Готовый перевод The Carefree Immortal in the Countryside / Бессмертный небожитель в деревне: Глава 8

В кухонном помещении руин почтовой станции царила тишина, подобная могильной. Лунный свет пробивался сквозь обрушившуюся половину крыши, скупясь на белесые лучи, которые с трудом очерчивали силуэт человека, сидевшего в углу со скрещенными ногами. Ли Сяояо закрыл глаза, его дыхание было размеренным и слабым, точно у спящего зимой змея. Внутри тела поток ци, сгущенный до состояния стальной проволоки, медленно двигался по траектории Формулы Сяояо Свободной Вселенной. Каждый оборот приносил едва уловимое, но отчетливое ощущение тепла, исцеляя разрывы и ожоги, вызванные лекарственной ванной, и питая заново рожденные мышцы, кости и оболочки.

Нефритовая подвеска на груди, плотно прижатая к коже, непрерывно излучала мягкий и чистый теплый поток. Это уже не просто питание — тепло стало своего рода катализатором, резонирующим с новой ци внутри него. Она просачивалась сквозь глубокие слои костей и мышц, только что закаленных методом Ицзинь, вызывая странный, пробирающий до самого мозга зуд и слабое тепло.

Неизвестно, сколько времени прошло: может, час, а может, и больше. Когда последние остатки возбуждения, вызванного лекарственной ванной, улеглись, а поток ци в меридианах стал течь еще свободнее, Ли Сяояо медленно открыл глаза.

В его взгляде, подобно холодным звездам в тусклом лунном свете, скрывалось острое сияние. Усталость почти отступила, сменившись чувством глубокой накопленной силы, разливающейся по всему телу. Он пошевелил пальцами, и суставы отозвались тихим, но отчетливым треском, словно расправлялись молодые побеги бамбука. От рваной раны на груди остался лишь темно-красный шрам, на ощупь необычайно твердый и лишенный боли.

Ицзинь был завершен на начальном уровне, фундамент телосложения заложен.

Но это был лишь первый шаг. Для укрепления тела по Формуле Тела Гегемона Сяояо существовало три этапа: Цуйпи (Закалка кожи), Дуаньгу (Закалка костей) и Ицзинь (Изменение мышц). При помощи двух жестоких лекарственных ванн он насильно преодолел самый базовый барьер, но впереди, прямо сейчас, ждал гораздо более опасный и болезненный этап — Дуаньгу.

Сознание погрузилось в глубины разума, и тайные знания о главе Дуаньгу из Формулы Тела Гегемона Сяояо хлынули потоком, подобно ледяному звездному небу: Кости — это столпы тела, костный мозг — источник жизненной сути. Привлеки Ци разрушения земных жил в мозг, закали кости до состояния стали, пройди через тысячу испытаний, лишь тогда получишь фундамент золотого тела...

Дуаньгу! Как следует из названия, нужно было взять свои обычные кости и закалять их, словно кусок высокосортного железа! Нужно привлечь блуждающую повсюду энергию разрушения — нечто более яростное, острое и неуправляемое, чем духовная энергия — и силой вогнать ее в глубины костного мозга, чтобы выжечь примеси и перековать фундамент!

Этот метод был невероятно опасен! Стоило Ци разрушения проникнуть в тело, и при малейшей неосторожности можно было остаться с иссохшим мозгом и переломанными костями! Даже в эпоху древних практиков, когда мир был полон духовной энергии, те, кто решался на этот путь, выживали лишь в одном случае из десяти! Что уж говорить о нынешней эпохе затухания, где духовная энергия почти исчерпана, а Ци разрушения — редкость?

Взгляд Ли Сяояо упал на последний сверток с лекарственными травами. Дудник, пион, шалфей, порошок из крови дракона... плюс немного низкосортной Травы земных жил и Лианы железных костей. Лекарственной силы в них для настоящего Дуаньгу было как капля в море, но сейчас это была его единственная соломинка.

И, что еще важнее, эта нефритовая подвеска на груди! Чистый теплый поток, который она излучала, не только питал плоть, но и обладал удивительным эффектом усмирения и направления яростной энергии! В этом заключалась его главная опора для попытки начать Дуаньгу прямо здесь!

Не колеблясь, он снова поднялся, бросил остатки трав в треснувший глиняный горшок и налил туда полведра мутной колодезной воды. Действуя привычно, он мысленно направил волю, и кончики его пальцев сверкнули алым звездным светом!

Бум!

Густая темно-зеленая лекарственная жидкость снова забурлила. Резкий запах лекарств наполнился чем-то едва уловимым, будто острым ощущением ржавого железа.

Ли Сяояо сбросил лохмотья и, обнаженный по пояс, шагнул в горячую жидкость. Привычное жжение и ощущение разрывов снова окутали всё тело, но после двух этапов закалки физическая выносливость уже не могла сравниться с тем, что было раньше. Он крепко сжал зубы, преодолевая боль, и максимально сосредоточился, перестав просто впитывать ци, но направив все силы на методы главы Дуаньгу Формулы Тела Гегемона Сяояо!

Привлечь Ци разрушения! Необходимо привлечь её!

Его воля, подобно невидимым щупальцам, с трудом просочилась наружу и в руинах почтовой станции начала улавливать блуждающую в воздухе разреженную и неоднородную энергию. Духовная энергия здесь была слаба, как туман, но в ней смешивались нити еще более ледяного, острого, подобного невидимому клинку воздействия — это и была Ци разрушения земных жил!

Поймать! Притянуть!

Как только воля соприкоснулась с этими нитями, ледяной, пронизывающий холод и острая агрессивность пронзили сознание! Словно тысячи ледяных иголок вонзились в мозг! Ли Сяояо глухо застонал, его лицо мгновенно побелело! Эта энергия оказалась гораздо более яростной, чем он предполагал!

Но он стерпел невыносимую боль в сознании. Его воля, подобно стальному тросу, намертво вцепилась в несколько захваченных нитей Ци разрушения и насильно потянула их вниз, сквозь крышу прямо в бурлящую темно-зеленую жидкость!

Едва коснувшись воды, энергия разрушения зашипела, как раскаленное масло на снегу!

Ссс-ссс-ссс!

Лекарство в горшке тут же пришло в неистовство! Внутри темно-зеленой жидкости из ниоткуда возникли бесчисленные крошечные, видимые глазу серые вихри! Они вращались с безумной скоростью, неся с собой ледяной холод и резкую остроту! Яростная лекарственная сила под ударами этих вихрей стала еще более хаотичной! Горшок превратился в кипящий ад, наполненный невидимыми клинками!

Сейчас!

В глазах Ли Сяояо вспыхнула решимость! Он больше не сдерживался и, наоборот, широко открыл все поры! Направляя волей хаотичную энергию, смешанную из лекарственного отвара, остатков духовной энергии и острой Ци разрушения, он устремил её, подобно вышедшему из берегов потоку, прямо в свои кости, глубоко в костный мозг!

Бум!

Неописуемая боль! В одно мгновение она перекрыла всё, что он испытывал ранее!

Если до этого лекарственная ванна была похожа на уколы миллионов стальных игл, то сейчас это были миллиарды раскаленных ледяных ножей, которые проникали через поры, мышцы и вонзались в кость! Они резали, проворачивались и выжигали всё изнутри!

— А-а-аргх!

Приглушенный, вырвавшийся из самой глубины души рык сорвался с плотно сжатых губ. Мышцы и жилы натянулись до предела, на коже вздулись темные извилистые сосуды, готовые лопнуть! Под красной кожей кости издавали жуткий хруст, словно невидимые тяжелые молоты изнутри били по каждой косточке!

Боль! Она пронизывала мозг и душу!

Перед глазами почернело, замелькали искры. Сознание, под ударами этой стихии боли, напоминало утлую лодку в шторм — оно могло перевернуться и исчезнуть в любой момент!

Держись!

Воля Ли Сяояо яростно ревела! Он цеплялся за последнюю искру ясности и до исступления повторял методы закалки! Теплый поток из подвески на груди был исчерпан до предела, он, подобно мягкой нефритовой эссенции, пытался обволакивать и укрощать бешеную энергию, пробивающуюся в костный мозг, безуспешно, но упорно направляя её по нужному пути!

Каждое промывание сопровождалось стоном изнемогающих костей и нестерпимым жаром выжигаемого мозга! Каждая закалка казалась прижиганием раскаленным клеймом в самом сердце души!

Пот давно высох. Из пор теперь просачивалась не грязь, а густой вязкий темный пот, отливающий золотом! От него исходил жуткий запах горелого железа!

Время остановилось. Каждое мгновение тянулось, как будто он жил в аду.

Неизвестно, сколько прошло времени: секунда или вечность. И в тот самый миг, когда сознание было готово окончательно утонуть в океане боли!

Вжух!

Едва уловимая, но кристально чистая вибрация раздалась глубоко внутри него!

Это был не звук ломающихся костей, это было… преображение! Резонанс новой жизни!

На его напряженном, словно железо, теле жилы, что раздулись от боли, начали медленно успокаиваться. Темный золотистый пот стал светлее, приобретая сияющий блеск. Самое поразительное: тот жуткий хруст костей, достигнув пика, внезапно стал низким и гулким! Словно раскаты грома в тяжелых облаках, несущие невыразимое ощущение твердости!

Удалось!

Слабое, но реальное намерение металла, подобно только что зажженному огню, беззвучно вспыхнуло глубоко в его костях! Пусть слабое, но бесконечно прочное! Оно упорно сопротивлялось остаткам бушующей Ци разрушения и лекарственной силы, и каждый новый удар лишь делал это намерение еще крепче!

Закалка костей завершена! Сталь закалена!

Колоссальная боль всё еще не отступила, но внутри неё, словно росток, пробивающийся сквозь руины, укоренилось невероятное чувство силы. Он отчетливо чувствовал, что его кости стали тяжелыми и твердыми, как никогда прежде! В костном мозге струилась слабая, но чистая сила!

Ли Сяояо резко открыл глаза! Они были испещрены кровавыми сосудами, но из них вырвались два луча света, пронзивших тьму кухни! Он тяжело дышал, каждый вдох был похож на движение тяжелых мехов, но в воздухе, который он поглощал, чувствовалась новая сила!

Он медленно встал из остывшей, потемневшей жижи. Густая субстанция стекала с обнаженного тела, обнажая кожу, покрытую тонкой темно-золотистой пленкой, напоминающей бронзу. Глубоко внутри костей всё еще отдавалась ноющая боль, словно эхо сильных ударов молота, но скрытая в них сила была во много раз мощнее, чем прежде.

Он сжал кулаки. Суставы издали мощный хруст, будто он сжимал не воздух, а тяжелые железные блоки! По мышцам разливался поток энергии!

— Кто здесь?!

Когда Ли Сяояо осознавал происходящие с телом переменные, от входа в кухню раздался полный ужаса и недоверия крик!

Это была Чуньтао!

Она вернулась — непонятно когда, и теперь её маленькая фигурка застыла в дверях. В руках она всё еще держала пустую плетеную корзину. На её миловидном личике блестели капли пота и пыль, губы слегка дрожали, а широко распахнутые глаза уставились на фигуру, стоящую в углу кухни посреди темно-зеленого «ядовитого болота».

Что она увидела?

Человека, сидящего в кипящей, зловонной жидкости непонятного цвета!

Человека, чья кожа стала красной, жилы извивались, как змеи, а кости издавали ужасающие звуки!

Человека, чье тело было покрыто золотистой пленкой, а взгляд был таким хищным, что казалось, он сейчас проглотит её заживо!

Это было страшнее, чем встреча с бандитами! Это не человек! Это лесной дух или злой демон из храмовых росписей!

Чудовищный страх в одно мгновение сковал Чуньтао! Корзина с лязгом упала на пол, ноги подкосились, и она безвольно сползла к холодной земляной стене. Зубы начали отбивать дробь, она даже не могла закричать — остался лишь парализующий ужас.

Ли Сяояо мельком взглянул на обмякшую и дрожащую Чуньтао, едва заметно нахмурившись. Он взял лохмотья и с силой стер остатки лекарства и золотистую смазку со своего тела. Кожа снова приобрела бронзовый оттенок, но в глубине её проглядывал легкий металлический блеск. Одевшись, он немного подавил пугающую ауру.

— Говори, — он подошел к Чуньтао, его голос после закалки костей был низким и хриплым, словно скрежет камней друг о друга.

Чуньтао, окутанная его высокой тенью, содрогнулась, слезы хлынули из глаз, и она заговорила бессвязно:

— Я… я продала… грибы… корешки… обменяла на тридцать медных монет…

Она дрожащими руками достала маленький сверток: внутри лежали монеты в поте и серебро, которое дал Ли Сяояо.

— Расспросила… самая большая аптека — это Зал ста трав… самый оживленный постоялый двор — Гостиница Юэлай… самое осведомленное место — чайная Куайхолинь на пристани… и еще…

Она вспомнила что-то ужасное, и в голосе послышались рыдания:

— Банда Чёрного Тигра! В городе повсюду люди Чёрного Тигра! Они раздают портреты! Ищут… ищут высокого парня в лохмотьях, всего в крови! Говорят… говорят, их люди пострадали от злой магии! Хотят живьем содрать кожу! Награда — десять лянов серебра!

Закончив, Чуньтао уже не могла сдержать ужаса. Она обхватила колени руками и спрятала лицо, издавая тихие всхлипы. Она пожалела, что повелась на пол-ляна серебра, что согласилась прийти с сообщением! Этот человек… он в сотни раз страшнее, чем вся банда Чёрного Тигра!

Ли Сяояо слушал её с бесстрастным лицом. Аптека, гостиница, чайная… награда… всё это было ожидаемо.

Он наклонился, поднял сверток с деньгами. Медные монеты он высыпал обратно к ногам девушки, забрав лишь свою серебряную оплату.

— Возьми деньги и уходи, — его голос оставался ровным. — До рассвета покинь пределы городка Цинфэн. Не оглядывайся.

Сказав это, он перестал смотреть на рыдающую девушку, развернулся и решительным шагом вышел из этой пропитанной лекарствами и страхом кухни.

Во дворе станции царил холодный лунный свет. Ночной ветер проносился над пожухлой травой, принося доносящийся издалека шум колес по тракту. Ли Сяояо посмотрел на север — в сторону уездного города. Нефритовая подвеска на груди продолжала мерно пульсировать, а внутри костей отзывалось намерение металла.

Банда Чёрного Тигра? Награда? Это всего лишь мелкие препятствия на пути вперед.

Ему нужен был простор, более густая духовная энергия и редкие травы. Этот крошечный городишко не мог удержать рожденного дракона.

Шаги по выжженной земле были мощными и уверенными, неся с собой новую, тяжелую поступь. Он уходил в сторону тракта, навстречу темной северной ночи.

Позади развалины станции, словно скелет забытого зверя, постепенно растворялись в темноте. Лишь приглушенные всхлипы девушки в пустой кухне, подхваченные ночным ветром, растворялись в абсолютной тишине.

http://tl.rulate.ru/book/210013/27094470