Пока Ци Сяо мучился этим вопросом, Чи Ян и не думала на него смотреть. Она всё время опускала голову и ела пасту, стараясь игнорировать жгучий взгляд Пэй Чжоу, направленный прямо на неё.
«Сестрёнка, попробуй этот муссовый торт», — неожиданно произнёс Ло Синхэ и пододвинул к ней маленькую порцию черничного мусса. Сестра говорила, что любит сладкое.
«Ах, спасибо».
Увидев мусс, Чи Ян поблагодарила Ло Синхэ и без тени смущения отправила в рот большой кусок.
В то же мгновение рука Се Цзинъяо, державшая бокал с шампанским, на миг замерла.
Лицо Пэй Чжоу, как обычно, оставалось ледяным. Он наколол на вилку кусок стейка и неторопливо прожевал.
Увидев, что Чи Ян съела его угощение, Ло Синхэ чуть прищурился в лёгкой улыбке. На взгляды остальных за столом ему было плевать. Он вообще пришёл сюда только ради сестры. Те, кто хотели позлорадствовать, понятия не имели, насколько Чи Ян прекрасна. И он радовался, что они не знают.
«Чи Ян, наверное, самая младшая среди девушек, а Ло Синхэ — среди парней. Милые братик и сестрёнка, просто душу греют!»
«Ду Мань на самом деле ещё младше! Чи Ян только и умеет, что хайповать на чужой популярности: сначала на Ци Сяо, теперь на Ло Синхэ. В такой женщине нет ни капли шарма, и как только находятся те, кому она нравится?»
«Простите, но из четырёх парней трое выбрали смотреть тизер Чи Ян. Это, по-вашему, нет шарма?»
«Я же говорил, король экрана просто пожалел её».
Ци Сяо при виде этой сцены почувствовал, как глаза режет. Еда во рту потеряла всякий вкус. Почему он раньше не знал, что Чи Ян настолько близка с Ло Синхэ? Они ведь просто коллеги по агентству, верно? И всё же она съела торт, который он ей протянул!
Ци Сяо стиснул зубы, лицо его потемнело от сдерживаемого гнева, и он сделал большой глоток холодного чая. Единственное, чего съёмочная группа не учла — так это то, что напитки были только холодные и шампанское.
Холодный чай пронзил желудок знакомой болью. Он машинально начал: «Чи Ян, принеси мне...» — горячей воды.
Но, произнеся всего пять слов, Ци Сяо понял, что сказал, и резко замолчал. Его лицо окончательно помрачнело, он опустил голову и до побелевших костяшек сжал стакан, затем осушил его одним глотком.
Боль в желудке усиливалась, но он вспомнил прошлое. Чи Ян знала, что у него слабый желудок, что иногда даже от недосыпа его скручивало. И однажды ночью, когда он допоздна записывал песню, она принесла ему термос с тёплым имбирным чаем с сахаром. А он разозлился, что она помешала, и велел ей уйти...
Ци Сяо невольно сравнил это с временами, когда он встречался с Цинь Исюэ, своей первой любовью. Тогда он был ещё никому не известным стажёром, а она была постоянно занята съёмками. Разве ей было дело до его желудка?
Он терзал себя воспоминаниями о том имбирном чае, и лицо его побледнело.
Ду Мань, сидевшая рядом, не выдержала: «Господин Ци, вам плохо?»
«Нет», — тихо ответил он, краем глаза взглянул на опустившую голову Чи Ян, затем на Цинь Исюэ. Он был так бледен, Цинь Исюэ наверняка заметила, но даже не спросила. А Чи Ян... она, конечно, переживает за него, но они расстались, и она вынуждена притворяться, что не замечает. Выходит, он не может жить без Чи Ян.
Фанаты Ци Сяо, заметив его состояние, запаниковали.
«Боже, у брата гастрит! Зачем ему холодный чай? Отвратительная команда, не могли приготовить горячие напитки?»
«При чём здесь команда? Его никто не заставлял пить холодное. У него больной желудок, он сам должен следить, кто виноват?»
«Снаружи есть кулер с горячей водой. У топ-айдола руки отсохли, раз он зовёт бывшую? Неужели Чи Ян должна была за ним прислуживать?»
«Болит желудок — иди к врачу. Что он из себя строит? Прямо как переросший ребёнок».
Чи Ян по-прежнему опускала глаза и сосредоточенно ела, не заметив ни единого слова из его бреда. Ей было неловко: она много ела, да ещё и напротив сидел Пэй Чжоу. Её свободная левая рука слегка сжалась, и она почти незаметно постукивала пальцами по краю миски, словно невольно стучала по клавиатуре.
Тем временем Цинь Исюэ с улыбкой посмотрела на острую рыбу в пряном соусе перед собой: «Выглядит так аппетитно! Я должна попробовать, хотя бы кусочек». Она осторожно взяла кусочек рыбы и демонстративно показала его в камеру. Рядом с миской стоял стакан воды, она ополоснула рыбу в воде и, уже побледневшую, отправила в рот: «Только слишком масляная, я предпочитаю рыбу на пару». Затем она взяла ещё кусочек курицы: «Очень вкусно». Пожевав, она выплюнула мясо в салфетку.
Янь Хуань тоже взяла кусок рыбы, про себя презирая её притворство. Она понимала, что актрисы ограничивают себя в еде, но не понимала, зачем притворяться, что любишь пробовать всё, и одновременно транжирить еду. Посмотрите на Чи Ян...
И как раз в этот момент Янь Хуань увидела, как пара палочек потянулась к огромному куску сочной, румяной тушёной свинины, стоявшему прямо перед ней, — блюду, на которое никто не решался даже взглянуть. Она подняла глаза и увидела, что это была Чи Ян. Она не только съела его за один раз с довольным видом, но и потянулась за вторым куском.
Янь Хуань была в шоке, её зрачки буквально расширились. Это и правда актриса? Почему разница между ними такая огромная? Чи Ян не боится поправиться?
Их взгляды случайно встретились. Янь Хуань поспешно натянула свою фирменную ослепительно-сладкую улыбку, хоть в глазах и читалась растерянность. «Нет-нет, не подавать виду! Чи Ян ведь говорила, что она моя фанатка. Надо держать имидж холодной красавицы».
Одно реалити-шоу заставило Янь Хуань понять: так называемая мягкая и великодушная кинокоролева — на самом деле та ещё «заварка», а Чи Ян, у которой репутация была хуже некуда, оказалась совершенно не такой, как она ожидала.
Чи Ян изо всех сил пыталась игнорировать Пэй Чжоу и вдруг заметила, что эта милая девушка улыбается ей. Она тут же вспомнила Линь Чжися, героиню сериала, которую так полюбила, и, немного поколебавшись, молча убрала палочки подальше от тушёной свинины. Раз уж Янь Хуань сыграла её любимую героиню и к тому же такая милая... пусть съест сама.
«Умора, Чи Ян больше не тянется за свининой. Неужели она думает, что маленькая цветочница хочет это съесть?»
«Лилии на родине расцвели».
«Кажется, Янь Хуань такая милая, и Чи Ян тоже славная».
Чи Ян быстро прикончила муссовый торт, большую миску пасты, два куриных крылышка, стакан холодного чая, порцию димсамов, стейк и полтарелки тушёной свинины...
Она ещё хотела, но если бы продолжила, остальные точно уставились бы на неё в открытую. Поэтому она притворилась, что наелась, вытерла губы, но не удержалась и взяла маленькое пирожное на десерт.
Зрители были поражены её аппетитом, но на этот раз никто не говорил, что она создаёт себе образ. Ведь еда была настоящей, а Чи Ян ничуть не выглядела объевшейся.
«Завидую — вот что значит врождённый обмен веществ».
«Она что, создаёт себе образ обжоры? Спорим, она не может столько есть каждый день? Слишком наигранно».
«Мне кажется, Чи Ян вполне искренна. Это всё равно лучше, чем когда кинокоролева сначала полощет мясо в воде».
«Жевать и выплёвывать — это выше моего понимания! Это же просто надругательство над едой!»
http://tl.rulate.ru/book/206782/25907124
Сказал спасибо 1 читатель