Готовый перевод Spy War: Waves of Intrigue / Шпионские игры: Волна за волной: Глава 16

Линь Хао с самым радушным видом поприветствовал присутствующих, однако Такахаси Дзиро лишь холодно скользнул по нему взглядом. В этих глазах читалось неприкрытое презрение — он даже не счел нужным ответить на вежливое приветствие, а просто, словно никого вокруг не замечая, прошел к дивану и тяжело опустился на него.

Сердце Линь Хао екнуло: он мгновенно осознал, что здесь ему не рады.

Он активировал Око Прозрения, но не увидел ровным счетом ничего. Линь Хао охватило недоумение: неужели система подсунула ему подделку? Впрочем, сейчас было не до раздумий.

Затем он перевел взгляд на Такахаси Таро. Над головой того высветилась надпись: Парень, надеюсь, ты не окажешься слабаком.

Неужели этот старый черт действительно хочет сделать его своим зятем? Но времени на размышления не было, да и проявлять слабость сейчас не стоило. Похоже, лучше всего придерживаться тактики сдержанного достоинства.

Линь Хао, обладавший тонким чутьем, вежливо попрощался с Такахаси Таро и Митико и вышел. В конце концов, обстоятельства оказались сильнее: даже если бы он прикончил всех троих японцев, на общую картину это бы не повлияло.

Как только фигура Линь Хао скрылась за дверью, Митико не выдержала и с упреком обратилась к Такахаси Дзиро:

— Дядюшка, что это было? Линь-цзюнь так вежливо с тобой поздоровался, а ты даже не удостоил его ответом. Раньше ты не был таким холодным человеком. Как же служба в армии так изменила твой характер?

Услышав это, Такахаси Дзиро мгновенно преобразился. Ледяное выражение лица исчезло, сменившись широкой улыбкой.

— Это не моя вина, — пояснил он, — твой отец сам настоял на таком поведении.

Митико в полном недоумении перевела взгляд на отца.

Такахаси Таро с тяжелым вздохом ответил:

— Я просто хотел его проверить, посмотреть, нет ли у него каких-то скрытых замыслов. Все, хватит об этом. Иди лучше готовь ужин. Праздник на носу, ты что, хочешь оставить меня и дядю голодными?

Митико осталась недовольна, но, надувшись, все же ушла на кухню.

Дождавшись, пока она уйдет, Такахаси Дзиро понизил голос и серьезно спросил:

— Брат, что ты на самом деле задумал? Зачем проверять этого человека? Неужели ты всерьез намерен выдать Митико за этого китайца?

Такахаси Таро нахмурился и медленно произнес:

— Ты же сам видишь, Митико привязалась к нему всей душой, ее так просто не переубедишь.

Взгляд Такахаси Дзиро стал жестким, и он предложил вполголоса:

— Может, мне представится случай прикончить его? Чтобы не накликать беды. Митико ничего не узнает.

Такахаси Таро поспешно замахал руками:

— Не нужно. МИД планирует продолжить политику управления китайцами руками самих китайцев в Восточном и Южном Китае. До тамошнего императора в Маньчжурии нам не дотянуться, да и Квантунской армии нельзя позволять расширяться дальше. Я всегда считал эту политику ошибочной, но успехи в Маньчжурии заставили меня усомниться. Я решил сделать этого юношу своим подопытным кроликом, чтобы проверить, жизнеспособна ли такая стратегия. Если нет — разобраться с ним будет несложно. А что касается Митико, она еще молода, спешить с замужеством нет нужды.

Тем временем Линь Хао с временным пропуском, выданным Такахаси Таро, без происшествий добрался до Французской концессии.

Хотя сегодня был канун Нового года, китайские кварталы, только что пережившие ужасы войны, утратили свою былую праздничную атмосферу — повсюду царили запустение и холод.

В самой же концессии, напротив, жизнь била ключом: огни, веселье, роскошь. Вот только обитало здесь в основном иностранное сообщество, для которого китайский Новый год не значил ровным счетом ничего.

Едва Линь Хао переступил порог своего жилища, как увидел, что Чжугань и остальные лепят пельмени. Увидев его, все просияли — словно обрели опору, и на лицах заиграли радостные улыбки.

Линь Хао мельком взглянул на начинку и понял, что она постная. В голове промелькнула мысль: в последнее время с деньгами у них туго.

Он вытащил из кармана десяток с лишним серебряных долларов, передал их Чжуганю и распорядился:

— Возьмите Лю Гуана, сходите купите рыбы, мяса. Отметим праздник как следует.

Дочь Старого Вана, Ван Сяоэр, которой после Нового года должно было исполниться восемнадцать, расцвела и стала еще краше. Она послушно подала Линь Хао стакан воды и вернулась к родителям, чтобы продолжить помогать.

У Чжуганя никогда не было таланта к экономии, да и постная диета последних дней его порядком измотала. Те деньги, что дал Линь Хао, он потратил до последнего гроша. Впрочем, из-за войны и праздников цены взлетели до небес — в обычное время этой суммы хватило бы семье на два-три месяца.

Вернулись они с полными сумками крупы, муки и масла, набрали гору курицы, утки и рыбы, не забыв захватить ящик водки.

После шумного и обильного обеда Линь Хао не находил себе места. Снаружи улица гудела, но на душе было тяжело. Совсем недалеко отсюда творилась чудовищная трагедия, а он, будучи в самом центре событий, мог лишь кипеть от бессилия и гнева.

Когда Чжугань, Лю Гуан и остальные отправились гулять, Линь Хао в одиночестве поднялся на этаж выше, к квартире одних французов. Те уехали на Рождество на родину и до сих пор не вернулись — об этом Линь Хао случайно узнал из разговоров Чжуганя.

Воспользовавшись их телефоном, он набрал номер для связи, который уже десять дней публиковался в газетах. Десять дней — именно такой срок он обговорил с Мао Цяньли. Линь Хао не хотел упускать шанс: он надеялся, что, заручившись поддержкой гоминьдановской разведки, сможет хоть чем-то помочь в войне сопротивления.

На звонок ответили почти сразу.

— Алло, кого вы ищете? — раздался в трубке мягкий женский голос.

— Я ищу босса Пи, — ответил Линь Хао, как было условлено.

— Одну минуту, — последовал четкий ответ.

Вскоре раздался другой голос:

— Это брат?

— Да, как поживает старший брат? — Линь Хао ответил по заученному сценарию, про себя усмехаясь: уж больно примитивным оказался пароль.

После короткого обмена любезностями они условились встретиться вечером в отеле Эйфель во Французской концессии.

Вечером в доме было тепло и уютно, Чжугань с компанией играли в карты, громко смеясь. Линь Хао объявил, что чувствует себя неважно и хочет отдохнуть, ушел в свою комнату и выскользнул через окно.

Вскоре он уже стоял у входа в отель Эйфель.

К этому времени он успел полностью преобразиться: теперь он выглядел как мужчина лет сорока-пятидесяти. Широкополая шляпа и шарф, закрывающий половину лица, скрывали его облик. Чтобы пройти любую проверку, он по пути прихватил фальшивые документы, якобы выданные в Юго-Восточной Азии.

Опыт прошлой жизни и уроки старика, научившего его подобным уловкам, пришлись как нельзя кстати.

http://tl.rulate.ru/book/228278/32402549