Готовый перевод Forced Blind Date, Now He Wants My Secrets / Босс раскрывает мои секреты после сватовства: Глава 22

— Он…

Хэ Южо опустила голову, в уголках её глаз блеснули слёзы:

— Он меня ненавидит.

Лу Фань:

— …

— У вас очень похожие характеры: вы замкнутые, странные и любите держаться в одиночку! Но ты хотя бы относишься ко мне лучше, чем он. Когда другие издевались надо мной, ты заступалась за меня, а он — нет, даже когда находился рядом…

Оказывается, после того как родители забрали Хэ Юйхая обратно, от него стали настойчиво требовать во всём уступать младшей сестре Хэ Южо. Хэ Юйхай, и без того обделённый родительской любовью, стал ещё более бунтарским, а к этой избалованной с малых лет сестре он испытывал такую жгучую неприязнь, что даже не хотел смотреть на неё.

Хэ Южо сдерживала слёзы и, чётко проговаривая каждое слово, произнесла:

— Он запрещает мне называть его братом, запрещает открывать нашу связь и запрещает разговаривать с ним.

Два года назад, после гибели родителей, они стали друг другу совершенно чужими людьми. Хэ Южо несколько раз пыталась сблизиться с ним, но он неизменно игнорировал её. Именно поэтому ничего не понимавшая Лу Иньинь воспринимала её как мнимую соперницу, пытающуюся увести Хэ Юйхая, и при каждом удобном случае травила её.

— …

Разобравшись в ситуации, Лу Фань лишь слегка кивнула.

В такие моменты отсутствие утешения лучше всякого утешения.

Она взглянула на время:

— Пойдём.

— К… куда?

— Разве ты не боишься, что тебя выгонят из школы? Раз уж мы здесь, давай зайдём поздороваться.

Если она не ошибалась, Лу Иньинь должна была лежать в отделении травматологии и ортопедии.

— Хорошо, я пойду за тобой.

В этот момент в глазах Хэ Южо Лу Фань была подобна лучу света, пробившемуся в мрачную глубину её души и шаг за шагом выводящему её из этой бездны отчаяния…

Хэ Южо как раз собиралась вырваться из бездны, а «бездна» Лу Фань в этот самый момент как ни в чём не бывало выходила из здания психиатрического отделения…

После сеанса психотерапии Е Чишэну предстояло пройти ещё и полное медицинское обследование.

И всё ради того, чтобы доказать: его здоровье в полном порядке, а сам он проживёт до ста лет.

Верьте в науку!

Рядом Бай Юйфэй старательно заполнял медицинскую карту.

Е Чишэню стало скучно ждать, и он, приняв лихую позу, прислонился к сестринскому посту, тут же привлекая к себе взгляды пациентов и их родственников, заполнявших бумаги неподалёку.

— Какой красивый!

— Лицо такое знакомое, он случайно не звезда?

— …

Он невозмутимо сдул прядку волос, упавшую на лоб, — ему было не привыкать к подобным комплиментам и похвалам.

Внезапно до его слуха донеслись обрывки сплетен, которые обсуждали медсестры на посту…

— И правда ученица элитной школы. После того как произошло ЧП, желающих навестить её набралось столько, что очередь выстроилась до самого входа в больницу, да и журналистов прибежало немало.

— А той девчонке, что столкнула её с лестницы, и впрямь не повезло. Говорят, у неё началась такая депрессия, что она попыталась выброситься из окна.

— Столкнуть с лестницы будущую невестку председателя группы «Хайчэн», которую он сам лично одобрил… Такое мало кто смог бы вынести, на чьем бы месте она ни оказалась.

— Это точно…

Уловив ключевые слова, Е Чишэн повернулся и вмешался в разговор:

— О ком вы говорите? Кого столкнули с лестницы?

— Одна ученица из школы Шэнъян. Она сама говорила, что приходится будущей…

Медсестра не успела договорить слово «невесткой», как Е Чишэн со всех ног бросился к выходу.

— Эй, Е Чишэн, подойди на минуту!

В этот момент медсестра, заводившая медицинские карты, окликнула его:

— Кто тут Е Чишэн?

Е Чишэн резко затормозил, развернулся и толкнул к ней только что закончившего писать Бай Юйфэя, после чего сделал два шага назад и спросил:

— В какой палате лежит эта девчонка?

— Травматология, палата двести одиннадцать.

— Благодарю! Проверьте его как следует!

Он хлопнул Бай Юйтяня по плечу, а затем со всех ног — словно на колесницах ветра — помчался в сторону стационара…

И всё ради того, чтобы занять местечко в первом ряду и посмотреть на позор Лу Фань!

— …

Бай Юйтянь, брошенный в одиночестве, подумал про себя: «Большое тебе спасибо, блин…»

В то же время.

В VIP-палате ортопедического отделения.

Когда Лу Фань и Хэ Южо вошли в палату, помимо Лу Иньинь и супругов Лу Фацай, там находились директор школы и классный руководитель Старик Хэ.

В самом разгаре шли суровые переговоры…

— Школа решила использовать результаты предстоящего месячного экзамена в качестве критерия оценки. Если вы обе войдёте в десятку лучших по параллели, приказ об отчислении ученицы Хэ Южо будет аннулирован.

Это заявил не кто иной, как директор.

— Десятка — это слишком щедро для них, по меньшей мере — тройка лучших!

Возражения выдвинула Линь Эрдань.

— Тройка лучших…

Старик Хэ хотел что-то сказать, но осёкся. Уж он-то прекрасно знал способности своих учеников: Хэ Южо с её прошлыми оценками ещё могла бы попытаться побороться, но уровень Лу Фань… Попасть даже в сотню лучших для неё, пожалуй, было бы задачей невыполнимой.

Линь Эрдань открыто добивалась их отчисления.

Тогда директор снова заговорил:

— Раз родственники выдвинули свои условия, давайте на этом и порешим. На предстоящем месячном экзамене вы обе обязаны войти в тройку лучших по параллели, в противном случае — отчисление обоих!

— …

В палате на мгновение воцарилась тишина, пока наконец не раздался спокойный голос Лу Фань:

— Хорошо.

Со стороны больничной койки донеслось издевательское хмыканье Лу Иньинь:

— Какая же самоуверенность.

— Они покалечили мою дочь, отделаться одним лишь исключением из школы — этого мало!

Хотя Линь Эрдань была уверена, что Лу Фань и Хэ Южо всё равно вылетят из школы, злость её ничуть не улеглась.

— Известно же, что переломы костей заживают сто дней, а наша Иньинь пятого числа следующего месяца должна участвовать во Всероссийском отборочном туре пианистов! Вы же просто перекрыли ей все пути назад!

Услышав это, Лу Иньинь послушно спряталась под одеяло и зарыдала:

— У-у-у…

— Глубоко извиняюсь за то, что мы принесли вашей семье столько неприятностей. Но не сомневайтесь, расходы на лечение и компенсацию морального вреда мы обязательно возьмём на себя!

Для «единственного» родственника Хэ Южо это заявление Старика Хэ звучало вполне разумно.

— Какие ещё расходы на лечение и компенсацию морального вреда? По-вашему, клану Лу не хватает этих грошей?! Если я сейчас изобью их до инвалидности, это тоже можно будет уладить деньгами?!

Линь Эрдань была готова броситься в драку.

Лу Фацай, молчавший до этого долгое время, наконец выдавил из себя:

— Нельзя же так говорить. Как-никак, Лу Фань — тоже из нашего клана Лу…

— Чушь собачья!

Линь Эрдань уже забыла про всякие приличия и разразилась яростной бранью:

— Она просто проклятая калека! Если бы не её палки в колёса, разве Иньинь потеряла бы право на участие в этом конкурсе? Она точная копия своей мамаши — кроме как уводить чужих мужей, ничего больше не умеет!

Бах!

Дверь палаты внезапно распахнулась от удара ноги!

Все повернули головы и остолбенело уставились на ворвавшегося в палату Е Чишэна.

Сам Е Чишэн:

— …

Разве не говорили, что Лу Фань столкнули с лестницы?

Почему же лежит кто-то другой, а она стоит на ногах?

— Г… господин Е, какими судьбами? — Лу Фацай сориентировался первым и бросился вперёд с заискивающей улыбкой.

Заметив, как резко он ворвался, Линь Эрдань тут же указала на лежащую на койке Лу Иньинь:

— Видишь? Господин Е так за тебя переживает.

Лу Иньинь слегка удивилась, но всё же изобразила на лице застенчивость.

При таком скоплении народа одна лишь Лу Фань проигнорировала вторжение Е Чишэна и сосредоточенно ответила на вопрос, заданный Линь Эрдань:

— Я пойду вместо неё.

— …

Взгляды всех присутствующих вновь устремились на Лу Фань.

— Я говорю, что пятого числа я буду участвовать в отборочном туре вместо Лу Иньинь, — повторила Лу Фань.

http://tl.rulate.ru/book/213190/28056303