Готовый перевод Tomb Raiding from Yellow Fox Tomb / Расхитители гробниц: Начало в Могиле Жёлтого Духа: Глава 12

Ещё только войдя в избу, Ван Е увидел, что Хуа Мэй лежит на полу и бьётся в непрекращающихся судорогах, словно одержимая злыми духами, хотя он и полагал, что это больше похоже на эпилепсию.

Но сейчас было не до того. Первоочередной задачей оставалось найти врача, чтобы тот осмотрел Хуа Мэй, а что это за болезнь на самом деле, зависело уже от слов доктора.

Только вот нынче с медицинскими ресурсами было туго, в самом Ганган-Инцзы не имелось ни больницы, ни медпункта — фельдшерский пункт располагался лишь в посёлке, а больница — так и вовсе в уездном центре.

Однако состояние Хуа Мэй не терпело отлагательств, и в такую снежную погоду добраться до посёлка вовремя никак бы не вышло. В конце концов Янь Цзы предложила сперва показать её бабке Сяо, что жила в посёлке.

Об этой бабке Сяо Ван Е уже слышал. Ей было за восемьдесят, и она использовала немало странных методов, чтобы исцелить самых разных людей. Правда, бабка Сяо не числилась ни лекарем, ни доктором — она была лишь пожилой женщиной, владевшей крупицами знаний традиционной китайской медицины и знахарства, к которой односельчане привыкли обращаться при любых недомоганиях.

Раз уж в посёлок путь был заказан, оставалось только пойти к этой знахарке.

Несколько человек подняли Хуа Мэй и вышли из лесозаготовительного пункта.

К счастью, до посёлка было недалеко, и вскоре они добрались туда, направившись прямиком к дому бабки Сяо.

Бабка Сяо, не переставая, оглаживала конечности Хуа Мэй и одновременно с этим что-то нашёптывала, дуя на неё. Ван Е впервые видел столь необычный способ диагностики — от увиденного у него пошёл кругом голова, да и сидевшие рядом Снеся и Толстый тоже выглядели совершенно ошарашенными, никогда прежде не сталкиваясь с подобными методами осмотра.

— Тётушка, что за болезнь привязалась к моей девчонке?

Увидев, что бабка Сяо закончила осмотр, Сунь Цяошань тут же встревоженно поинтересовался. На его лице читалась глубокая забота — то ли он действительно переживал за Хуа Мэй, то ли из-за каких-то иных соображений.

— Души лишилась, семь отверстий попутали, это её Хуан-дасянь приметил, — понизив голос, ответила бабка Сяо, словно опасаясь, что кто-нибудь посторонний услышит.

— Бабка Сяо, так Хуа Мэй ещё можно спасти? — спросила Янь Цзы.

— Чтобы выходить эту девчонку, есть всё же одно средство, можно попробовать, — промолвила бабка Сяо.

— Бабушка, вы только скажите, что потребуется — мы тут же всё достанем, — присев на корточки перед знахаркой, произнёс Староста Ху.

— Достанете? — бабка Сяо усмехнулась, будто услышала что-то забавное. — Сынок, если хочешь купить, сначала спроси, согласен ли кто продать.

— В смысле? — Староста Ху оглянулся на Ван Е, а затем снова посмотрел на старуху.

— Хворость этой девчонки требует медвежьей желчи, нужно сварить её и дать выпить бульон, тогда ей полечает, — объяснила бабка Сяо, после чего протянула руку к Янь Цзы. Та мгновенно достала продовольственный талон и вложила его в ладонь знахарки, после чего они вдвоём отнесли Хуа Мэй обратно в дом Янь Цзы.

Та медвежья желчь, о которой толковала бабка Сяо, отличалась от желчи того шатуна, что ранее напал на Ван Е. Те медведи превосходили обычных размерами: по словам Янь Цзы, один удар такой лапы мог замертво уложить быка. Если бы им тогда попался именно такой зверь, прежний хозяин тела, пожалуй, отдал бы концы на месте, и уж точно не дождался бы его перемещения в этот мир.

Сунь Цяошань упрямо твердил, что пойдёт добывать зверя. Староста Ху и Толстый, для которых не существовало преград, тоже рвались в бой, не отставала и Янь Цзы, так что Ван Е не мог оставаться в стороне. Впрочем, он помнил, что в оригинальном сюжете медведя вроде бы изображал переодетый человек, поэтому поход ничем опасным не грозил — разве что зря потратят время.

Хуа Мэй поручили заботам тётушки Янь Цзы, а мужчины вернулись на лесозаготовительный пункт. Однако, поскольку уже сильно стемнело, выступать в горы решили с рассветом — всё-таки ночью в тайге бродило слишком много хищников.

В гостевой комнатке лесозаготовительного пункта Ван Е сидел на канэ, скрестив ноги и погрузившись в практику внутренней ци, пока Толстый возился со снаряжением, а Староста Ху изучал доставшуюся по наследству половину семейного трактата под названием «Шестнадцать иероглифов инь-ян по фэншуй». Возможно, дело было в недавней вылазке к гробнице лисьего князя, но эта рукопись теперь занимала Старосту Ху куда сильнее прежнего.

— Мм?

Уловив чужие шаги, Ван Е прервал внутреннюю тренировку, взял лежавшую на столе книгу и раскрыл её. Бросив взгляд в сторону двери, он заметил, как Сунь Цяошань отдёрнул занавеску и вошёл внутрь с охотничьим ружьём в руках.

— Дед.

Староста Ху и Толстый наперебой поприветствовали старика, после чего поспешно убрали вещи.

— Это ружьё завтра возьмите с собой.

Переступив порог, Сунь Цяошань сверлил взглядом Старосту Ху и перевёл его лишь тогда, когда тот спрятал «Шестнадцать иероглифов инь-ян по фэншуй» вместе с компасом. Бросив мимолётный взгляд на сидевшего на канэ Ван Е, старик положил ружьё на стол перед Ху и Толстым.

Ван Е не упустил ни единого движения.

— Ложитесь пораньше, едва рассветёт — выдвигаемся в горы.

Сунь Цяошань присел на скамью и закурил.

— Дед, а что это вы такое курите? — шевельнув носом, с любопытством спросил Толстый.

— Толстый, дед, судя по всему, курит вовсе не табак, а какую-то целебную траву, — не поднимая головы, произнёс Ван Е.

— Верно, — бросив косой взгляд на читающего Ван Е, подтвердил Сунь Цяошань. — Эта трава и мысли проясняет, и голову освежает, и нюх со зрением обостряет.

— Слыхал я, матерые таёжные охотники используют запах трав, чтобы приманивать зверя в ловушки, — заметил Староста Ху.

— Туаньшаньские угодья больно велики, от одного лишь сухого зелья толку чуть — тут кровь подавай, — продолжая дымить, изрёк Сунь Цяошань.

— И то верно, — поддержал Толстый. — Запах крови далеко разносится, а шатуны до этого дела охочи.

— Сейчас кровь ни к чему, медведи в спячке, учуют — всё равно не вылезут. Завтра в горах прежде всего придётся искать берлогу, — сказал Сунь Цяошань.

— Добро, куда завтра укажете, туда мы втроём и пальнём, — отозвался Староста Ху. — Только вот забота одна: а коль не сыщем, что тогда?

— Раз смогли отыскать ворота в могильник Хуан Пэя, неужто берлогу не обнаружите? — прищурившись, переспросил Сунь Цяошань.

— Да то всё наугад, случайно вышло, чистая удача, — отмахнулся Толстый.

— Неплохая удача. Завтра вся надежда на вас, — бесстрастно бросил Сунь Цяошань.

— Дед, а как вас величать по батюшке и фамилии? — поинтересовался Староста Ху. С самой первой встречи он чувствовал, что этот старик не так прост, но никак не ожидал обнаружить в нём искусного мастера боевых искусств, хотя теперь казалось, что этим дело далеко не ограничивается.

— Имя моё простое — Цяо, а фамилия — Шань, — с каменным лицом ответил Сунь Цяошань.

Ван Е бросил на него быстрый взгляд: ну конечно, назвать своё подлинное имя старик не рискнул. Впрочем, Ван Е понимал причину — Сунь Цяошань наверняка страшился разоблачения. Большинство членов общества Ниэрхуэй угодили в лапы властей, и он, беглый военный советник, скорее всего, значился в самых верхах розыскных списков.

— Дед Цяо, позвольте спросить, ваши корни здесь, в посёлке? — продолжал допытываться Староста Ху, пытаясь нащупать почву под ногами загадочного старика.

— Нет, пришлый я.

Сунь Цяошань поднялся, собираясь уходить.

Староста Ху не отставал:

— А где ваши родные края?

— Где моя родина — неважно, а вот твоя, по всему видно, в армии, — помолчав с минуту, обронил Сунь Цяошань.

— И то правда, угадали вы, его батя — из Третьей полевой армийской, — выпалил Толстый раньше, чем Староста Ху успел раскрыть рот, но тот тут же его оборвал.

— Сынок, ты и вправду глуп или притворяешься? — глядя на Старосту Ху, процедил старик.

— Дед, мы люди тёмные, изъяснитесь уж толком, — поднявшись со скамьи, попросил Староста Ху.

Ван Е тоже поднял глаза на Сунь Цяошань.

— Отдыхайте лучше, а завтра покажите всё, на что способны, — бросил напоследок старик и вышел из избы.

— Спятил старый с этого своего табака? К чему он клонит? — недоумённо бормотал Толстый.

— Да уж явно не просто так, — с улыбкой произнёс Ван Е, откладывая книгу, слезая с канэ и усаживаясь за стол.

— Верно, этот дед Цяо со странностями, всё загадками говорит да недоговаривает, — подсел к нему Староста Ху.

— Придётся держать ухо востро. Если вдруг у него на уме дурное, сладить с ним здесь сможет разве что старый Ван, — рассудил Толстый.

— Завтра будем действовать по обстоятельствам, но за дедом приглядывать стоит, — предупредил Ван Е, а затем резко сменил тему: — Впрочем, слова о том, что родина Старосты Ху в армии, пожалуй, имеют вполне конкретный смысл.

— С чего бы это? — уставившись на Ван Е, спросил Староста Ху. Разумеется, он и сам понимал, что старик имел в виду вовсе не военную службу кого-то из его родственников.

— Это связано с твоим компасом и той половиной Шестнадцати иероглифов инь-ян по фэншуй, — пояснил Ван Е. — Вы же знаете, я охотно читаю. Как-то раз мне попалась книга, где упоминалось, что эти вещицы имеют прямое отношение к отрядам Моцзинь.

— Моцзинь? — Староста Ху и Толстый переглянулись, озадаченно глядя на Ван Е.

— В эпоху Трех Царств у Цао Цао было особое войско, занимавшееся исключительно раскопкой могил и грабежом погребений. Золото и драгоценности из усыпальниц шли на пополнение армейской казны, а командиры этого отряда носили официальное звание генералов Моцзинь.

Ван Е обвёл их взглядом и продолжил разъяснения:

— Позднее в среде могильщиков возникло целое сообщество, прозванное моцзиньскими цяньчжунами, чьим главным искусством было разделение золота и определение точек по рельефу. Под конец династии Цин жил один выдающийся моцзиньский мастер по имени Чжан Санляньцзы — человек редкого таланта, носивший на поясе сразу три амулета Моцзинь. Та самая половина Шестнадцати иероглифов инь-ян по фэншуй, что хранится у тебя, Староста Ху, была создана именно им.

— Что?! — изумленно выдохнули Староста Ху и Толстый. Особенно потрясён был Ху — он никак не ожидал столь громкого происхождения у доставшейся ему рукописи.

http://tl.rulate.ru/book/209031/26773321