Готовый перевод Cultivation World: Starting with a Wizard Fusion / Мир культивации: Слияние с колдуном Девятиглавого Дракона: Глава 6

Янь Ци не задумываясь зашагал к небольшому двору.

Благодаря тем птичьим глазам Янь Ци увидел, как оттуда вышел высокий охотник в одежде из звериных шкур, с луком и стрелами за спиной. Заметив огонь на теле маленького ребенка, он лишь слегка нахмурился, а затем плеснул на него ковш холодной воды.

Пламя, охватившее ребенка, мгновенно погасло.

Янь Ци уже собирался остановиться, но тут же замер в недоумении.

В этот момент через глаза птицы он отчетливо видел, что хотя кожа мальчика покраснела, на ней не осталось и следа ожогов.

В его глазах мелькнуло удивление, и Янь Ци уверенно зашагал к двери, постучав в неё.

Вскоре створки отворились, и охотник с удивлением посмотрел на Янь Ци. Тот сложил руки в приветственном жесте:

— Брат, прошу прощения за вторжение. Только что я услышал из вашего двора крики о помощи. Что-то случилось?

Услышав это, охотник немного смягчился в лице и тоже сдержанно поприветствовал гостя:

— Благодарю за беспокойство, брат! Мой мальчик по неосторожности устроил пожар, но мы уже всё потушили!

Янь Ци кивнул, а затем добавил:

— Я немного сведущ в медицине и припас целебные мази. Не пострадал ли ребенок, не требуется ли ему помощь?

— Младший брат — лекарь?

Охотник с удивлением окинул Янь Ци взглядом.

— Я лишь слегка знаком с искусством врачевания!

Янь Ци улыбнулся. Лечить простых людей, обладая знаниями и возможностями мага, было поистине легко.

На лице охотника промелькнула радость, сменившаяся, впрочем, сомнениями. Он снова посмотрел на Янь Ци: тот выглядел слишком юным, что невольно вызывало у мужчины скепсис. И всё же он пригласил гостя во двор:

— Проходи, младший брат!

Во дворе маленький ребёнок с унылым видом разглядывал свою испорченную одежду, лица его было исполнено горечи и сожаления.

Завидев отца, он тут же принял жалобный вид.

— Чжэн-эр!

Охотник с болью в сердце посмотрел на сына, но сначала велел ему переодеться, чтобы не простудиться.

Поразмыслив немного, охотник достал из дома глиняный кувшин, набрал чистого снега у порога и, растопив его, вскипятил чайник с горячей водой, чтобы принять гостя.

После этого он повернулся к Янь Ци:

— Младший брат, меня зовут Чжоу Фанхуай, а это мой сын Чжоу Чжэн. К сожалению, я еще не знаю твоих имени и фамилии, а также из каких ты мест?

Судя по всему, происхождение этого человека было не таким простым, как у обычного охотника — в нем чувствовалась основательная закалка и жизненный опыт.

Янь Ци ответил:

— Янь Ци из Крепости семьи Янь!

— Ох, так вы молодой господин Янь! Прошу прощения за дерзость, позвольте назвать вас просто братом Янем!

Лицо Чжоу Фанхуая слегка изменилось от удивления. В уезд Хуайюань была лишь одна Крепость семьи Янь.

Крепость семьи Янь славилась на всю округу как мощная укрепленная обитель. Мужчина внутренне напрягся, но вместе с тем к нему вернулась доля доверия. Заметив, как Янь Ци с любопытством смотрит на Чжоу Чжэна, он немного поколебался и заговорил вновь:

— Брат Янь, ты, должно быть, видел... Мой мальчик только что вспыхнул прямо изнутри. Пожалуйста, не говори об этом никому постороннему, чтобы избежать лишних хлопот...

Янь Ци кивнул:

— Я понимаю.

— Тогда благодарю тебя, брат Янь!

На лице Чжоу Фанхуая отразилась искренняя признательность, и он продолжил:

— На самом деле то, что с Чжэн-эром случаются такие приступы — вовсе не совпадение...

В его глазах мелькнула горечь, и он со вздохом произнес:

— Этот ребенок с самого детства страдает странным недугом: его тело время от времени охватывает пламя. Болезнь эта коварна, приступы начинаются без всякого предупреждения. Односельчане и вовсе смотрят на моего бедного мальчика как на лютого демона, и если бы не моя грубая сила...

Лицо его помрачнело. Оглянувшись на дом, он добавил:

— Но я-то знаю: Чжэн-эр с младых ногтей добр душой. Даже когда он голодает, он не причинит вреда птицам, которых я ловлю. Разве может он быть воплощением демона?

Охотник испытующе уставился на гостя:

— Не доводилось ли тебе, брат Янь, слышать о подобной хвори?

В его взгляде читалась надежда. Приведя Чжоу Чжэна в даосский храм Сюаньду, он надеялся исцелить его и одновременно укрыться от людской злобы.

Там, где есть люди, всегда живёт страх.

Однако, проведя в храме Сюаньду какое-то время, он почти потерял надежду.

Даосы из храма Сюаньду тоже не смогли найти способ полностью излечить Чжэн-эра.

К тому же плата за осмотр у тамошних целителей была немалой, а их сбережения уже подошли к концу, и оставаться здесь дольше они не могли.

Столкнувшись с Янь Ци, он не питавших особых иллюзий, но инстинктивно искал хоть какой-то помощи — пусть даже в виде простого слова утешения.

Янь Ци слегка приподнял брови и произнес:

— Самовозгорание человеческого тела случалось и в древности, однако людей, у которых оно происходило бы так часто и при этом оставались в живых, можно пересчитать по пальцам. Случай вашего сына и впрямь необычаен!

И всё же, хотя мне не доводилось видеть подобного прежде, это не значит, что от этого нет лекарства!

Если брат Чжоу доверяет мне, позвольте сперва взглянуть на мальчика, а уж потом мы реем всё остальное.

На лице Янь Ци играла легкая улыбка.

Чего только не повидали на своем веку маги за долгие годы передачи знаний!

Сама суть магии заключалась в преодолении любых неизвестных преград и познании тайн неба и земли!

Впрочем, в глубине души Янь Ци уже зародилось1смутное предположение насчет странного феномена самовозгорания этого ребенка.

Как он и заметил, большинство людей при самовозгорании просто сгорают дотла — откуда взяться выжившим? А уж случай вроде нынешнего, когда у ребенка лишь слегка краснеет кожа и не остается даже шрамов — и вовсе невиданное дело.

В его голове уже роилось множество догадок.

Но верны ли они, можно было узнать лишь после тщательного осмотра.

Успокоив Чжоу Фанхуая еще параю слов, они увидели, как мальчик, переодевшись в грубые конопляные одежды, вышел к ним.

Внутри грубой ткани виднелись пустые пучки камышового пуха, из-за чего одежда казалась невероятно мешковатой. На ногах его были надеты старые плетеные лапти. Порыв холодного ветра заставил ребенка вздрогнуть и поежиться, вызывая невольное умиление.

— Чжэн-эр, иди сюда!

Чжоу Фанхуай торопливо поднялся со стула и привжал сына к груди, после чего повернулся к Янь Ци:

— Брат Янь, взгляни!

В его глазах читалось напряжение, но еще больше — затаенная тоска.

Янь Ци протянул руку и аккуратно коснулся запястья мальчика. Продержав пальцы всего мгновение, он отпустил руку ребенка, задал еще несколько вопросов на ходу, а затем погрузился в глубокие раздумья.

Похоже, мне улыбнулась удача: этот малыш и впрямь обладает особым телосложением. Только вот передалось ли это по наследству, или он столкнулся с какими-то необычайными обстоятельствами, раз сумел пробудить в себе это огненное тело...

Мысленно рассуждал Янь Ци, в то время как сердце его невольно наполнялось радостью.

В чем заключается истинная суть магии?

Разумеется, в исследовании и познании.

Неизвестные знания — вот ступени, по которым восходят маги!

А изменение и пересадка родословных издавна были сильной стороной любого мага.

Он уже давно убедился, что его нынешнее тело лишено каких-либо особых физических данных или редких кровей. Если удастся постичь саму природу невосприимчивости этого ребенка к огню, разве не принесет это колоссальную пользу в освоении магии стихии огня?

К тому же пересадка уникальной крови способна принести поистине огромную пользу для его практики.

В Мире Магов немало могущественных магов заблаговременно завладели редкой кровью или тайными знаниями о родословных, благодаря чему полностью перестроили свои тела и добились колоссального скачка в силе.

Но прежде всего необходимо досконально разобраться в природе этой силы: нет ли здесь скрытых подвохов, проклятий или иных ограничений.

Если таковые имеются, их необходимо досконально изучить, и лишь затем обратить себе на пользу!

Заметив, что Янь Ци молчит, Чжоу Фанхуай встревожился и не вытерпел:

— Брат Янь, ну как?

http://tl.rulate.ru/book/233170/33805189