Готовый перевод Pregnant by a Rich Man, I Gave Birth to Triplets / Изгнана за бесплодие — вышла за нувориша и родила тройню за ночь: Глава 1

Вся деревня судачила о том, что Ху повезло: у них такая работящая невестка, как Цзян Тан, — просто золотая жила!

Сама Цзян Тан считала так же, а вот Ху Динъань — нет.

Разве может простая деревенская баба быть ровней ему, человеку, получившему образование за границей?

Проучившись три года, Ху Динъань впервые вернулся домой, и не один, а со своей возлюбленной.

Во дворе дома Ху Цзян Тан замешивала корм для птицы. Увидев, как Ху Динъань входит в ворота, держа за руку Сяо Чжао, она услышала:

— Мам! Мама, я вернулся!

Цзян Тан обернулась. Их взгляды встретились, и оба застыли на месте.

— Динъань-гэ! — воскликнула Цзян Тан.

Ху Динъань ошарашенно вытаращил глаза:

— Цзян… Цзян Тан? Почему ты до сих пор в моем доме?

Разве он не просил мать сделать всё возможное, чтобы выставить Цзян Тан за дверь до его приезда с Сяо Чжао? У любого нормального человека хватило бы совести уйти, так почему она всё еще здесь?

Цзян Тан перевела взгляд на сцепленные руки Ху Динъаня и его спутницы.

— ???

Заметив, куда она смотрит, Ху Динъань не разжал ладонь.

— Цзян Тан, мама не успела тебе ничего рассказать?

Цзян Тан подозрительно прищурилась:

— Твоя вторая тетушка приболела, твоя мать три дня назад уехала её проведать и до сих пор не вернулась.

Только тогда Ху Динъань понял, что мать не успела предупредить невесту.

— Раз мама не сказала, сообщу я. Это Сяо Чжао, она тоже училась за границей, отличница, моя подруга.

Достаточно ясно?

Но Цзян Тан оказалась непонятливой:

— Оу.

— Я говорил матери о своих отношениях с Сяо Чжао, — продолжал Ху Динъань. — Думал, ты уже уехала к своему дяде, не ожидал, что застану тебя здесь.

Иначе он не привез бы Сяо Чжао — какая неловкость.

Цзян Тан всё поняла: жених, которого она не видела три года, привел в дом другую женщину.

— Погоди-ка, — прервала она его. — Сяо Чжао тебе подруга или любовница?

Ху Динъань нахмурился:

— Что за тон?

Сяо Чжао грациозно вступила в разговор:

— Ты, должно быть, Цзян Тан? Энди упоминал о тебе. Я подруга Энди, можешь называть меня просто Сяо Чжао…

Цзян Тан молчала.

Сяо Чжао с нежностью посмотрела на Ху Динъаня:

— Энди рассказал мне всё. Я очень ему сочувствую и надеюсь, что ты проявишь благоразумие и не станешь мешать нашему счастью.

— Пересмотрела деревенских мелодрам? — парировала Цзян Тан. — Мы с ним официально помолвлены. Ты что, решила сразу на всё готовое прийти?

Улыбка на лице Сяо Чжао дрогнула:

— Мы с Энди искренне любим друг друга, и он обязательно возьмет меня в жены по всем правилам. Как мы можем пропустить этот шаг?

Цзян Тан отвернулась:

— Надо же, оказывается, когда мужчина заводит любовницу, это называется искренней любовью. Век живи — век учись.

Ху Динъаня разозлили её колкости:

— Цзян Тан, нельзя ли разговаривать нормально? Ты раньше была другой.

Сердце Цзян Тан похолодело. Она презрительно хмыкнула:

— Раньше? Если бы я раньше знала, что ты такой бесстыдник, я бы тебе лицо дерьмом вымазала, а не «раньше»! Тьфу!

— Ты… — начал было Ху Динъань.

Цзян Тан швырнула корыто с кормом. Раздался оглушительный грохот.

Железо ударилось о землю с таким шумом, что даже куры во дворе в ужасе разлетелись в стороны.

Цзян Тан указала на Ху Динъаня:

— Если хочешь разорвать помолвку, делай это по-мужски! Что за подлые приемы?

Ху Динъань окончательно вышел из себя:

— Цзян Тан, неужели ты не понимаешь, что мы давно на разных уровнях?

Цзян Тан рассмеялась от абсурдности ситуации:

— Ты что несешь? На разных уровнях? Я стою на земле, а ты спустился на восемнадцатый круг ада?

Сяо Чжао поспешила на защиту своего возлюбленного:

— Как ты разговариваешь? У тебя есть хоть капля воспитания?

Цзян Тан даже не посмотрела на неё:

— Ты будешь говорить мне о воспитании? Вы оба этого достойны? Кто в свое время умолял о помолвке? Кто заставлял тебя? Когда ты держал меня за руки и просил дождаться тебя, когда просил заботиться о твоих родителях, ты не говорил про разные уровни!

Сяо Чжао дернула его за рукав:

— Энди, давай не будем тратить на неё время. Понятно же, что ей нужны только деньги!

— А как же иначе? — подхватила Цзян Тан. — Ху Динъань морочил мне голову три года, разве он не должен выплатить компенсацию?

Сяо Чжао вытащила кошелек и отсчитала триста юаней:

— Я знала, что тебе нужны деньги. Вот, держи, хватит?

Цзян Тан усмехнулась:

— Поедешь сейчас со мной домой, будешь три года вкалывать — я тебе шестьсот дам! Это куда щедрее, чем твое предложение, верно?

Сяо Чжао взвизгнула:

— Ты… ты больная? С какой стати я должна это делать?

— Неблагодарная, — хмыкнула Цзян Тан. — Я тебе в два раза больше предлагаю!

— Ты! — задохнулась от возмущения Сяо Чжао.

Ху Динъань заслонил собой возлюбленную:

— Цзян Тан, чего ты в конце концов хочешь?

— Чего хочу? Иностранные книжки совсем отбили тебе мозги, а заодно и слух? Твоя любовница соображает быстрее тебя, а ты всё спрашиваешь? Деньги гони!

Ху Динъань побагровел:

— У тебя язык без костей! Какая еще любовница? Это ты здесь лишняя!

— Не нравится, как я говорю? Это еще цветочки! Настоящие гадости я еще даже не начинала говорить!

— Ты…

Цзян Тан вскинула подбородок:

— Даю вам три дня. Посчитайте с родителями, сколько вы мне должны за расторжение помолвки. Если не успеете — пеняйте на себя. Хм!

Она вымыла руки, зашла в дом, собрала свои вещи и, не оглядываясь, ушла.

Выйдя за ворота, Цзян Тан злилась всё сильнее. Она дошла до лавки у въезда в деревню, купила две мощные петарды и затаилась в лесочке за домом Ху.

Терпя укусы комаров, она дождалась, пока Ху Динъань поведет свою пассию в уборную.

Деревенские туалеты были без дверей, часто общие, и парочки обычно ходили туда вместе: один присаживался, другой стоял на страже. Ху Динъань совершенно не гнушался запаха и стоял внутри, болтая с Сяо Чжао.

Цзян Тан дождалась этого момента. Заткнув нос ватой, она вставила петарды в выгребную яму позади туалета и подожгла фитиль.

Как только огонек коснулся пороха, она бросилась наутек.

Ху Динъань, услышав шорох, выглянул наружу:

— Кто здесь?

В следующую секунду раздался оглушительный взрыв, и туалет, сколоченный из трех известняковых плит, рухнул.

Раздался женский визг, а после второго хлопка в воздухе разлилось невыносимое зловоние.

— Сяо Чжао!

Следом Ху Динъань почувствовал, как сверху на него что-то льется.

— Дождь пошел?!

Тут же огромный влажный черный ком рухнул прямо ему на голову, мгновенно залепив глаза едкой дрянью.

— У-у-у… — его стошнило.

Сяо Чжао, перепачканная с ног до головы в нечистотах, с воплем выскочила из-под обломков:

— А-а-а! Туалет взорвался! Там полно червей!

Цзян Тан, прячась за углом, лишь после того, как шум стих, зажала нос и выглянула. Так вам и надо!

http://tl.rulate.ru/book/225036/31247525