Готовый перевод Earth Prison / Земля-тюрьма: Человечество как скот пришельцев: Глава 14

Пинг, выслушав Лю Жушуя, окончательно уверился в том, что перед ним человек не от мира сего. Он поспешно спросил:

— Мастер, как вы узнали? В последние дни я чувствую себя ужасно: постоянная слабость, вечные кошмары! Мастер, неужели я подхватил какую-то странную болезнь?

— Ты помнишь тот вечер, когда вы затеяли драку? — напомнил Лю Жушуй, решив воспользоваться случаем, чтобы проучить эту шайку хулиганов и отбить у них охоту чинить произвол. — Еще тогда кто-то вмешался в твою судьбу.

— А? Что произошло? Кто это сделал? Неужели кто-то из моих врагов? Неудивительно, что тот вечер кажется мне таким странным. Вспоминаю, как меня охватила необъяснимая ярость, хотелось на ком-нибудь сорвать злость! — Пинг прозрел и забормотал себе под нос.

Пришельцы вроде Мэн-жэней были страшны тем, что могли незаметно влиять на человеческие эмоции. Но в конечном счете всё упиралось в человеческие пороки: даже самые злые чары лишь разжигали то, что уже таилось внутри. Как говорится, муха не садится на целое яйцо. У всех разумных существ есть свои желания и страсти, а там, где есть желания, всегда найдутся такие существа, как шестой мастер Мэн-жэней.

— Мастер, спасите меня! — Пинг уже настолько привык к этому обращению, что оно слетало с его губ само собой.

— Не волнуйся, это пустяки. Сядь поудобнее, — успокоил его Лю Жушуй.

Он как раз собирался опробовать целительное заклинание из Свода мантр — лучшего подопытного, чем Пинг, было не найти. Конечно, заклинание не было всемогущим: оно могло лишь ускорить заживление легких ран, завися от силы самого заклинателя. В случае же смертельной опасности требовалось пожертвовать жизненной энергией, а порой и собственной жизнью. Жизнь и смерть предопределены судьбой, и если человеку суждено уйти, никакие заклинания не помогут — тут нужны редчайшие небесные сокровища. Но случай Пинга был лишь легким истощением, для Лю Жушуя это было проще простого.

Лю Жушуй не стал медлить. Чтобы придать действу больше веса, он начал активно жестикулировать, складывая пальцы в мудреные печати и тихо напевая заклинание. Пинг и его люди все равно ничего не понимали, так что звуки лишь добавляли таинственности. Прочитав мантру трижды, Лю Жушуй для пущего эффекта сложил пальцы в виде меча, указал на Пинга и громогласно провозгласил:

— Исполняйте немедленно!

Закончив этот спектакль, он с важным видом взял чашку и принялся неспешно попивать чай. Целительное заклинание было поистине удивительным: оно позволяло сочетать звуковые вибрации так, чтобы напрямую связываться с энергией Вселенной. А количество этой энергии зависело лишь от мастерства заклинателя и глубины его понимания законов мироздания.

Лю Жушуй украдкой открыл Небесное око, чтобы проверить результат — все-таки первый раз, нужно быть осторожным. Он увидел, как над головой Пинга пошли круги, похожие на рябь на воде. Они медленно опускались вниз, окутывая его тело ярким сине-фиолетовым свечением.

Отлично, работает! Пинг издал довольный стон, и Лю Жушуй, закрыв Небесное око, увидел, как тот с наслаждением потягивается. Через некоторое время Пинг пришел в себя, глядя на Лю Жушуя с таким восторгом, что был готов броситься ему в ноги.

— Мастер, это чудо! Одно ваше движение — и я чувствую себя так, будто принял эликсир бессмертия. Я полон сил, будто тигр!

Похоже, он переборщил с мощностью. Лю Жушуй с глубокомысленным видом произнес:

— В мире всё имеет свои причины и следствия. Впредь не затевайте драк и не беритесь за оружие по пустякам — тогда никакое зло не сможет к тебе подступиться.

Он понял, что у него определенно есть талант к роли святого старца.

— За оружие по пустякам? — Пинг озадаченно нахмурился, не совсем поняв смысл.

Похоже, он перегнул палку, не учтя уровень образования Пинга.

— Мастер хочет сказать, чтобы мы перестали постоянно драться! — поспешил объяснить Ху Чжэнтянь, тоже начавший называть его мастером. Похоже, Лю Жушуй окончательно покорил их.

— Да-да, конечно! Мастер, не беспокойтесь! Я ведь на самом деле не такой уж неразумный. В тот день на меня будто бес нашел, вот я и повел себя так импульсивно. Прошу прощения за этот позор! — Пинг наконец все понял и закивал.

Они стали относиться к Лю Жушую с еще большим почтением, наперебой рассыпаясь в комплиментах. Лю Жушуй, устав от этого, решил откланяться. Пинг упрашивал его остаться на ужин, но Лю Жушуй вежливо отказался, сославшись на то, что он еще учится и ему не стоит слишком тесно связываться с подобными людьми.

Видя, что мастер непреклонен, Пинг замялся, словно хотел что-то сказать, но не решался. Лю Жушуй, поняв его намеки, произнес:

— У нас с тобой есть общая связь. Если возникнут дела, можешь передать через Цзян Синьхуа.

Лю Жушуй рассудил, что иметь под рукой такую силу может оказаться полезным. Он даже не заметил, что под влиянием полученных воспоминаний стал вести себя не как пятнадцатилетний подросток, а как прожженный делец. Еще несколько месяцев назад он бы и слова вымолвить не смог перед таким бандитом.

Услышав это, Пинг просиял:

— Благодарю, мастер! Буду ждать ваших наставлений!

— И не называй меня мастером при посторонних, — нахмурился Лю Жушуй. Постоянное мастерканье начало его утомлять.

— Хорошо, мастер! Ой, то есть, брат Шуй, я понял! — Пинг уже считал его чуть ли не божеством, поэтому был готов на всё.

Лю Жушуй закатил глаза и, не говоря больше ни слова, поднялся со стула. Пинг и его советник наперегонки бросились провожать его. Когда они вышли из приемной, подчиненные Пинга, увидев своего босса в столь покорной позе, едва не лишились дара речи. Даже Цзян Синьхуа смотрел на это с изумлением.

Стоявший у дверей громила тоже застыл в шоке. Пинг, заметив это, отвесил ему звонкую пощечину:

— Оглох, остолоп? Открывай дверь брату Шую!

Лю Жушуй лишь холодно хмыкнул — он терпеть не мог подобное самодурство. Пинг виновато заулыбался:

— Брат Шуй, прошу!

Лю Жушуй уже без тени игры, серьезно сказал:

— Много шума, мало дела — это удел грубиянов. Истинный герой обладает великими целями при малом шуме. Пинг, запомни мои слова.

Сказав это, он не оглядываясь ушел, оставив Пинга в оцепенении. Эта фраза сама всплыла у него в голове, идеально подходя к случаю. Пинг так глубоко задумался над его словами, что даже забыл проводить гостя до конца. Ху Чжэнтянь тоже размышлял над услышанным и спустя время прошептал:

— Не зря он мастер.

— Старый Ху, что он имел в виду? — спросил Пинг.

— Тот, у кого нет высоких целей, ведет себя заносчиво и грубо — это удел уличных торгашей. А человек с великими целями всегда осторожен и сдержан. Именно такие люди и становятся настоящими героями.

Ху Чжэнтянь был человеком образованным и сразу уловил суть. Пинг впитывал каждое слово, вспоминая свои юношеские мечты. Никто не рождается бандитом. В молодости он тоже учился боевым искусствам и мечтал стать благородным рыцарем. Но жизнь распорядилась иначе, и ради выживания ему пришлось каждый день проливать кровь.

В глазах Пинга прояснилось. Он посмотрел на советника:

— Старый Ху, мы с тобой столько прошли, чтобы добиться того, что имеем сейчас. Думаю, пора нам взяться за дело по-настоящему!

Ху Чжэнтянь был взволнован. Он был верным соратником Пинга с самого начала и знал, через что им пришлось пройти. Его голос дрожал:

— Пинг, именно так и должен мыслить мужчина! А мастер наверняка нам поможет, если мы...

Они переглянулись, и в их глазах вспыхнул прежний огонь. Они уединились в кабинете, плотно закрыв дверь, и принялись что-то обсуждать. Никто и подумать не мог, что случайная фраза Лю Жушуя положит начало созданию охранной компании Хэиань, которая в будущем будет наводить ужас на весь подпольный мир.

Поистине, нечаянно посаженная ива дает густую тень. Но это уже совсем другая история.

http://tl.rulate.ru/book/230015/33008331