Готовый перевод Dragon Lifts the Coffin / Дракон поднимает гроб: Глава 10

В главном зале, на красном гробу, Чэнь Фан застыла в неестественной, пугающей позе: одной рукой она упиралась в крышку, а ноги её стояли прямо на дереве. Когда я взглянул на неё, она, словно кошка, высунула ярко-алый язык и принялась слизывать что-то с правой ладони.

Не успел я опомниться, как стоявший рядом Хун Ци рванул вперёд. Ловким ударом ноги в прыжке он с размаху врезал ей по плечу.

Чэнь Фан качнулась и начала сползать с гроба, но не упала — она вцепилась длинными ногтями в дерево, намертво впившись в него. В обломанных ногтях застряли чешуйки красного лака, выглядевшие до жути похоже на запекшуюся кровь.

— Маленький хозяин! Погребальную веревку! — рявкнул Хун Ци.

Я очнулся от оцепенения, в панике выхватил из плетеной корзины веревку и швырнул её ему. Это была старая, темно-красная, почти черная снасть, которой пользовались уже не один десяток лет. Неизвестно, из чего она была сделана, но за все эти годы на ней не появилось ни единой потертости.

Хун Ци в кувырке подхватил другой конец. Если я правильно понял его замысел, он собирался связать её. Мы оба ухватились за концы и с силой метнули веревку в сторону Чэнь Фан. Она легла точно на грудь женщине. Переглянувшись, мы одновременно перебросили концы друг другу и в одно мгновение затянули узел, временно обездвижив её.

— Маленький хозяин!

Хун Ци крикнул, и я мгновенно понял, что нужно делать. Мы уперлись и изо всех сил натянули веревку.

Лицо Чэнь Фан исказилось в гримасе ярости, из горла вырвался жуткий, низкий хрип — словно кто-то пытался откашляться, но не мог. От этого звука по коже поползли мурашки.

Эта веревка много лет хранилась у моего деда, и в ней было некое свойство отгонять нечисть. Говорили, что дед даже усмирял ею Цзянши. Под давлением веревки то, что вселилось в Чэнь Фан, начало неистово метаться.

— Хорошо! — гости, наблюдавшие за происходящим, принялись хлопать в ладоши, явно не осознавая всей серьезности ситуации.

В этот момент из-за дверей донесся тонкий, пронзительный голос:

— Какое оживление!

Этот звук напомнил скрежет ногтей по школьной доске — меня пробрало до костей, а к горлу подступила тошнота. На пороге появился мужчина в темном халате, а следом за ним вошли восемь крепких парней.

Почему восемь? Потому что гроб несут восемь человек, ровно столько, сколько нужно для погребального обряда. Все они были одеты в белые майки, черные брюки и совершенно новые тканевые туфли — вид у них был самый что ни на есть похоронный.

От главного мужчины исходила какая-то гнетущая аура, но ещё больше меня беспокоил угольно-черный кот, сидевший у него на плече. Его зеленые глаза впились в меня, как два раскаленных угля. Этот кот был точь-в-точь как тот, которого я имел неосторожность прикончить прошлой ночью.

— Мяу!

Из уст Чэнь Фан вырвался резкий вопль, и в следующую секунду я ощутил, как из её тела что-то вылетело. Глаза ничего не увидели, но тело Чэнь Фан обмякло, и Хун Ци едва успел подхватить её. Я заметил, как черный кот на плече незнакомца дернулся, а в его глазах, устремленных на меня, промелькнула неприкрытая ненависть.

— Вы пришли выразить соболезнования? — вежливо спросил я, глядя на мужчину.

Кто-то из толпы подставил ему длинную скамейку. Мужчина невозмутимо сел, закинув ногу на ногу, и слегка улыбнулся:

— Третий мастер скончался, конечно, я должен был прийти. И не просто прийти, а проводить его в последний путь!

Он заявил это с таким видом, будто имел на то полное право. Очередной желающий нести гроб моего деда. Чего они все добиваются? Счастья и долголетия? Смешно. Это благословение, которое дед оставил мне, пожертвовав собственными годами жизни, — неужели я позволю кому-то так легко его отобрать?

Хун Ци легко прогнал Хуан Даолиня, Восьмой дедушка тоже был напуган, а теперь вот эта новая шайка. Они даже переоделись — неужели собираются нести гроб силой?

— Хм! — Хун Ци, придерживая Чэнь Фан, свысока посмотрел на сидящего во дворе мужчину и фыркнул: — Ты хоть знаешь, кто ты такой? С чего ты взял, что достоин нести гроб Третьего мастера?

— А ты кто такой? — пропищал мужчина, окинув Хун Ци презрительным взглядом. — Ли Тяньян ещё рта не открыл, с чего ты вообще здесь распоряжаешься?

— Он прав, — я шагнул к Хун Ци и так же сверху вниз посмотрел на мужчину. — Ты кто такой? С какой стати тебе нести гроб моего деда?

Хун Ци прав. Это наследие деда, предназначенное мне. Даже если сам Небесный Владыка спустится с небес, он не смеет прикоснуться к гробу моего деда!

— Какой дерзкий сопляк, — усмехнулся мужчина. — Поспрашивай в кругах: сколько людей умоляют меня, Чжоу Чжэна, понести их гроб? Очередь на десять лет вперед расписана!

— Что? Чжоу Чжэн?

— Тот самый Мастер Гробов с Хуанхэ?

— Говорят, его слава гремит на берегах Желтой реки, и даже высокопоставленные чиновники ждут его согласия, чтобы он оказал им честь!

— Да, в северных кругах фэн-шуй Чжоу Чжэн занимает место в первой десятке!

— Разве он не из Северной школы? Мы же на Юге...

Слушая перешептывания гостей, я начал понимать, кто этот Чжоу Чжэн. Всю жизнь я учился, лишь изредка перенимая крупицы знаний у деда, поэтому в делах мира фэн-шуй разбирался неважно. Но одно я понял точно: этот человек притащился сюда с Севера. Мастер Гробов Северной школы приехал на Юг, чтобы нести гроб? Видимо, ему совсем заняться нечем.

— Плевать, кто ты такой! — я сделал шаг вперед. — Я, Ли Тяньян, сегодня скажу прямо: моему деду не нужно, чтобы его кто-то нес. Откуда бы ты ни пришел, если хочешь жить — убирайся прочь!

— Ц-ц-ц, вот уж действительно — молодая корова тигра не боится, — Чжоу Чжэн неуместно захлопал в ладоши. Шерсть на черном коте на его плече встала дыбом, казалось, он готов в любую секунду вцепиться мне в горло.

— Маленький хозяин прав, — холодно сказал Хун Ци. — Чжоу Чжэн, если не хочешь сдохнуть, не лезь в это дело!

Чжоу Чжэн поднялся и невозмутимо посмотрел на меня:

— Когда Третий мастер был жив, я, может, и испугался бы. Но теперь он мертв. Что может сделать мертвец? Этот гроб я понесу в любом случае!

Ха. Да этот негодяй просто ни во что меня не ставит. Черт возьми! Впервые вижу, чтобы люди так рвались нести чужой гроб. Хуан Даолинь, Восьмой дедушка, Чжоу Чжэн… кто бы ни пришел, пока я жив, никто не смеет прикоснуться к гробу моего деда!

В этот момент по залу пронесся ледяной сквозняк.

http://tl.rulate.ru/book/232793/33715073