Готовый перевод Primeval Chaos: How I Became Invincible After Death / Хунхуан: Непобедимый после смерти: Глава 13

— Приветствую, старший соученик!

Чжао Гунмин отвесил Е Чанцину поклон и мысленно тяжело вздохнул.

Талант старшего соученика был беспрецедентным и, пожалуй, останется непревзойденным, однако он дошел до такой жизни.

Он прибыл на Остров Трех Бессмертных ради двух дел.

Когда Е Чанцин прорывался к Великому Пути в хаосе, на него совершили внезапное нападение предок Минхэ, демон-наставник Куньпэн, даос Раньдэн и другие.

Хотя те мерзавцы и отступили ни с чем, они определенно не собирались сдаваться.

Первой целью Чжао Гунмина было защищать старшего соученика неотлучно.

В конце концов, старший соученик стал первым человеком, преуспевшим в постижении Пути Хуаньюань, и стоило ему дать лишь пару случайных наставлений, как польза от них оказалась бы неисчерпаемой.

Такие тайные мысли он лелеял в душе.

Второй целью было позаботиться о собственных трех младших сестрах.

Чжао Гунмин и три сестры Сяо были неразлучны с самого своего рождения в человеческом облике, разве мог он не понимать, что у тех на уме?

Если бы Е Чанцин не был ранен, Чжао Гунмин поддержал бы союз трех сестер с ним, даже если бы тот не ступил на Путь Хуаньюань.

Но теперь Е Чанцину оставалось жить совсем недолго, и Чжао Гунмин не хотел смотреть, как сестры совершают глупости.

В его воображении уже нарисовался мрачный финал: как они в будущем в одиночку поднимают детей, храня верность памяти о покойном Е Чанцине.

Старший соученик был его кумиром, но три младшие сестры оставались его запретной чертой, которую никому не дозволено переступать!

Е Чанцин, глядя на Чжао Гунмина, тоже покрылся холодным потом: почему его не покидало ощущение, будто его застали в постели с чужой женой?

Если этот помешанный на сестрах человек узнает, что все три сестры лежат под его одеялом, разве он не разорвет его голыми руками?

— Кхм-кхм, младший соученик, может, ты ненадолго выйдешь?

Е Чанцин сидел там, боясь пошевелиться, смертельно опасаясь выдать себя.

Но этот простофиля тут же покачал головой, наотрез отказавшись и заявив, что будет охранять его неотлучно.

Прекрасно!

Прекраснее всего было то, что охранять он собрался буквально «тело к телу»...

К счастью, лицо Чжао Гунмина выражало абсолютную честность, так что честное имя Е Чанцина было пока спасено.

В комнате воцарилась тишина, и атмосфера стала невероятно неловкой.Е Чанцин размышлял: если прямо сейчас показать ему фокус с исчезновением и появлением человека, поверит ли он?

Да ну!

В нынешних обстоятельствах остаётся только одно — напасть первыми!

Эх...

Е Чанцин вдруг тяжело вздохнул, и в его взгляде, устремленном на Чжао Гунмина, читалось глубокое сожаление.

Чжао Гунмин остолбенел на месте. Что это значит со стороны старшего брата?

Не успел он и рта раскрыть, чтобы спросить, как Е Чанцин протяжно произнес:

В тот день, когда я добился просветления и успеха, я узрел реку времени и случайно заглянул в один из уголков будущего!

Чжао Гунмин всем телом задрожал, его глаза были полны крайнего изумления.

Путь времени — вещь непостижимая и таинственная, даже некогда рожденный в Хаосе Бог Времени не смог постичь его истинный смысл.

При мысли о только что исполненном сожаления взгляде старшего брата у него в голове мелькнуло: неужели с ним самим в будущем что-то случится?

В будущем разразится великая беда...

Всего несколько слов Е Чанцина заставили сердце Чжао Гунмина подскочить к самому горлу.

Но старший брат, сказав всего пару слов, умолк, а когда вновь посмотрел на него, в его глазах уже читалось убийственное намерение.

В будущем... ты погубишь Юньсяо и остальных!

Эти леденящие душу слова Е Чанцина повергли Чжао Гунмина в полный шок.

Я погублю их?

Как я могу их погубить...

Чжао Гунмин что-то бормотал про себя, просто не веря собственным ушам.

Нет!

Я ни за что не погублю их!

Тотчас же громко возразил он.

Он скорее предпочёл бы погибнуть сам, чем причинить вред трем своим семушкам.

Но то, о чём говорил Е Чанцин, вовсе не было выдумкой — всё это чистая правда!

Во время Великой битвы Богов и Демонов Чжао Гунмин был обманом заманен с горы и пал от рук учеников учения Чань.

А три сестры Сяо, стремясь отомстить за него, расставили Строитльство Девяти Изгибов Жёлтой Реки и пленили двенадцать золотых бессмертных учения Чань.

В конце концов это вынудило Первозданного Небесного Владыку и Владыку Лао-цзы, пренебрегши приличиями, лично вмешаться и расправиться с ними.Я некогда ступал по течению Реки Времени и завязал там крепкую дружбу с одним человеком, которого зовут Владыкой Времени.

Мы вместе странствовали по Реке Времени и рассуждали о трех тысячах законов дао.

В тот день мы задолго увидели будущее — в том числе будущее тебя, меня, Саньсяо и даже всей Цзецзяо.

Е Чанцин говорил непринужденно и уверенно, однако это заставило Чжао Гунмина усомниться в его словах.

Странствие по Реке Времени — вещь донельзя нелепая; боюсь, с этим не справился бы даже предок дао Хунцзюнь!

Даже несколько великих мудрецов Великой Пустоши лишь вырвались за пределы Реки Времени и способны видеть лишь краткие мгновения прошлого и будущего.

Чжао Гунмин покачал головой: судя по всему, ответная кармическая реакция Великого Пути, постигшая старшего соученика, оказалась слишком тяжелой, раз у того начались галлюцинации. Все это — не более чем плоды его больного воображения.

Видя пренебрежительное выражение на его лице, Е Чанцин даже не рассердился, а вот та, что пряталась под одеялом, стерпеть уже не смогла.

Би Сяо всегда отличалась вспыльчивым нравом, и, заметив, что над старшим соучеником смеются, она тут же выскочила наружу.

— Старший брат, а ты знаешь о происхождении старшего соученика?

— Да он же Владыка Хунмэна!

Из-под одеяла донеслись два испуганных возгласа: Юнь Сяо и Цюн Сяо попытались остановить ее, но было уже поздно.

— Конец!

Е Чанцин и три сестры одновременно вздрогнули, и на душе у каждого стало тяжело.

Увидев, что три девицы прячутся на постели Е Чанцина, Чжао Гунмин тоже содрогнулся, и в глубине его души вспыхнуло слепое пламя гнева.

Цюн Сяо совершенно не осознавала проблемы и рассерженно принялась объяснять ему статус Е Чанцина как Владыки Хунмэна.

Выслушав ее, Чжао Гунмин воспылал еще большим гневом: он никак не ожидал, что Е Чанцин станет с помощью подобных бредней обманывать его младших сестер.

Лишь Юнь Сяо сохраняла выдержку и хладнокровие: получив разрешение Е Чанцина, она продемонстрировала свой духовный зародыш.

— Фиолетовый Ци Хунмэна?!

— Этого не может быть... — с криком отшатнулся Чжао Гунмин, словно увидав призрака.

Во всем необъятном мире Великой Пустоши, помимо предка дао Хунцзюня, никто не был способен заполучить Фиолетовый Ци Хунмэна — не под силу это даже Владыке Цунтяню.

Все это полностью разрушало его привычную картину мира!

Лишь когда Цюн Сяо и Би Сяо по очереди явили свои Фиолетовые Ци Хунмэна, Чжао Гунмин наконец понял: все, что было сказано, — чистая правда!

Он никак не ожидал, что у старшего соученика обнаружится столь невероятное прошлое, и весь его гнев в одно мгновение растаял без следа.

Теперь в его сердце осталось лишь жгучее любопытство: сколько же еще удивительных встреч выпало на долю старшего соученика?

И кем же тогда является этот Владыка Времени?

— Я был невежествен...

Придя в себя, он отвесил поклон старшему соученику и принес извинения.

— Но скажи, тот Владыка Времени — случаем не божественный демон времени среди хаотических демонов?

Чжао Гунмин тут же поддался любопытству и задал вопрос.

Е Чанцин покачал головой и ответил:

— Хотя демон времени Шичэнь и постиг закон времени, он все равно не способен вырваться за пределы Реки Времени.

По сравнению с моим близким другом, три тысячи хаотических божественных демонов — не более чем ничтожные букашки!

Все три сестры согласно кивнули. Каков статус у старшего соученика?

Его близкий друг непременно должен быть существом, ничуть не уступающим ему самому!

В груди Чжао Гунмина бушевали огромные волны.

В его представлении хаотические божественные демоны уже являлись пределом, вершиной мира Великой Пустоши, но перед лицом этого Владыки Времени они — лишь букашки.

До какой же степени тот силен?!

— Удалось ли ему исцелить раны старшего соученика?

В его голове тут же возник следующий вопрос.

Е Чанцин покачал головой и произнес:

— Мой друг провел в Реки Времени бесчисленные эпохи и давно уже смотрит на жизнь и смерть безразлично.

Еще тогда мы заключили договор: в день, когда я паду за правое дело, он прорвет пространство и придет сюда, чтобы проводить меня в последний путь!

http://tl.rulate.ru/book/233487/33873560