Готовый перевод Transmigrated as a Villainess? Five Villains Spoil Me! / Злодейка? Пять злодеев сходят по мне с ума!: Глава 14

Цянь Чжэи выкупил весь ресторан.

Они вдвоем при свете свечей и под живую музыку поужинали.

Вручив ожерелье, Цянь Чжэи счёл этого недостаточно и протянул Чжао Чэнчжи черную карту:

— Вообще-то я должен был преподнести тебе сто подарков, но побоялся, что тебе не понравится, поэтому лимит по этой карте — один миллион золотых в месяц, можешь тратить сколько угодно.

Чжао Чэнчжи не ожидала, что Цянь Чжэи выдаст ей карту с таким огромным лимитом.

После своего второго перемещения она постоянно находилась под его опекой: он оплачивал ее учебу, пополнял ее карту для столовой, а на занятия и обратно ее возили на машине.

Все вопросы с одеждой, едой, жильем и транспортом Цянь Чжэи взял на себя, так что ей совершенно не нужно было тратить деньги или о чем-то беспокоиться.

Она слегка оттолкнула карту и отказалась:

— Не нужно, у меня есть всё необходимое для жизни, деньги мне без надобности.

Цянь Чжэи же возразил:

— Разве ты забыла? Когда я был маленьким, то говорил, что когда вырасту, буду заботиться о тебе. Эта сумма — сущий пустик.

Чжао Чэнчжи невольно вспомнила события столетней давности.

Тогда технологии были не столь развиты, и зверолюди обретали способность говорить лишь к совершеннолетию.

Цянь Чжэи, с трудом научившись говорить, на собственном празднестве громко загадал желание перед скромным торгом:

— Я всегда буду рядом с сестрицей А-Чэн, и в будущем тоже стану о ней заботиться!

Четверо других маленьких зверят услышали это и тут же возмутились:

— Я тоже всегда буду рядом с сестрицей! Сестрица принадлежит мне!

Пятеро самцов не желали уступать друг другу, и в разгар спора между ними завязалась драка.

Только Чжао Чэнчжи стояла в стороне и улыбалась:

— Хорошо, я запомнила. Позже буду объедать вас пятерых по очереди.

Только сейчас Чжао Чэнчжи поняла, что Цянь Чжэи помнил абсолютно все, большие и малые события тех лет.

Она больше не стала отказываться.

Стоило ей принять черную карту, как в глазах Цянь Чжэи мелькнуло еще больше тепла и радости.

Официант ресторана подал два бокала вина. Чжао Чэнчжи никогда раньше не пробовала спиртного из этого мира, но слышала, что это напиток, сваренный на особой траве. Он обладал нежным ароматом с легкой сладостью и прекрасно смягчал горло, принося приятное успокоение.

Цянь Чжэи специально заказал бутылку, чтобы Чжао Чэнчжи смогла отведать.

Она сделала маленький глоток, и ее глаза засияли.

— Какая вкусная!

Она оказалась даже лучше, чем фруктовое вино из ее прежнего мира.

Сама того не заметив, Чжао Чэнчжи приложилась к бокалу пару лишних раз.

Она никак не ожидала, что вино окажется таким крепким. После выпитой половины бутылки ее глаза наполовину закрылись, а веки отяжелели настолько, что их было не поднять.

Оперевшись рукой о стол и подперев ладонью подбородок, она раскраснелась донельзя, и этот румянец выглядел невероятно мило.

У Цянь Чжэи от улыбки согнулись глаза, и, большим пальцем стирая с уголка ее губ капли вина, он с вздохом произнес:

— Кто бы мог подумать, что у А-Чэн такая слабая голова.

Чжао Чэнчжи не желала признавать поражение и захотела доказать, что вовсе не пьяна.

Однако, стоило ей подняться на ноги, как ей показалось, что весь мир вокруг качается, а в голове зашумело.

Она едва не рухнула лицом вниз, но Цянь Чжэи вовремя подхватил ее в охапку, не дав упасть носом в грязь.

— Вкусно… Налейте еще бокал.

Ее бокал тут же выхватил Цянь Чжэи:

— Больше пить нельзя, поехали домой.

Уговорами и лестью усадив Чжао Чэнчжи в машину, он наконец добился того, что она немного успокоилась.

Алкоголь ударил в голову, и Чжао Чэнчжи одолел сон. Ее голова сама собой опустилась на плечо Цянь Чжэи.

Он долго смотрел на нее, почти не отрывая глаз, и тихо приказал водителю:

— Веди тише.

Однако, к их неожиданности, на повороте дорогу преградили неизвестные.

— Прошу прощения, улица Юньчэна арендована нашим главой, сделайте одолжение, объедьте другим путем.

Цянь Чжэи редко когда позволял себе суровый тон с незнакомцами.

— Убирайтесь.

Но те, увидев, что он не собирается подчиняться, неожиданно вытащили оружие.

— Мы тоже выполняем приказы, будьте любезны сотрудничать, иначе не взыщите, если применим силу.

Водитель при виде этого тоже протянул руку к поясу. В этот миг, когда напряжение достигло предела, из темноты неспешно вышел рослый самец.

В строгом костюме, с аккуратно зачесанными серебристо-белыми волосами и в кожаных туфлях, он шаг за шагом ступал из тени.

Шел он небыстро, но каждый его шаг отдавался каким-то безмолвным ритмом, неся с собой природную, давящую ауру — острую, невозмутимую и опасную. Шумная толпа вокруг инстинктивно расступалась перед ним в обе стороны.

Лишь когда свет упал на него, Цянь Чжэи разглядел, что это Чжуан Цзюму.

Сердце Цянь Чжэи мгновенно ухнуло вниз: он мысленно выругался, поняв, что это Чжуан Цзюму арендовал улицы Юньчэна, знал бы — не стал ввязываться в лишние споры...

Подумав об этом, Цянь Чжэи быстро достал с заднего сиденья кепку и нахлобучил ее на голову Чжао Чэнчжи.

Затем он чуть подался вперед, стараясь загородить ее собой как можно надежнее.

А Чжуан Цзюму уже заметил машину Цянь Чжэи.

Он остановился у автомобиля, опершись точеной правой рукой о край окна. На тыльной стороне его кисти вздулись вены, а напрягшиеся мышцы рук выдавали железную твердость.

Внутри машины сидела прижавшаяся к плечу Цянь Чжэи и скрывавшая лицо самка...

Чжуан Цзюму приподнял бровь: неужели ее укутали так тщательно?

Если бы он сам давным-давно не навел справки об этой самке, то сейчас, пожалуй, и вправду подумал бы, что Цянь Чжэи прячет здесь какую-то тайну от посторонних глаз.

Пальцы Чжуан Цзюму легко постучали по стеклу.

— Отправился кутить и развлекаться? Похоже, ты твердо решил выбрать именно эту самку.

— Разумеется, — без малейших колебаний ответил Цянь Чжэи.

Уголки губ Чжуан Цзюму изогнулись в насмешке.

Сегодня шестое июня, и кто из них пятерых не знал, что это день ее рождения? Но Цянь Чжэи оказался настолько равнодушен, что назначил свидание другой самке именно в этот день — судя по всему, он уже давно забыл о ней.

При этой мысли голос Чжуан Цзюму стал еще более презрительным:

— Что ж, поздравляю. Когда дело дойдет до истинной связи, не забудь позвать меня на свадебный пир.

Он говорил громко, а спавшая в машине Чжао Чэнчжи и без того дремала тревожно. Шум заставил ее шевельнуть головой, а нахлынувшие остатки алкоголя заставили издать невольный глухой стон.

— Мы еще не вернулись?.. А-И?

Цянь Чжэи судорожно сжал ладони, которые едва не покрылись испариной.

Они находились слишком близко к Чжуан Цзюму.

Стоит Чжуан Цзюму приподнять кепку Чжао Чэнчжи и заглянуть ей в лицо — пусть на нем и есть шрам, но одного взгляда на эти персиковые глаза хватит, чтобы узнать ее.

Если бы Цянь Чжэи заблаговременно не подделал все документы и фотографии Чжао Чэнчжи, Чжуан Цзюму наверняка давно бы во всем разобрался.

Сдерживая внутреннюю тревогу, Цянь Чжэи мягко уговорил:

— Мы уже едем домой, умница, поспи еще немного.

К счастью, Чжао Чэнчжи говорила тихо, а когда Чжуан Цзюму машинально повернул голову, пытаясь прислушаться к звукам в салоне, она уже снова погрузилась в полумрак забытья.

Цянь Чжэи с напускной беспомощностью произнес:

— Моя спутница ужасно капризна, прошу главу Чжуана позволить нам спокойно доехать до дома и поспать.

Чжуан Цзюму взмахом руки подал знак подчиненным.

— Раз уж прием всё равно окончен, поезжайте этой дорогой.

Как только машина тронулась с места, Цянь Чжэи многозначительно обронил:

— Глава Чжуан поистине предан чувствам, раз из года в год, словно сто лет подряд, справляет день рождения той, которой уже давно нет на свете.

Автомобиль стремительно умчался прочь. Чжуан Цзюму проводил взглядом выхлопные газы, опустил ресницы и горько усмехнулся про себя.

Преданность ли это или глупость?

Празднование дня рождения той, кто уже никак не сможет вернуться — порой он сам чувствовал себя безумцем.

Стоило ему подумать о том, что в этой жизни он больше никогда ее не увидит...

Чжуан Цзюму едва сдержал яростный порыв и в ту же секунду раздавил серебряное кольцо на правом пальце.

Все эти сто лет он ежегодно готовил для нее подарки, но, увы, эти дары так и не дождались своей хозяйки.

Кольцо разрезало кожу, выступила кровь, и Чжуан Цзюму механически стал растирать пальцами капли крови.

Внезапно он ощутил странный аромат, исходивший от подушечек пальцев.

Он поднес руку к лицу и принюхался.

Кровяной запах на кончиках пальцев примешивался к нежному благоуханию гардении.

Это был запах той самки из машины.

http://tl.rulate.ru/book/218385/29473086