Готовый перевод Primordial Ascension / Великий Потоп: Рождение Нового Мира: Глава 12

Мяо Гунян, оставшись наедине с собой, поразмыслила и почувствовала себя неловко. Сообразив, как бы ей ненароком не превратиться в сварливую домашнюю кухарку, которая без устали ворчит по пустякам, она вовремя спохватилась и решила пресечь это на корню. В этот момент она бросила взгляд на Железного Человека — тот стоял с оскаленной зубастой ухмылкой.

Непринужденным тоном она заговорила:

— Послушай-ка, Железный Человек, у меня на душе столько всего накопилось, но я боюсь, что если мы продолжим болтать, я превращусь в самую настоящую сварливую бабку, понимаешь? Ты ведь меня совсем не знаешь... Если молодая незамужняя девушка станет изъясняться сплошными нравоучениями, что обо мне подумает мой будущий муж?

Мяо Гунян шутливо нахмурилась, жестом остановила робота обеими руками и продолжила:

— Извини уж! Но тебе придется понять всю чистоту и искренность намерений сестрицы Мяо!

Робот тут же откликнулся:

— Не хватает только стариковой фляжки с вином?

Мяо Гунян расплылась в счастливой улыбке. Железный Человек наконец-то сообразил, к чему клонят. Пусть эта фраза звучала нелепо и комично, но это было ее собственное творение! Смеясь, она произвела:

— Хм-хм! Уж на что твоему Железному Человеку хватает сообразительности, требовать от тебя большего — просто тяжкий грех. Впрочем, когда чуть позже начнется тренировка, смотри мне, ради всего святого, не вздумай перепутать нефритовый сосуд с винной фляжкой! А вообще, знаешь ли ты, что в роликовых коньках самое главное — умение сохранять равновесие тела при преодолении препятствий? В этом деле скрывается великая мудрость! Конечно, скорость и страсть — это то, о чем земляне всегда мечтали... Ну же, давай, давай! Братец, приступаем к тренировке!

Робот внезапно вытянул длинные ноги, оказавшись выше Мяо Гунян почти на полголовы.

Мяо Гунян удивленно спросила:

— Железный Человек, с чего это ты вдруг стал таким высоким? Я думала... Ой, точно-точно, я совсем забыла, что твои ноги нужно складывать. Ладно-ладно, пойдем в соседнюю комнату, наденем красивые ролики и попробуем потренироваться!

Робот развернулся и, хромая на каждую ногу, заковылял в соседнее помещение. У Мяо Гунян отвисла челюсть: она никак не могла взять в толк — то ли он действительно понял ее слова, то ли просто запомнил, где находится соседняя комната, еще со времен профессора Лю. Терзаясь сомнениями, она нарочно окликнула его:

— Железный Человек, послушай, а ты вообще знаешь, где соседняя комната?

Робот ответил:

— Внучка старика ушла со мной в прятки играть.

Мяо Гунян остолбенела. Она так и стояла с открытым ртом, не в силах его закрыть, и тупо пялилась на спину робота, чувствуя себя полнейшей дурой. Теперь-то до нее дошло: стоило кому-то предложить ему поиграть, как он становился на редкость тихим и послушным. Причина крылась в том, что эта железяка была просто непостижима умом.

Вскоре в соседней комнате все было готово к занятию. Мяо Гунян, однако, одолевали смутные опасения: а вдруг сегодняшняя тренировка с самого начала пойдет наперекосяк? Неужели все душевные силы будут потрачены впустую, и прежние успехи сойдут на нет? Лицо ее мгновенно омрачилось тучей забот.

Глядя на робота, она полным тревоги голосом произнесла:

— Послушай, Железный Человек, эй, послушай же... Сегодня все надежды сестрицы Мяо возложены на тебя, это решающий момент. Кхм, успех или провал зависят от одного твоего движения мыслей. Ты понял... улавливаешь мою мысль?

Робот озорно вращал своими похожими на кошачьи глазами: сначала сделал полный оборот в одну сторону, потом в другую, и на мгновенье мелькнул красный отблеск. Затем надолго воцарилось мягкое синеватое свечение.

Мяо Гунян поняла, что он пытается выразить. И все же на душе у нее было неспокойно. Она сказала:

— Железный Человек, давай-ка не будем спешить, ладно? Прошу тебя, ни в коем случае не торопись! Иначе сестрица Мяо расплачется. А что значит расплакаться — покажешь мне кошачьим глазком или объяснишь как-нибудь?

Кошачьи глаза робота внезапно потускнели, и их зрачки заполнилось черным сиянием.

Мяо Гунян почувствовала, как у нее защипало в глазах и чуть не брызнули слезы. Опустив голову, она усилием воли подавила эмоции, думая про себя: только бы не ударить в грязь лицом перед этой машиной. Чуть позже она подняла голову и промолвила:

— Железный Человек, я понимаю твои старания, спасибо! Начнем. Отлично, стоишь просто прекрасно, ни единого движения. Ты уже активировал балансировочную линию по перекрестию прицела? Правильно-правильно, следи, чтобы тело не наклонялось вбок, смотри на линии баланса на дисплее и старайся удерживать равновесие. Отлично, отлично, очень хорошо, Железный Человек! Дорогой мой, давай-ка теперь слегка согнем ноги в коленях... Верно, не делай амплитуду слишком большой. Прекрасно, медленнее... Еще чуть медленнее, тело начинает самую малость подаваться вперед... Вот так, именно под этим углом. Тебе нужно действовать не спеша, стараясь контролировать привод... Не заваливайся слишком сильно, главное — удержать собственный центр тяжести и сохранить равновесие, понимаешь? Как только точка твоего центра тяжести будет находиться в равновесии, скорость движения — будь она выше или ниже — никак не собьет тебя с намеченного пути...

Мяо Гунян и робот тренировались в комнате на роликах, слаженно и на удивление гармонично дополняя друг друга. К этому моменту робот уже не выглядел таким деревянным, и его движения стали намного более плавными и гибкими.

Мяо Гунян настолько погрузилась в процесс обучения, что совершенно забыла о времени.

Цяо Цзыдуань позвонил в столовую, чтобы заказать два комплексных обеда. Он неустанно пытался изменить свой образ жизни, особенно стараясь подражать методам профессора Лю: при любой возможности отдыха он проводил время за общением с роботом. Он верил слова профессора Лю о том, что искусственный интеллект робота обладает способностью к ассимиляции! Если же целиком и полностью полагаться лишь на человеческую речь и имитацию голосовых звуков, то, пожалуй, даже спустя десять тысяч световых лет умный робот останется бесполезным и будет топтаться на том же самом старте — в этом можно было не сомневаться. Сейчас все зависело от того, кто сумеет заставить мозг робота превратиться в его собственный механизм обмена программными кодами. Тогда ему станет намного проще воспринимать и распознавать человеческую речь, чтобы затем загружать ее в память кодировщика программ для последующего копирования. Если бы подобная программа обрабатывалась за счет механизмов свободной ассимиляции компьютера, то достаточно было бы добавить файловый менеджер для хранения данных: робот пропускал бы информацию через компьютерную фильтрацию, оценивал ее и сохранял. Со временем у него сформировалось бы собственное личное пространство, и тогда он перестал бы зависеть от жестких рамок программного обеспечения. Однако доктора Цяо тревожило другое: как только это личное пространство робота начнет обретать очертания, какими методами он сможет гарантировать, что так называемое личное пространство робота не подвергнется постороннему вмешательству или не превратится в источник своевольных фантазий? Да, если свести все к единому итогу: как в конце концов доктор Цяо сможет контролировать его? Вопрос этот был чрезвычайно важен, и относиться к нему спустя рукава было никак нельзя! Разумеется, если в итоге обуздать робота не удастся, Цяо Цзыдуань даже боялся об этом думать — это станет настоящей техногенной катастрофой!

В этот момент Цяо Цзыдуань вошел в дверь соседней комнаты и нос к носу столкнулся с роботом. Робот произнес:

— Привет, братец Цяо!

Доктор Цяо улыбнулся и вскинул руку в знак приветствия.

Он сказал:

— Мяо-гу, давай закругляться, пора обедать.

Мяо Гунян тихонько угукнула. Реакция робота в этот момент выглядела поистине комичной: его кошачьи глаза вдруг сделали полный оборот в одну сторону, а затем два полных оборота в другую. Следом за этим они то вспыхивали красным, то излучали синее сияние, то напускали черную тень, и этот цикл повторялся снова и снова без остановки, вызывая у смотрящих на него невольную жалость!

Однако произошло то, чего ни один из них никак не ожидал: Железный Человек вдруг срикошетил, словно малый ребенок, резко подогнул колени и с легким свистом вылетел из комнаты.

Цяо Цзыдуань и Мяо Гунян в растерянности выбежали следом и обнаружили, что робот вовсе не замышлял ничего дурного — он просто примчался к квадратному столу и замер перед ним в полном восторге, словно ребенок, который услышав от родителей слова о том, что еда подана, всегда бежит первым, чтобы занять свое излюбленное место, и радуется так, будто весь мир принадлежит ему.

Мяо Гунян промолвила:

— Эх, сегодня я заметила, что Железный Человек ведет себя точь-в-точь как ребенок у моей двоюродной сестры: ходит вразвалочку, над каждым словом думает целую вечность, зато уж если что-то ему полюбилось, никто у него это не отберет, да и запоминает все намертво.

Она произнесла эти слова совершенно непринужденно, от чистого сердца.

Но в голове доктора Цяо внезапно промелькнула искра вдохновения. Подобно демону, она смутным очертанием словно бы вцепилась клешнями в его нейроны и не отпускала.

Цяо Цзыдуань ответил:

— Мяо-гу, то, как ты сейчас все описала, очень точно и образно. Похоже, Железный Человек и впрямь находится на той же стадии логического мышления, что и ребенок твоей кузины. Можно сказать, что он переживает период первоначального просвещения! Но у человека есть природный, естественный период взросления, а у Железного Человека его нет. Мяо-гу, я тут подумал: раз уж человеческий мозг от рождения проходит через естественные этапы развития, почему бы нам не снабдить его органом, аналогичным периоду развития человеческого мозга? Это и есть так называемый менеджер приложений для личного пространства Железного Человека — нечто вроде папки для хранения файлов внутри компьютера, куда люди в любой момент могут заглянуть, чтобы полистать их, собрать и упорядочить информацию, составить инструкции по применению, включая сводки технических наработок робота и тому подобное. Словно те самые точки акупунктуры в центральной нервной системе человека. Да, порой мои мысли и впрямь полны хаоса, и не стоит из-за внешней блестящей оболочки закрывать глаза на гнилое нутро. Правда, я и сам не знаю... Куда это мои мысли разлетелись, словно раскрывшийся парашют, и где приземлились?

Мяо Гунян понятия не имела, о чем таком задумался учитель. Однако чем больше она слушала его рассуждения, тем сильнее ей казалось, что в будущем в роботе проявится все больше человеческих черт, и от этой мысли захватывало дух!

http://tl.rulate.ru/book/218872/29592824