Готовый перевод Tomb of the Western Realm / Великая гробница Западных земель: Глава 15

Чжан Ляньмэн, видя, что уговоры на Старого Чжана не действуют, оставалось лишь послушно следовать за ним, осторожно осматриваясь по сторонам. Старый Чжан шел первым, освещая путь шахтерским фонарем. Свод пещеры был арочным, а стены, сложенные из горной породы, после воздействия воды почернели, как и у самого входа. Время от времени сверху срывались ледяные капли; попадая на сельчан, они заставляли тех нервничать, и люди то и дело испуганно вскидывали головы.

Чжан Ляньмэн, не переставая оглядываться, опасалась, как бы снова не вылетело что-нибудь непонятное. Вдруг в свете фонаря на каменной стене проступили узоры, напоминающие настенную живопись. Она поспешно шагнула вперед, схватила Старого Чжана за рукав и взволнованно воскликнула:

— Папа, смотри! На стене рисунки!

Старый Чжан, до этого напряженно вглядывавшийся в темноту, очнулся и направил луч фонаря на стену:

— Что здесь изображено?

— Это резьба. Точь-в-точь как на тех стенах, где я была, когда меня спас Лю Юйвэнь. Везде журавли, — ответила Чжан Ляньмэн, разглядывая рисунки, которые, несмотря на эрозию от дождевой воды, все еще были отчетливо видны.

— А Лянь, а зачем здесь эти рисунки? — поинтересовался Упрямый Ослик, ускоряя шаг, чтобы не отстать от Дядюшки Линя.

Услышав топот Упрямого Ослика, Чжан Ляньмэн обернулась:

— Иди осторожнее, не упади. Я не знаю, что означают эти журавли, но если идти в ту сторону, куда указывают их клювы, мы обязательно найдем каменную дверь.

— Серьезно? — Старый Чжан снова навел фонарь на стену и присмотрелся. — И правда, мы ведь все время идем туда, куда они указывают! Как же я раньше этого не замечал?

Сельчане, шедшие в хвосте, тоже начали озираться, изучая каждый уголок пещеры. Пространство внутри было огромным, особенно свод, высота которого достигала почти тридцати метров. Однако чем дальше они продвигались, тем уже становился проход: если в начале ширина составляла около двадцати метров, то теперь сузилась до десяти. Стены, сближаясь, вызывали у людей чувство удушья. Никто не знал, станет ли проход еще уже, но все продолжали следовать за Старым Чжаном в темноту.

Упрямый Ослик, выслушав слова Старого Чжана, понимающе кивнул:

— О, вот оно что.

— Жаль, что Чжан Мина нет с нами. Он человек ученый, наверняка понял бы смысл этих росписей, — Старый Чжан, ничего не смысливший в настенной живописи, решил таким образом оправдать свое незнание.

В группе было около двадцати человек — крепкие мужчины лет тридцати. В пещере они не чувствовали особого страха, лишь легкий осадок от недавней встречи с Птицами-вестниками смерти, да гнетущая теснота прохода давила на нервы. Один из сельчан вытащил из кармана табак, пошарил в поисках бумаги и достал клочок — похоже, вырванный из школьной тетради. Разорвав его на несколько частей, он насыпал табак и свернул самокрутку, вдвое толще обычной сигареты. Остановившись, он поднес факел к кончику самокрутки, чтобы прикурить.

— А-а! — внезапно вскрикнул он и тут же замолчал.

— Кто это? Что случилось? — встревоженно спросил Старый Чжан, возглавлявший отряд.

Один из сельчан, шедший позади, ответил:

— Чжан Эркую, он закурить хотел и случайно провалился в ловушку.

Все бросились к тому месту, где только что кричал Чжан Эркую, но, кроме длинных каменных плит, там ничего не было — ни ям, ни ловушек.

— Староста, у нас под ногами сплошные плиты, а когда мы входили, была влажная грязь. Вдруг здесь скрытые механизмы? Нужно быть осторожнее, — предупредил Старый Чжан Гуанмин, самый осторожный и пугливый в деревне.

Старый Чжан, выслушав его, встал одной ногой на плиту, где исчез Чжан Эркую, а другой — на соседнюю. Затем он с силой надавил на подозрительную плиту.

— Никаких признаков, обычный камень, — он развернулся и начал с силой топать по остальным плитам.

Чжан Гуанмин присел, наклонил голову, приложил ухо к плите и начал простукивать ее рукой. Повозившись некоторое время, он сказал:

— Староста, плита не полая, ловушки под ней быть не должно.

Сельчане недоуменно чесали затылки: как Чжан Эркую мог исчезнуть на ровном месте? Неужели это Птицы-вестники смерти, о которых говорила Чжан Ляньмэн, навели чары, чтобы забрать жизни? Люди начали перешептываться, и в пещере поднялся шум.

— Смотрите сюда, пара красных глаз смотрит прямо на нас! — Чжан Гуанмин поднял факел к лицу. Не успел он договорить, как сам исчез на глазах у всех.

— Старый Чжан, это ты? Не смотрите на глаза леопарда на стене! — раздался хриплый голос из глубины пещеры.

Услышав зов, Старый Чжан навострил уши и, взволнованно покраснев, ответил:

— Старый Линь, наконец-то я тебя нашел! Мост, по которому мы пришли, разрушен, доски превратились в труху, вернуться прежним путем невозможно. По дороге на нас напали питоны, погибло несколько человек, вот мы и решили искать тебя, надеясь на помощь. Но едва вошли в пещеру, как Чжан Эркую и Чжан Гуанмин бесследно исчезли, даже тел не осталось!

— Это, должно быть, хитроумные механизмы, спроектированные древними мастерами. В записях на плите у входа в гробницу я встречал упоминание о том, как глаза леопарда поглощают людей. Впрочем, уверен, всему есть научное объяснение — возможно, это воздействие электромагнитных волн. Я пока не разобрался до конца. Согласно надписям, в пещере есть три каменных леопарда, охраняющих гробницу. Если между их глазами и человеком оказывается огонь, возникают галлюцинации: глаза кажутся красными, а человек в мгновение ока исчезает, — подробно объяснил Дядюшка Линь.

Упрямый Ослик, сжимая кулаки, закричал на Дядюшку Линя:

— Ах ты, Дядюшка Линь! Оказывается, ты тайком пробрался сюда, чтобы забрать сокровища наших предков! Хочешь присвоить все себе? К тому же ты даже не из нашей Деревни Водяной Змеи!

Дядюшка Линь, ничего не понимая, озадаченно посмотрел на Упрямого Ослика, а затем перевел взгляд на Старого Чжана. Тот под его пристальным взором почувствовал себя неловко, смущенно усмехнулся и повернулся к Упрямому Ослику:

— Хватит! Сейчас наша главная задача — найти способ вернуться в деревню и отыскать пропавших сельчан. Остальное обсудим позже.

Дядюшка Линь бросил на Старого Чжана пренебрежительный взгляд, подошел к месту, где стояли люди, поднял с земли потухшую самокрутку, повертел ее в руках, затем взял в рот, прикурил от факела Старого Чжана и, зажав ее между указательным и средним пальцами, затянулся.

— Это самокрутка Чжан Эркую, — сказал кто-то из толпы.

Дядюшка Линь выпустил дым и, немного подумав, произнес:

— Восстановить мост почти невозможно. Скалы вокруг голые, даже приличного дерева не найти. Согласно надписям на дверях, способа нейтрализовать глаза леопарда нет, но я уверен, что внутри гробницы должны быть записи о ее строительстве. Если мы найдем эти документы, то сможем спасти пропавших.

— Папа, Дядюшка Линь, нам нужно как можно скорее вернуться в деревню, нужно спасти Лю Юйвэня! Не знаю, что с ним сейчас, — глаза Чжан Ляньмэн покраснели.

Услышав имя Лю Юйвэня, Дядюшка Линь вздрогнул, а затем начал корить себя:

— Это все я виноват, я погубил парня. Но как только вернемся, соберем всех жителей и отправимся в Темный лес искать труп, мы обязательно его спасем.

— Искать труп? — не поняла Чжан Ляньмэн.

— Да. Твой отец в свое время тоже был проглочен белой змеей, но выжил, — сказал Дядюшка Линь, не зная, что произошло с Лю Юйвэнем на самом деле.

Чжан Ляньмэн изумленно спросила:

— Я своими глазами видела, как А-Ню упал в пропасть. Как это связано с трупом?

Старый Чжан, видя замешательство Дядюшки Линя и дочери, пересказал им все события. Выслушав его, Дядюшка Линь сказал:

— Я верю, что парень жив. У него счастливая судьба, я в людях не ошибаюсь. — Он посмотрел на Чжан Ляньмэн и добавил: — А Лянь, он ведь к тебе неравнодушен. Я обманом заманил его в горы, сказал, что научу разводить водяных змей, а на самом деле мне просто нужен был помощник.

— Кто в это поверит! Он наверняка знал, что Дядюшка Линь идет за сокровищами, вот и притворился, что ему нужен рецепт. По-моему, он очень хитрый, — возразил Упрямый Ослик.

Чжан Ляньмэн сердито топнула ногой:

— Не смей так говорить! Если бы ты не взорвал мост, он бы не упал в пропасть!

Упрямый Ослик, увидев, что все смотрят на него с осуждением, замолчал и принялся сосредоточенно перекладывать медные зубы змеи, которые держал в руках.

— Старый Линь, дверь в гробницу открылась? — внезапно спросил Старый Чжан.

Дядюшка Линь разочарованно покачал головой:

— Я вставил бронзовый меч и пару нефритовых тигров в пазы, но никакой реакции. Только снаружи пещеры послышался какой-то шум, а дверь даже не шелохнулась.

— Что же нам делать? Упрямый Ослик, у тебя еще осталась взрывчатка? — спросил Старый Чжан.

— Осталась, у Чжан Мина снаружи, — уверенно ответил Упрямый Ослик.

Дядюшка Линь замахал руками:

— Нет, ни в коем случае! Это повредит культурные ценности!

— Старый Линь, я знаю, что у вас в деле свои правила, но сейчас на кону жизни всех сельчан. Снаружи еще десятки людей, еды нет, чем дольше мы здесь заперты, тем опаснее. Кто знает, не проглотят ли нас глаза леопарда? Решено, делаем так, — настаивал Старый Чжан.

Дядюшка Линь долго молчал, оглядел сельчан и сказал:

— Хорошо. Сначала выйдем наружу за снаряжением. Гробница слишком странная, боюсь, здесь есть нечистая сила. Я приготовил мочу мальчика, возьмем ее с собой.

— Вечно ты со своими странностями, — усмехнулся Старый Чжан.

Он повел отряд к выходу и по пути спросил:

— Старый Линь, ты сказал, что гробница и эта погребальная камера связаны?

Дядюшка Линь не удержался и расхохотался:

— Старый Чжан, гробница и погребальная камера — это одно и то же, хотя есть нюансы. Гробницей называют место упокоения императорских особ, это как императорский дворец в древности.

Старый Чжан понимающе кивнул:

— Вот оно что. Значит, это гробница императора?

— Да, тебе многого не понять. Скажи лучше, как ты мог взять А Лянь с собой в такой опасный поход на Заднюю гору? — упрекнул его Дядюшка Линь.

Старый Чжан посмотрел на дочь:

— Это у нее самой спроси. Я даже не знал, что с ней случилось после того, как она поднялась в горы. Хорошо, что тот парень, Лю Юйвэнь, спас ее.

Дядюшка Линь перевел взгляд на Чжан Ляньмэн, и та, смущаясь и печалясь, рассказала свою историю. Оказалось, услышав, что Лю Юйвэнь может быть в опасности, она в одиночку отправилась в Темный лес. Шел мелкий дождь, зонта у нее не было, и она бежала по лесной тропинке, выкрикивая имя Лю Юйвэня. Вскоре она увидела по обе стороны дороги женские трупы, висящие на деревьях. Сначала все было спокойно, но когда она пробежала метров пятьсот, тела начали падать с деревьев, словно пули. Увидев, что впереди путь преграждают падающие трупы, она повернула назад, но мертвецы погнались за ней. Не желая сдаваться, она рискнула пробраться через лес к мосту, где и встретила сельчан.

Выслушав ее, Дядюшка Линь сказал:

— Я так и думал. Деревья софоры в темноте накапливают иньскую энергию, сегодня как раз пятнадцатое число по лунному календарю, а А Лянь — женщина. Ее энергия инь и пробудила трупы.

Старый Чжан внезапно прозрел:

— Так вот чьи следы мы видели в лесу! Это те мертвецы гнались за тобой. Бедная моя А Лянь, — он погладил дочь по голове, и они вышли из пещеры.

Дядюшка Линь вдруг заметил что-то неладное, посмотрел на верхнюю часть входа в пещеру, широко открыл глаза и, дрожа, пробормотал:

— Что это значит?

Старый Чжан заметил его замешательство и указал на пещеру с головой тигра:

— Смотри, как пещера изменилась! Раньше она выглядела совсем иначе. Старый Линь, что не так с этой тигриной головой?

Дядюшка Линь нахмурился, его лицо от морщин стало похоже на грубую кору дерева. Он взял у Старого Чжана фонарь и принялся внимательно изучать конструкцию. Вход был высечен из белого мрамора (ханьбайюй) с таким мастерством, что казался чудом. Осмотревшись, он сказал:

— Похоже, это грандиозный искусственный механизм. Думаю, когда мы вставили бронзовый меч и нефритового тигра в пазы, мы привели в действие какой-то рычаг, из-за чего гора сдвинулась, и пещера предстала в своем истинном виде. Древние обладали невероятной мудростью, многие их постройки не поддаются научному объяснению. Взять хотя бы египетские пирамиды или круги на полях — это совершенные произведения искусства, которые не объяснить парой слов.

Старый Чжан, поразмыслив, сказал:

— Если так, то вся гробница — это один огромный механизм. Мы еще не вошли, а уже понесли такие потери. Что же будет внутри? Там так жутко, а те глаза леопарда… По-моему, нам лучше поискать другой путь и убраться из этого проклятого места.

Дядюшка Линь, хоть и не хотел отступать, постарался сохранить спокойствие:

— Мы в безвыходном положении. Мост взорван, вокруг отвесные скалы — бездонная пропасть. Единственный путь — войти в гробницу и найти подсказки, оставленные древними мастерами. При строительстве таких огромных усыпальниц рабочие всегда оставляли себе пути отхода. Возможно, в надписях мы найдем указания на лаз расхитителей гробниц, и тогда сможем безопасно вернуться в деревню. Но…

Дядюшка Линь замолчал. Чжан Ляньмэн, стоявшая рядом, по его взгляду поняла, в чем дело:

— Дядюшка Линь, вы беспокоитесь о том, как открыть дверь?

Он кивнул:

— Да. Я испробовал все, но эта многотонная каменная дверь не поддается.

В этот момент Упрямый Ослик, растолкав всех, подбежал к ним, тяжело дыша:

— Я взорву ее! Не верю, что она из железа и стали, сейчас разнесу ее в щепки!

Старый Чжан посмотрел на вход, затем на высеченную из мрамора голову тигра и воскликнул:

— Нет, нельзя! Взрывчатка слишком мощная. Посмотрите, голова тигра — это тонкая резьба. В этих диких горах не найти такого прозрачного мрамора, его наверняка привезли издалека. Если мы взорвем дверь, то не только не откроем ее, но и обрушим всю гору. Тогда мы все здесь и останемся.

Сельчане, поняв опасность, закивали, соглашаясь со Старым Чжаном. Дядюшка Линь нахмурился, погладил редкую бородку и беспомощно произнес:

— Я не знаю других способов, в надписях на стенах нет никаких подсказок.

Видя, что люди приуныли, Старый Чжан повысил голос:

— Не бойтесь, мы найдем другой способ, мы обязательно выберемся и всех спасем! — Затем он тихо спросил Дядюшку Линя: — Ты уверен, что перепробовал все способы?

Дядюшка Линь потянул его за рукав и указал на свободное место в стороне, жестом приглашая отойти. Чжан Ляньмэн последовала за ними. Отойдя на небольшое расстояние, Дядюшка Линь прошептал:

— Честно говоря, я использовал все известные мне методы, нажимал на все механизмы, но никакой реакции. Раньше все было иначе.

— Погоди, что значит «раньше было иначе»? Ты что, уже открывал эту дверь? — Старый Чжан, уловив суть, схватил его за рукав и строго спросил, стараясь говорить тихо, чтобы не услышали сельчане.

Дядюшка Линь усмехнулся:

— Старый Чжан, ты как всегда внимателен. Десять лет назад мы с женой открывали похожую гробницу. Там на стене тоже были журавли, и моя жена нажала на выступ в форме тигра, после чего дверь открылась. Я сделал все точно так же, но в этот раз — никакой реакции.

Чжан Ляньмэн, услышав это, вздрогнула. В тусклом свете ее лицо стало бледным. Она дрожащим голосом спросила:

— Вы хотите сказать, что дверь открыла Тетушка Линь? Она упоминала что-то еще?

— Что-то еще? Что ты имеешь в виду? — Дядюшка Линь, почуяв неладное, решил уточнить.

Чжан Ляньмэн подняла правую руку, на ладони которой проступил отпечаток тигра. Упрямый Ослик, стоявший неподалеку, заметил это и подбежал:

— А Лянь, когда ты успела сделать татуировку? И такая милая! — он с восхищением разглядывал свирепого тигра.

Только Дядюшка Линь, увидев рисунок на ладони Чжан Ляньмэн, пришел в ужас. Его лицо побелело, он застыл, не в силах вымолвить ни слова. Наконец, он пробормотал:

— Черная… магия…

Старый Чжан, ничего не понимая, хотел было спросить, в чем дело, но тут к ним, спотыкаясь, подбежал человек:

— Староста, вы вернулись! Там ситуация! — Это был Чжан Мин, который, увидев факелы, поспешил с докладом.

— Не спеши, говори медленнее.

— Староста, идите за мной.

http://tl.rulate.ru/book/229943/32996539