С тех пор, как я подружился с Роной и Роро, уже почти прошел месяц.
В свободное время я учил их двоих грамоте, а Рона учила меня песням.
Они, хоть и дети, но всё же работники, да и у меня самого были тренировки и учёба в церкви, так что сложно было найти общее время.
Однако я заметил, что окружающие смотрят на меня, играющего со сверстниками, более мягко.
Ну и правильно: если в один день я потерял память и стал совершенно другим человеком, это должно было казаться жутковатым.
Мне повезло, что я смог вписаться в окружение до того, как меня сочли одержимым демоном.
Кровать воняет, еда отвратительная.
Но я должен жить здесь.
Этим утром, как обычно, умываясь у колодца, я заметил, что слуги, выходящие во двор для тренировок, выглядят как-то не так, как всегда.
Несколько мужчин были вооружены.
На них было оружие: мечи, метательные копья, луки, за спиной висели корзины и прочее.
Мой брат Робер тоже держал лук, а на ногах у него были поножи, придававшие ему воинственный вид.
— Брат, что сегодня произошло?
Я немного забеспокоился, не война ли это, но, стараясь сохранять спокойствие, спросил у Робера.
— А, скоро похолодает, так что мы идём за хворостом и на охоту.
— За хворостом?
Меня это немного удивило.
С трудом представлялось, что сын знатного рода пойдёт за хворостом.
— Ага, в полудневном переходе отсюда есть хороший лес. Планируем вернуться завтра.
Сказав это, Робер беззаботно улыбнулся. Он красавчик, сильно похожий на свою красивую мать.
— Готовы?
Пока мы с Робером разговаривали, приблизился наш отец, Рудольф… На Рудольфе тоже были поножи, в руках лук и метательное копьё.
— Отец, вы тоже отправляетесь?
— Угу, Бариан, пока меня и Робера не будет, вы с Люсьен должны защищать всех.
Сказав это, Рудольф повёл Робера и семерых слуг в путь.
Честно говоря, я ничего не знал об этих планах, так что остался в неведении относительно ситуации… Что ж, бессмысленно советоваться с семилетним ребёнком насчёт охоты, ничего не поделаешь.
Я тут же взглянул на Дзиро, и он ответил:
— Нельзя.
— Я ещё ничего не сказал.
— Идти с ними невозможно, в лесу медведи и волки могут съесть плохих детей.
Дзиро страшно сказал «Гау!», но на это можно не обращать внимания.
Мне не очень хочется надолго расставаться с отцом.
— Нет, я просто хочу проводить их до городских ворот.
Именно так, до сих пор я ходил только из дома в церковь и обратно. Я думал найти какой-нибудь предлог, но до сих пор возможности не представлялось.
Этим шансом я хочу хоть немного расширить свой кругозор и понять атмосферу этого мира.
— Ха-а, если только до ворот, то почему бы и нет. Позовём Рону?
— Спасибо, но у Роны тоже работа, лучше не звать.
Дзиро что-то заподозрил, но почему-то он уверен, что я влюблён в Рону, и сколько бы я ни поправлял, он не слушает.
— Пошли, отец и остальные уходят.
Я поторопил Дзиро и побежал бегом вслед за отцом.
*****
Ужасно, это что… трущобы?
Проводив отца и его небольшой отряд у городских ворот, я вновь внимательно посмотрел на городские улицы.
По дороге сюда я тоже чувствовал неблагоприятную окружающую среду, но был слишком занят, стараясь не отстать от отца, чтобы осмотреться.
Теперь, внимательно осмотрев окрестности, я увидел, что здесь невероятно грязно, и тошнит.
Деревянные дома, похожие на лачуги, стоят так тесно, что между ними нет просветов, и распространяют неописуемую вонь, похожую на мочу и рвоту.
Общественные туалеты в японских парках кажутся куда более гигиеничными.
Дороги повсюду усыпаны лошадиным навозом, и если обращать на это внимание, то и ходить невозможно.
И почему-то бездомные собаки и свиньи роются в пищевых отходах, и никто не обращает на это внимания.
— Дзиро, тут свиньи.
— Ага, они на свободном выгуле. Свиньи едят всё что угодно, и если держать их на выгуле около года, то к зиме будет еда.
Дзиро говорил спокойно, но, должно быть, это нормально?
Стены высотой метров семь-восемь, и у их подножия совсем не бывает солнца, но это разве не проблема?
Рядом с колодцем валяются экскременты, но с гигиеной всё в порядке?
Мне стало плохо от шока и вони.
В лошадином навозе передо мной копошились личинки, и надоедливые мухи летали повсюду.
— Дзиро, прости… Мне плохо.
— Это никуда не годится, я вас понесу на спине.
Я вцепился в спину Дзиро и закрыл глаза.
Меня тошнило, и я не мог смотреть на окружающую картину.
— Дзиро, это трущобы?
— Нет, это бедный район, но не совсем трущобы. Молодой господин, это ваш первый раз за пределами знатного квартала с тех пор, как вы потеряли память.
Дзиро рассмеялся: «Слишком сильное впечатление?».
Я не мог возразить, это была правда.
Выходит, то, что я до сих пор по сей день антисанитарным и небезопасным, был лучшей средой — знатным кварталом.
Я попал в ужасное место…
Я дышал ртом, чтобы хоть немного не чувствовать запах.
Вернувшись в усадьбу, я увидел, что Роро вместе с несколькими рабами меняет солому в кроватях.
Когда речь заходит о соломенных кроватях, в Японии есть аниме «Девушка с Альп», где героиня спит на мягкой соломенной постели, но в реальности всё не так хорошо.
Солома жёсткая и имеет специфический запах.
К тому же, её нужно регулярно просушивать и менять, иначе мгновенно заведуются клопы.
Если подумать, сколько же рабов требуется, чтобы поддерживать мою, Вариана, жизнь… Та жизнь, на которую я постоянно жаловался, была высшим стандартом в этом мире…
Мне стало стыдно, и я испытал благодарность.
И я принял решение.
Использовать имеющиеся у меня знания для улучшения уровня жизни людей.
Такова должна быть цель человека с передовыми формулами, как я.
Но нельзя торопиться.
Я, Вариан, ещё никто, всего лишь семилетний ребёнок.
Эта грандиозная «цель» - дело, которому стоит посвятить жизнь, и его не решить в спешке.
— Дзиро, мне уже немного лучше… Спасибо.
Я соскользнул с потной, но крепкой спины Дзиро.
— Всё в порядке? Вы выглядите бледным.
Дзиро выглядел обеспокоенным, но я, делая вид, что напрягаю мускулы, постарался показать, что я в порядке… Немного стыдно, но здешние люди любят широкие жесты.
Я умылся у колодца, чтобы освежиться.
— После завтрака пойдём в церковь.
Я сообщил это Дзиро и направился в столовую.
Аппетита не было, но я должен был есть… В таких условиях, без сил, можно моментально подхватить болезнь.
Нужно укреплять тело.
Я макал твёрдый хлеб в суп и набивал рот сыром с резким запахом.
*****
Спустя несколько часов я был в церковной библиотеке.
Брат Линнель был важным лицом в церкви и не мог заниматься только мной.
Поэтому я, научившийся читать, часто занимался самостоятельно в библиотеке, когда брат Линнель был занят.
Книги были и в свитках, но в основном в виде кодексов.
Они были написаны на дорогом пергаменте, все от рук, так что сам тираж был мал, а книги, по-видимому, очень дороги.
Каков же был способ защитить эти дорогие книги от кражи… Это «приковать их цепью».
Перед книжными полками стояли пюпитры, унести книги было нельзя, читать нужно было на месте.
Книги в церкви, что ожидаемо, в основном были религиозными, но среди них попадались и медицинские трактаты, и книги по военному делу, и другие специализированные труды, и кулинарные книги.
Я решил открыть медицинскую книгу, но, как и ожидалось, содержание было не ахти.
Внутренние болезни с использованием трав - ладно, я не очень разбираюсь, оставим это, но кровопускание, клизмы, лечение катаракты и прочее - содержание пугающее.
Кровопускание - это выпускание крови для лечения болезней. Похоже, действительно выпускали кровь или использовали пиявок… Цель - удалить дурную кровь, но это похоже на оккультизм и жутковато.
Клизмы - это нечто. Разбавленные уксусом жидкости свиньи или кабана вводили в задний проход… По крайней мере, я бы не хотел.
Венец всего - операция по удалению катаракты. Похоже, тыкали толстой иглой в глазное яблоко… Не могу отделаться от ощущения, что риск ослепнуть куда выше.
И так во всём… Было ещё и такое: сжечь оберег святого такого-то, растворить пепел в уксусе и выпить - похоже, не более чем эффект плацебо.
Сначала я понял, что если переписать медицинские книги и подготовить больше врачей, то можно будет обеспечить гигиеническую жизнь… но если уровень самой медицины такой, то ничего не выйдет, думал.
Если бы, как в какой-нибудь манге, можно было сделать пенициллин из плесени, то многое бы решилось… но, к сожалению, у меня нет таких знаний.
Я вздохнул, закрыл книгу - уже смеркалось.
— Господин Вариан, что это вы так увлечённо читали?
Ко мне обратился молодой худой монах. Вероятно, он пришёл запереть помещение.
В этой церкви, кроме брата Линнеля, было ещё несколько монахов.
В Церкви Святого Неба, видимо, одеждой обозначали статус: только брат Линнель носил длинное верхнее одеяние, остальные монахи были одеты скромно, в чёрное.
— Немного медицинскую книгу, но это сложно.
В ответ молодой монах несколько раз кивнул с восхищением.
— В семь лет уже изучаете медицину… Чем я занимался в семь лет, ха-ха, стыдно сказать.
Молодой монах, приятно беседуя, закрыл окно.
Комната мгновенно погрузилась во тьму.
— Простите, господин Вариан, время запирать двери строго установлено.
Я, чтобы не мешать молодому монаху, коротко попрощался и вышел из библиотеки.
Снаружи церкви скучающий Дзиро валялся на скамейке… Похоже, он считал выщипанные волоски из носа.
— Прости, что заставил ждать.
Когда я подбежал, Дзиро приподнялся и пробормотал:
— Господин Вариан, вы любите учёбу, ага.
— Дзиро, тебе тоже нужно выучить грамоту, Рона и Роро ведь тоже учатся.
— Не-а, уж это вы меня простите.
Мы с Дзиро болтали о пустяках по дороге домой.
Прошло несколько месяцев с тех пор, как я стал Варианом.
У меня, жившего как-то бесцельно, появился цель… Но путь бесконечно длинный.
Не нужно торопиться, сейчас время копить силы.
Я взглянул на небо - луна уже взошла.
Кстати, если расположение звёзд такое же, то можно понять, что это путешествие во времени, а если другое, то другой мир…
Я какое-то время смотрел на звёзды в сумерках, но я вообще не разбираюсь в астрономии… Что ж, ладно.
Цель определена, будь то путешествие во времени, другая планета или иной мир… мои задачи не меняются.
Сейчас нужно лишь изо всех сил делать то, что могу.
И двигаться к великой цели медленно, но верно.
http://tl.rulate.ru/book/21182/7723243
Сказал спасибо 1 читатель