крови упали ему в рот, вызывая отвращение. Но потом по телу прошлась тёплая волна, а затем боль в шее исчезла, будто её никогда и не было.
— Ух, как быстро всё зажило! Приятно, да? — с издевкой в голосе спросил вампир, Тристану оставалось только кивнуть. — Ну раз так, переходим к следующему этапу, — он аккуратно взял его голову в свои руки. — Теперь нужно лишь умереть, — глаза сына Графа расширились в удивлении, как послышался хруст, и его бездыханное тело упало на грязный каменный пол. Такого не ожидал никто, кроме Кола и Люсьена.
— Кол, быть может, ты удосужишься объяснить нам, что тут происходит? И почему твоя кровь исцеляет раны? — спросил требовательным голосом Элайджа, придя в себя после увиденного. На что вампир только наигранно-обреченно вздохнул, зная, что подобный разговор рано или поздно должен был наступить.
— Ну, это довольно долгая история,— ответил подросток, направляясь в сторону закованного в цепи слуге.
— Как видишь, мы никуда не спешим, — с нажимом произнес Элайджа.
— Эх, ладно, — Кол присел и осторожно коснулся спины Люсьена, вызывая у того болезненное шипение пополам с тихой руганью. — Не выражаться, от сквернословия боль не исчезнет. Так вот, о чём я? Пока вы все бездельем маялись, я времени зря не терял, и пытался узнать, на что мы можем быть способны, — внезапно раны, что были на спине у слуги, начали исчезать, как будто их и не было до этого. За этим с изумлением наблюдали братья, которые всё ещё не могли поверить в увиденное. — Ну, а потом понял, как превращать людей в себе подобных. Это на удивление оказалось довольно просто. Всего-то надо было дать выпить человеку своей крови, а потом убить,— он поднялся на ноги, и с легкостью сломал цепи, сковавшие запястья Люсьена. — Ну вот и всё, а теперь иди к себе и переоденься. Хотя, лучше сперва помойся, от тебя несет гнилью. А может, это и не от тебя вовсе? — задал он вопрос, осматривая помещение, которое действительно было очень грязным. И как ни странно, отсюда изрядно сильно воняло, на что они до этого не обращали должного внимания. Тем временем Люсьен вышел из помещения, предварительно пнув голову своего обидчика, под одобрительный взгляд Кола.
— Но почему ты превратил именно его? — Никлаус уже знал ответ на собственный вопрос, но ему все же хотелось услышать, что на этот счет скажет младший брат.
— Мм, просто из вредности? — ответил Кол, вызывая у обоих братьев синхронный вздох разочарования. — Но я точно придумаю, как его использовать в дальнейшем.
В этот момент сын Графа де Мартела "ожил", кашляя, усиленно хватая ртом воздух и обеспокоенно касаясь руками своей шеи. Он быстро заметил Майклсонов, следящих за его действиями, и его взгляд устремился в единственного из них, в чьих темно-карих глазах была видна насмешка.
— Что ты хочешь от меня, чудовище? — сходу спросил Тристан. Он уже понял, что теперь является таким же как и они — монстром. Но не мог принять этого.
— Пока что это не особо важно для меня, дружок. Но будь уверен, когда придет время, я потребую от тебя то, что мне нужно. А пока, мы с братьями научим тебя, как нужно жить, являясь одним из нас, — при этих словах его глаза сияли каким-то загадочным радостным огнём, который просто нельзя было не заметить.
Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод
http://tl.rulate.ru/book/24542/510162
Сказали спасибо 84 читателя