Готовый перевод My Friend Borrowed My Car And Didn't Return It, So I Put Him In Jail. / Друг Взял Мою Машину, Разбил Её И Отказался Платить — Теперь Пусть Плачет В Суде!: Глава 7. Готовьтесь продавать жильё

— Я действительно считал его другом, — с лёгкой улыбкой произнёс Ли Цзюньяо.

Услышав это, адвокат Чжан облегчённо выдохнул. Однако следующие слова Ли Цзюньяо заставили его понять, что радоваться рано — в воздухе запахло грозой.

— Если бы я не считал его другом, разве я одолжил бы ему машину? — продолжал Ли Цзюньяо. — Даже когда наступил срок возврата, а он так и не объявился, я вошёл в его положение. Подумал, что у него могли возникнуть проблемы, и, чтобы не давить на него, позвонил всего три раза.

Ли Цзюньяо был человеком педантичным, в чём-то даже склонным к перфекционизму. Говоря это, он продемонстрировал адвокату журнал вызовов в своём телефоне.

Там чёрным по белому было зафиксировано: за последнее время он действительно набрал номер Ли Хункуня лишь трижды.

Адвокат Чжан примерно понял, к чему клонит Ли Цзюньяо. Ему оставалось лишь сухо заметить:

— Господин Ли Цзюньяо, вы действительно прекрасный друг. Думаю, любому бы повезло иметь такого товарища.

В этих словах была доля лести, но прозвучали они искренне. В наше время мало кто готов так заботиться о чувствах друзей.

Большинство тех, кого называют «друзьями», на деле оказываются лишь собутыльниками. Когда нужно погулять и выпить, они тут как тут, а стоит случиться беде — ищи-свищи, они все 365 дней в году находят отговорки, лишь бы не помогать.

Ли Цзюньяо лишь неопределённо усмехнулся в ответ на этот комплимент.

— Когда я услышал от нашего старосты по общежитию, что Ли Хункунь попал в аварию, — продолжил он, — честно признаюсь, я подсознательно выдохнул с облегчением.

Он самокритично усмехнулся:

— Вы должны меня понять. Даже считая его другом, я в глубине души начал сомневаться. Думал, он решил меня кинуть и не возвращать машину. Но после того звонка я решил, что нашёл оправдание его молчанию.

— Однако знаете, что сделал Ли Хункунь, когда я пришёл к нему в больницу? — Ли Цзюньяо задал риторический вопрос, не дожидаясь ответа.

— Он решил, что я пришёл выбивать долги. Он заявил, что мои три звонка были похожи на «преследование коллектора».

Ли Цзюньяо покачал головой. Тогда ему было горько, но сейчас он почти ничего не чувствовал.

— Лицо его было мрачнее тучи. Любой прохожий, глядя на него, подумал бы, что это я совершил какое-то чудовищное злодеяние против него.

— Кстати, адвокат Чжан, вы, возможно, не знаете, но я стример. Когда я пришёл в палату, у меня шла трансляция. Есть запись того разговора, хотите взглянуть?

Лицо адвоката Чжана стало крайне неловким.

— Возможно... Господин Ли Хункунь только что попал в аварию и был не в лучшем расположении духа, — пробормотал он. — Поэтому и сорвались с его языка такие обидные слова.

Ему самому было тошно от своих оправданий. Просто слушая описание ситуации, адвокат чувствовал, как внутри закипает гнев.

Этот идиот Ли Хункунь! Человек по доброте душевной одолжил тебе машину, считал другом, берёг твои нервы. А ты с ним так обошёлся? Любой бы на месте Ли Цзюньяо почувствовал, как сердце леденеет.

Мог ли Ли Цзюньяо лгать? Вряд ли. Учитывая, что он уже вызвал полицию и намерен идти до конца по букве закона, ему нет никакого смысла приукрашивать действительность.

— Ха-ха, — Ли Цзюньяо горько усмехнулся. — Знаете, я и сам пытался так думать.

Он действительно дорожил каждым своим другом. Поэтому даже в той ситуации старался найти оправдание.

— Но потом невеста Ли Хункуня обвинила меня в том, что я вообще дал ему эту машину, — продолжил Ли Цзюньяо. — Она прямо заявила: если бы не я, никакой аварии бы не случилось. Выходит, вся вина за ДТП лежит на мне.

— И Ли Хункунь не возразил ни словом.

Вот это и стало последней каплей. Раз он промолчал, значит, думал точно так же. Это было просто нелепо.

— В тот момент я понял, что никакой дружбы между нами больше нет, — голос Ли Цзюньяо звучал на удивление спокойно. Он умел ценить людей, но умел и отпускать их.

— Я решил: ладно, чёрт с ним. Просто заберу свою машину, и мы разойдёмся как в море корабли. Я даже не собирался требовать компенсации.

— Но тогда Ли Хункунь, мой «лучший друг», с невозмутимым видом заявил: «Машину я тебе, конечно, верну, но не сейчас!». А потом и вовсе выставил меня за дверь.

Ли Цзюньяо усмехнулся:

— Только потом я узнал, что он разбил мою машину в хлам и, даже не спросив моего согласия, продал её на запчасти.

Он посмотрел прямо в глаза юристу:

— Адвокат Чжан, вы только что сказали, что мы друзья. Да, я считал его другом. А он считал меня лохом.

Адвокат Чжан, обычно острый на язык, не нашёл что ответить. Ему стало по-человечески стыдно.

Но Ли Цзюньяо ещё не закончил. Хотя между ним и Ли Хункунем всё было кончено, некоторые вещи нужно было высказать вслух, чтобы на душе стало легче.

— Когда я выходил из палаты, я встретил мать Ли Хункуня, вот эту даму, — Ли Цзюньяо перевёл взгляд на женщину. — Я подумал, что, несмотря на ссору с сыном, нужно оставаться вежливым со старшими. Я поздоровался с ней, как подобает, а она в ответ бросила: «Приличные люди так себя не ведут».

— Тогда я понял, что она тоже затаила на меня злобу. В тот момент я не мог взять в толк, почему она так сказала.

— Но теперь я всё понял, — продолжал Ли Цзюньяо. — Приличные люди действительно так себя не ведут. Как я, например.

— Я считал человека другом. Одолжил машину, а когда её не вернули и перестали брать трубку, я сам искал ему оправдания. В ответ же получил лишь насмешки и обвинения.

— А теперь, когда я взялся за дело всерьёз и решил защищать свои интересы по закону, они приползли мириться.

Ли Цзюньяо словно вспомнил что-то забавное и добавил:

— Ах да, в палате Ли Хункунь ещё кричал: «Если такой смелый, вызывай полицию и сажай меня!». Что ж, я просто исполнил его желание.

Закончив, Ли Цзюньяо посмотрел на адвоката:

— Адвокат Чжан, у вас есть что добавить?

Чжан открыл рот, но так и не смог выдавить ни слова.

В комнате для переговоров родители Ли Хункуня менялись в лице — то бледнели, то багровели. Слова Ли Цзюньяо били их по лицу похлеще хлёстких пощёчин.

Если бы это происходило без свидетелей, они бы и ухом не повели. Мать Ли Хункуня, когда говорила те гадости, даже не считала себя неправой. Но сейчас, когда всё это было озвучено при посторонних, их захлестнуло чувство жгучего стыда. Им буквально некуда было деться от позора.

— Враньё! Я никогда не говорила, что ты ведешь себя неприлично! — взвизгнула мать Ли Хункуня, переходя в наступление от бессильной ярости. — У тебя нет доказательств, ты всё выдумал!

Она даже добавила это, считая себя очень хитрой.

Ли Цзюньяо посмотрел на неё как на умалишённую. Сейчас не судебное заседание и не следственный эксперимент. Ему не нужно было ничего доказывать, чтобы просто высказать своё мнение. Он не понимал, на что она рассчитывает со своей «хитростью».

— Эх, — вздохнул Ли Цзюньяо.

Внезапно ему стало скучно. Если подумать, вся семейка Ли Хункуня была глупа до мозга костей.

Ли Хункунь разбил чужую машину — это неоспоримый факт. В такой ситуации, даже если ты не считаешь человека другом, самым разумным было бы задобрить его. А он начал качать права и хамить. Сам же вырыл себе яму.

Родители оказались не лучше. Они пришли просить о мире, но сначала начали торговаться из-за копеек, выдумывая какую-то «амортизацию», а теперь требуют доказательств его слов.

Ли Цзюньяо окончательно потерял интерес к происходящему.

— Начальник Сунь, — обратился он к главе управления. — Моя позиция прежняя: я не принимаю мировое соглашение. Пусть всё идёт законным порядком.

Следующим этапом должен был стать суд, где судья вынесет окончательный вердикт.

— Господин Ли, это ваше право, — ответил начальник Сунь.

Видя, что Ли Цзюньяо поднимается, он поспешно добавил:

— Я провожу вас.

Ему самому было тошно находиться в этой комнате. Больше всего он не любил иметь дело не с высокоинтеллектуальными преступниками, а с такими, как родители Ли Хункуня — непроходимо тупыми, но считающими себя хитрее всех. Такие люди вызывали лишь брезгливость.

Начальник Сунь воспользовался случаем, чтобы сбежать. А вот адвокату Чжану пришлось остаться наедине с этой парой идиотов.

— Адвокат Чжан, что же нам теперь делать? — запаниковал Ли Ибинь.

Всё шло совсем не по его сценарию.

— Этот паршивец! Я ещё не договорила, как он посмел уйти? — продолжала вопить мать Ли Хункуня. — Всё, что он наговорил — клевета! Я такого не произносила!

У адвоката Чжана разболелась голова. Он уже сто раз пожалел, что взялся за это дело.

— Для начала оформите залог для Ли Хункуня, если хотите, — он потёр виски.

У него больше не осталось тузов в рукаве. Перед приходом сюда он изучил доказательства, предоставленные Ли Цзюньяо. Доказательная база была пугающе безупречной. Шансы выиграть в суде стремились к нулю.

Теперь единственное, что они могли сделать — это попытаться смягчить приговор и сократить срок.

— И готовьтесь продавать жильё, — отрезал он. — Вам понадобятся деньги.

http://tl.rulate.ru/book/206313/25769430