Неподалеку четверо беглецов заметили, как к ним приближается Янь Лян. Все они мгновенно вскочили, приняв оборонительные стойки.
Один из них даже выхватил пистолет и, направив его на Янь Ляна, прокричал:
— Не подходи! Мы друг друга не трогаем, так что не ищи неприятностей!
Янь Лян поднял обе руки, показывая, что не держит зла, и постарался принять самый безобидный вид:
— Не поймите превратно. Я убил одного из ваших, пришел принести извинения.
Если бы Янь Лян сказал такое раньше, его наверняка сочли бы сумасшедшим. Но сейчас все четверо смотрели на него с предельной настороженностью, ни на секунду не теряя бдительности. Человек со шрамом на лице ответил:
— Раз он погиб, значит, не повезло. Мы все равно собрались вместе лишь на время. Не переживай, мстить мы не станем, но и ты не заходи слишком далеко, иначе не обессудь.
Янь Лян выслушал его с улыбкой, лишь еще больше убедившись в том, что в их оружии нет патронов. Группа отъявленных преступников, имея численное преимущество четыре к одному, ведет себя так покладисто — это было крайне подозрительно.
Янь Лян остановился неподалеку и продолжил беседу:
— Раз вы не держите на меня зла, я спокоен. Последние несколько дней глаз не сомкнул, боялся, что вы придете сводить счеты.
Не дождавшись ответа, он добавил:
— Раз недопонимание исчерпано, давайте помогать друг другу. Нужно выбраться из этой пустыни живыми.
Обменявшись парой фраз, Янь Лян с улыбкой развернулся и ушел, оставив четверку в замешательстве.
Человек со шрамом проводил его взглядом и недоуменно произнес:
— Что это он задумал?
Высокий худощавый мужчина посмотрел на него и со вздохом отозвался:
— Мы разоблачены. Он понял, что в нашем оружии нет патронов.
Другой, рябой коротышка, вставил:
— Наверняка догадался, обыскав тело того, кого убил.
Шрамированный встревожился:
— И что делать? Этот человек — постоянная угроза.
Рябой решился и заявил остальным:
— Давайте ударим первыми. Прикончим его.
Трое остальных промолчали. Спустя мгновение старик, лежавший в стороне, прохрипел:
— Я в этом участвовать не буду. Все равно мне суждено сгинуть в этой бескрайней пустыне, не хочу перед смертью брать грех на душу.
Двое других не обратили на старика никакого внимания; если бы не забота остальных, он давно бы скончался еще в тюрьме. Они оба невольно посмотрели на высокого худощавого мужчину. Оба знали, на что он способен, и видели, как он опекает старика. Именно благодаря ему они смогли сбежать из тюрьмы, и если бы он присоединился к ним, шансы на успех возросли бы многократно.
Однако высокий мужчина отверг их предложение. Он чувствовал, что все не так просто — опыт выживания на бесчисленных полях сражений подсказывал ему это. Раны на телах зомби в столовой, изуродованный труп у выхода из тюрьмы, да и сам факт того, что этот человек до сих пор жив — все это указывало на то, что он куда опаснее, чем кажется. Почему он позволял издеваться над собой в тюрьме и не сопротивлялся — оставалось загадкой.
Увидев отказ, двое не разозлились, но и перечить ему не посмели. Шрамированный раньше был вышибалой и попал в камеру смертников за то, что в драке зарубил троих. Рябой был насильником и убийцей, на счету которого числилось больше десятка жертв. Оба были не из робкого десятка, и раз уж им удалось выжить, они не собирались так просто расставаться с жизнью в пустыне. Видя в Янь Ляне угрозу, они решили действовать на опережение, чтобы завладеть его припасами и оружием.
Сговорившись, они отошли в сторону. А Янь Лян, вернувшись в палатку, сразу провалился в сон, ничуть не опасаясь за свою безопасность. Он выспался на славу, и вся усталость последних дней как рукой сняло.
Когда солнце начало клониться к закату, Янь Лян достал сухой паек, чтобы восстановить силы. Благодаря добыче с убитого припасов стало больше, он мог позволить себе есть сытнее, а значит, и восстанавливался быстрее. Жуя, он поглядывал на четверку, и замечал, что они тоже время от времени посматривают на него.
Насытившись, он почувствовал, что силы полностью вернулись. Солнце село, и Янь Лян, собрав палатку, продолжил путь. Четверка двинулась следом. Янь Лян к этому уже привык. Так они и шли — две группы с интервалом в сто метров, не мешая друг другу.
Вскоре опустилась тьма, такая густая, что хоть глаз выколи, лишь изредка доносился шорох песка. Ночь прошла спокойно. С рассветом Янь Лян снова остановился, достал карту и принялся сверяться с местностью. Ночью путь разобрать было невозможно, приходилось ориентироваться по звездам, а днем он сверял маршрут по карте — к счастью, отклонения были минимальными.
Янь Лян не знал, что, когда он развернул карту, все четверо удивленно уставились на него. Двое из них даже просияли от радости, обменялись взглядами и согласно кивнули друг другу.
Янь Лян, как ни в чем не бывало, спрятал карту и принялся ставить палатку. Когда он скрылся внутри, шрамированный и рябой засияли от предвкушения, а высокий мужчина нахмурился.
Старик, лежавший рядом, спросил его:
— Как думаешь, у них получится? Может, предупредим его?
Высокий покачал головой и твердо ответил:
— Этот человек слишком странный. Будем наблюдать.
Старик снова заволновался:
— А если они справятся? Получат оружие, и я боюсь, что они и на нас нацелятся.
Высокий презрительно усмехнулся:
— Не бойся. Пока я здесь, им ничего не светит.
Услышав это и вспомнив о прошлом своего защитника, старик успокоился. Затем он подумал о своем состоянии и решительно произнес:
— Помни: если я больше не смогу идти, не смей меня тащить. Просто живи дальше, вернись в Цзинчжоу. Если она еще жива — позаботься о ней. А если нет…
Видя, что старик не договорил, высокий утешил его:
— Не переживай. Твой ученик рядом, уверен, она еще жива.
Старик замолчал и закрыл глаза, погрузившись в свои мысли. Высокий мужчина достал из сумки простыню, натянул ее, чтобы укрыть старика от палящего солнца, и тихо сел рядом.
Двое других не отдыхали — они то и дело поглядывали на палатку вдалеке. Когда они сбегали, у них не было даже нормальных рюкзаков, не говоря уже о палатках, а у этого человека было все, и неизвестно, где он это достал. Зависть лишь подстегивала их решимость.
Солнце стояло в зените, наступил полдень. Воздух дрожал от зноя, вокруг царила тишина. Две фигуры исчезли со своих мест и, обогнув палатку, появились по обе стороны от нее. В руках у обоих были кухонные ножи. Пригнувшись, они осторожно приближались к цели. Двое других внимательно следили за происходящим, но не спешили предупреждать Янь Ляна.
http://tl.rulate.ru/book/224593/31090085
Сказали спасибо 0 читателей