Готовый перевод Point of no return: I filed for divorce, and now my ex-wife is in tears begging me to come back! / Точка невозврата: Я подал на развод, и теперь бывшая жена в слезах умоляет меня вернуться!: Глава 3. Развод

Голос Линь Фэна звучал ровно, в нем не было ни капли эмоций.

Под его пристальным взглядом Су Ваньцин стало не по себе, и она подсознательно отвела глаза.

— Я... я просто хочу, чтобы ты понимал всю серьезность ситуации. Линь Фэн, мы муж и жена, и я бы не хотела...

— Пусть он убирается из твоей компании к чертям.

Линь Фэн грубо оборвал её на полуслове.

Су Ваньцин застыла в оцепенении.

— Что ты сказал?

— Я сказал, — отчетливо повторил Линь Фэн, — пусть Лу Ли выметается из твоей фирмы. Оборви с ним любые связи.

Он смотрел на неё холодным, пронзительным взглядом.

— Это единственное условие, при котором мы сможем продолжать.

Он снова — и теперь уже в последний раз — передал право выбора в её руки.

Либо она выбирает его, своего мужа.

либо своего «невинного» названного брата.

Глядя на супруга, который в одночасье стал для неё совершенно чужим человеком, Су Ваньцин впервые почувствовала настоящий страх. Она и представить не могла, что дело примет такой оборот.

Она долго молчала.

Так долго, что Линь Фэн на мгновение допустил мысль, что она решит пойти на компромисс.

Однако в конце концов она покачала головой.

— Нет.

Отказ был коротким и решительным.

— Почему? — спокойно спросил Линь Фэн, хотя в душе у него всё окончательно выгорело.

— У компании с Лу Ли подписан официальный трудовой договор. Я не могу просто так уволить способного сотрудника из-за личных капризов. Это было бы несправедливо по отношению к фирме и несправедливо по отношению к нему.

Она сделала паузу и добавила:

— К тому же, он однажды спас меня.

Линь Фэн усмехнулся. Его смех был полон невыразимой горечи.

Справедливость?

Когда Лу Ли прилюдно унижал его той фотографией, почему она не заикалась о справедливости?

Когда она, не разбираясь в причинах, влепила ему пощечину и заставила извиняться — где тогда была её справедливость?

— Линь Фэн, ну почему ты не можешь быть хоть немного великодушнее? — В голосе Су Ваньцин слышалось разочарование и непонимание. — Лу Ли — просто молодой парень, который только-только вышел в свет. Ты — взрослый, зрелый мужчина. Неужели ты не можешь проявить к нему хоть каплю снисхождения?

Линь Фэну показалось, что он услышал самую нелепую шутку в своей жизни.

— Снисхождения? — Линь Фэн наконец не выдержал и сорвался на встречный вопрос. — И как именно я должен его проявлять? Смотреть, как он по-хозяйски заходит в мой дом? Наблюдать, как он шаг за шагом захватывает мою жизнь? Ждать, пока он затащит тебя в постель, а потом с улыбкой сказать ему: «Ничего страшного, продолжай в том же духе»?

— Какая еще постель?! Ты просто несешь бред и ищешь повод для ссоры! — Эмоции Су Ваньцин тоже вспыхнули.

Она резко встала и, глядя на Линь Фэна сверху вниз, произнесла слова, которые окончательно растоптали последнюю искру надежды.

— Линь Фэн, признайся: ты просто завидуешь, потому что твоя карьера не сложилась? Неужели твоя душа настолько деформировалась от неудач?

— Ты завидуешь Лу Ли. Завидуешь его молодости, его таланту, тому, как стремительно он идет в гору в компании!

— И поэтому ты вымещаешь всю свою злобу и обиду на трудолюбивом и целеустремленном молодом человеке!

Бум!

В голове Линь Фэна словно что-то взорвалось.

Так вот оно что.

Оказывается, в глазах собственной жены он был именно таким ничтожеством.

Завистливым, закомплексованным неудачником с исковерканной психикой.

В этот миг весь гнев, всё негодование и все обиды испарились. Остались лишь бескрайняя печаль и смертельная усталость.

Какой смысл жить с человеком, который настолько тебя презирает и совершенно не желает понимать?

Спорить дальше было бессмысленно.

Горькая усмешка медленно исчезла с лица Линь Фэна. Он больше не смотрел на Су Ваньцин.

— Я всё понял, Су Ваньцин. Значит, я — психически ненормальный, а ты у нас — святая мученица.

— Хватит строить из себя невинную овечку, будучи обычной дрянью. Я избавлю тебя от своего присутствия и освобожу место для твоего драгоценного братика, чтобы больше не мозолить тебе глаза.

С этими словами он поднялся и ушел в кабинет.

Су Ваньцин смотрела ему в спину, чувствуя необъяснимую тревогу, но на языке всё еще кипела злость.

— Ты с ума сошел? Как ты смеешь так со мной разговаривать?! Линь Фэн, я предупреждаю: ты обязан извиниться! Иначе...

Она не успела договорить.

Линь Фэн вышел из кабинета. В руках он держал лист бумаги и ручку.

Он подошел к журнальному столику в гостиной, наклонился и начал быстро что-то писать. Его решительная поза заставила сердце Су Ваньцин сжаться от дурного предчувствия.

У неё возникло стойкое ощущение, что она вот-вот потеряет что-то навсегда.

Линь Фэн не обращал внимания на панические вопросы женщины за спиной. Он просто разгладил лист на столе.

Перо заскрипело по бумаге. Каждое слово давалось ему с трудом, требуя колоссальных душевных сил, но рука его не дрогнула.

«Соглашение о расторжении брака».

Муж: Линь Фэн.

Жена: Су Ваньцин.

Он не стал нанимать адвокатов и расписывать сложные юридические пункты. Содержание было предельно простым.

Добровольное расторжение брака. Детей нет. Совместно нажитого имущества нет. С момента подписания брачные отношения прекращаются. Каждый волен устраивать свою жизнь самостоятельно, не имея претензий к другой стороне.

Закончив писать, он отложил ручку и пододвинул лист с еще влажными чернилами на середину стола.

Су Ваньцин уставилась на бумагу. При виде заголовка «Соглашение о расторжении брака» у неё в голове зашумело, а мысли спутались.

Развод?

Неужели из-за такого пустяка он действительно решил развестись с ней?

Такая мысль даже не приходила ей в голову. В её представлении Линь Фэн любил её до безумия, до мозга костей. За три года брака он, хоть и казался порой апатичным, всегда потакал ей во всём и слушался беспрекословно.

Она была уверена: что бы она ни сделала, он всегда будет ждать её на прежнем месте. Она думала, что это лишь минутная вспышка гнева, и как только он остынет, он снова придет к ней с повинной, и всё вернется на круги своя.

Но она никак не ожидала, что он выберет развод как способ выразить свой протест.

— Линь Фэн, ты хоть понимаешь, что ты творишь? — Голос Су Ваньцин дрожал. Она сделала шаг к столу, но так и не решилась прикоснуться к бумаге. Этот листок казался ей неподъемным.

— Прекрасно понимаю, — холодно отозвался Линь Фэн. — Подписывай.

— Я не буду это подписывать! — Су Ваньцин окончательно сорвалась на крик. — Не буду! По какому праву ты требуешь развода? Только потому, что я высказала тебе пару резких слов? Из-за твоей нелепой ревности к Сяо Ли?

Она всё еще пыталась использовать привычный властный тон, чтобы подавить Линь Фэна и скрыть собственный страх.

— Линь Фэн, я повторяю: между мной и Лу Ли всё чисто! Он для меня как родной брат! Почему ты не можешь быть увереннее в себе, почему не можешь быть выше этого?

— Ты правда думаешь, что проблема между нами только в Лу Ли?

Линь Фэн наконец поднял голову и посмотрел ей прямо в глаза. В его взгляде больше не было ни ярости, ни боли — только ледяное безразличие.

И это безразличие напугало Су Ваньцин сильнее любых обвинений.

— А разве нет? — упрямо спросила она.

— Нет. — Линь Фэн покачал головой. — Су Ваньцин, твоя главная проблема не в сомнительных отношениях с Лу Ли. А в том, что ты меня ни во что не ставишь.

— В твоих глазах я, Линь Фэн — просто никчемный приживала, который живет за твой счет. Бесполезный, бесхребетный альфонс, на которого можно орать и помыкать им как угодно, верно?

— Я никогда так не... — Су Ваньцин попыталась возразить, но её голос прозвучал крайне неубедительно.

— Никогда? — Линь Фэн горько усмехнулся. — Тогда скажи мне, за эти три года ты хоть раз по-настоящему уважала меня? Тебя хоть раз волновали мои чувства?

— Когда в твоей компании принимались ключевые решения, ты советовалась со мной? Нет, ты шла к Лу Ли.

— Когда в твоей жизни случались неприятности, ты делилась ими со мной? Нет, ты снова бежала к Лу Ли.

— Даже на твоем банкете в честь дня рождения, когда он на глазах у всех унизил меня этой фотографией, твоей первой мыслью была не защита моего достоинства. Ты испугалась, что я «поведу себя глупо» и испорчу тебе праздник.

— И в итоге ты при всех гостях ударила меня по лицу, заставляя извиняться перед этим подлецом.

— Су Ваньцин, прислушайся к своей совести и ответь: ты вообще когда-нибудь считала меня своим мужем?

http://tl.rulate.ru/book/226071/32498729