Готовый перевод The Doted Junior Sister Is the Real Boss / Всеобщая любимица оказалась сильнейшей: Глава 104 — Просто одурачить простака, чтобы принял удар на себя

Но отступать было некуда, помощь Янь Тинху требовалась позарез, так что Чжу Цимэн лишь кисло кивнула.

Временный союз был заключён.

Едва альянс оформился, Секта Линсяо и Секта Тяньган отошли на пол-ли назад. Следом за ними попятились и более мелкие школы, уже привыкшие держаться позади сильных. Рассредоточившись, обе секты тут же принялись расставлять флаги боевого массива.

— Высокоранговый демонический зверь. Во избежание ранений просим не приближаться. За последствия мы не отвечаем.

Ланьюэ сразу поняла: дележ добычи уже согласован, и всех посторонних попросту выставляют вон.

Другие отряды тоже всё прекрасно поняли, но, пусть и с недовольством, уступали силе и покорно отступали в сторонку — смотреть издалека. Впрочем, не ушёл никто: в конце концов, кто знает, чья возьмёт?

Убедившись, что посторонние практики отогнаны подальше, Секта Десяти Тысяч Цветов и Секта Даньсянь приступили к подготовке возле входа в пещеру.

Когда всё было готово, люди из Секты Цветов выложили у входа охапки сухой духовной травы и подожгли.

Лазурная трава — особое растение: высушенная и подожжённая, она даёт густой дым, который демонические звери на дух не переносят.

Густые клубы дыма хлынули прямо в пещеру. Вскоре изнутри раздался протяжный, полный боли вой.

Хотя Ланьюэ отделяло от пещеры почти две ли, от этого низкого воя у неё в груди забурлила кровь — пришлось провернуть духовную силу по меридианам, чтобы унять дрожь. Тем же, кто стоял ближе — людям из Секты Цветов и Даньсянь, — пришлось куда тяжелее. Чжу Цимэн и Янь Тинху успели активировать защитные магические артефакты, сбившие самую мощь этого крика, но даже так те из их отрядов, кто уступал в силе, вынуждены были принять пилюли и сесть в медитацию, чтобы успокоить дыхание.

Девятиуровневый демонический зверь и впрямь оказался чудовищно силён.

Однако в том же вое слышалась явная слабость, нехватка сил.

Чжу Цимэн и Янь Тинху обменялись довольными улыбками и велели жечь лазурную траву дальше.

Вскоре весь огромный грот наполнился густым, удушливым дымом, и гигантский питон девятого уровня наконец не выдержал.

Вновь раздался тот же истошный вой. Чжу Цимэн едва успела выкрикнуть: «Берегитесь!» — как из пещеры молнией метнулась чудовищных размеров туша. Огромное тело смело всё на своём пути: стоявшие у самого входа ученики Секты Даньсянь и Секты Цветов не успели даже дёрнуться — их раскидало, точно осенние листья.

Но тут же бесчисленные духовные знаки засияли на земле, и девятиуровневого питона намертво сжала хватка массива — теперь он не мог втянуть выброшенную часть туловища обратно в пещеру.

Теперь Ланьюэ смогла рассмотреть тварь как следует.

Огромный чёрный питон, чешуя его переливалась на солнце, а на голове... Нет, это не совсем питон!

Сердце Ланьюэ сжалось: на голове зверя красовались небольшие бугры, и ещё два таких же выступало на брюхе. Это питон на пороге превращения в цзяо! Стоит ему завершить метаморфозу — и он войдёт в число священных зверей! Но почему же он решился на потомство именно сейчас, когда силы нужны для превращения, и довёл себя до полного истощения?

Ведь это почти наверняка обречёт его на гибель под небесной карой, что ударит при вознесении!

И тут Ланьюэ поняла: даже попав в капкан, питон не вытащил тело из грота целиком. Он защищал яйца!

Чжу Цимэн и Янь Тинху тоже это заметили. Сердца их забились от восторга — сами небеса помогали! Почти готовый цзяо и просто девятиуровневый питон — совершенно разная ценность. Пусть оба девятого уровня, но в теле будущего цзяо каждая чешуйка, каждый обломок чешуи — бесценное небесное сокровище. Стоимость не поддаётся оценке.

— Стройте массив! — рявкнул Янь Тинху.

Оставшиеся ученики Секты Даньсянь и Секты Десяти Тысяч Цветов разом метнули вперёд золотистые верёвки. Вливая в них духовную силу, они сформировали гигантскую сеть и разом обрушили её на питона.

В тот же миг, когда верёвки коснулись тела зверя, взметнулись клубы едкого зелёного дыма. Питон взревел от боли, запрокинул голову к небу и забился в конвульсиях, сметая всё вокруг. Ещё несколько учеников разлетелись, сбитые мощью его бросков.

Чжу Цимэн кончиком пальца взмыла в воздух. Дивный цветок пиона воспарил с её ладони и закружил над головой питона. Мгновение — и пион распустился, стремительно разрастаясь до невероятных размеров. Пальцы Чжу Цимэн сплетали печати, и лепестки пиона, осыпаясь, летели, — невесомые и прекрасные, но с ужасающей скоростью, танцуя вокруг питона.

Бесчисленные алые нити, кружась вместе с лепестками, опутывали тело зверя, сжимаясь всё туже. Питон обезумел от муки: нити не могли прорвать его чешую, но они оказались невероятно прочны. Освободиться не получалось; хватка лишь крепчала. Питон распахнул пасть и метнул в Чжу Цимэн несколько водяных стрел, но прямо перед ней возник огромный пион, и водяные клинки не причинили женщине ни малейшего вреда.

В тот же миг Янь Тинху одним прыжком оказался на голове питона, сжимая гигантскую секиру. Он обрушил её вниз со всей силы.

Ланьюэ смотрела, потрясённая. «Достойно мастера на полшага от Предка Духа! — думала она. — Одним ударом секиры проломить защиту девятиуровневого питона!» Впрочем, сейчас эта тварь тянула от силы на восьмой уровень.

— Братец Ши, наш выход, — вдруг прозвучал у самого уха тихий, но чёткий шёпот.

Ланьюэ, не меняясь в лице, осторожно отступила за спины зрителей. Следуя за тем мужчиной, она быстрым шагом обогнула скопление народа и вышла к другому холму, где темнел маленький, в рост человека, лаз.

— Что это? — удивлённо спросила Ланьюэ, разглядывая укромный провал.

— Этот ход ведёт прямо в тот большой грот, где залёг питон. Я нашёл его раньше, когда искал тут духовные растения, — самодовольно пояснил тот и, не дожидаясь спутницы, первым шагнул внутрь.

Прежде чем войти, Ланьюэ на мгновение задержалась, провела рукой по каменному своду входа и лишь затем юркнула следом.

В проходе было сыро и совершенно темно. Мужчина, выудив светящийся камень, освещал дорогу. Примерно через полчаса ходьбы до Ланьюэ начали доноситься отголоски боя. Её спутник сбавил шаг и стал красться вперёд с величайшей осторожностью. Подобравшись ближе, он задышал часто и шумно.

— Сорвал куш! Сорвал куш! — задыхаясь, шептал он.

Шесть яиц девятиуровневого зверя! Они были выше человеческого роста и ровным рядком стояли на каменном возвышении. Скорлупа отливала нежной белизной, испещрённой чёрными прожилками, словно змеиный узор, — необычайно красиво. Но все они были аккуратно и плотно обмотаны хвостом гигантского питона — надёжная защита.

Украсть их незаметно прямо сейчас не выйдет.

Однако двое не торопились. Они ждали удобного момента. Питон сейчас был на пределе сил, а теперь ещё и изранен. Если он не хочет стать добычей Чжу Цимэн и её людей, ему придётся убрать хвост ради шанса на сопротивление. Иначе — только сдаться и ждать смерти.

Ждать пришлось недолго. Снаружи раздался полный боли вопль, и хвост, до последнего оберегавший яйца, наконец разжался.

Едва кончик хвоста исчез в проёме, мужчина взвился в воздух.

— Давай! — выкрикнул он коротко.

Ланьюэ рванулась следом — но на полпути её спутник внезапно развернулся в воздухе и с молниеносной быстротой метнул в неё формирующий диск ловчего массива, прямо в центр.

— Ты что творишь!

Тело Ланьюэ будто пригвоздило к месту, не в силах и шагу ступить. Яростный взгляд впился в предателя.

— Братец Ши, не вини меня за жестокость. Каждый сам за себя, таков закон. Придётся тебе задержать питона на пару мгновений, чтобы я ушёл. Если вернёшься целым, клянусь, разделю с тобой яйца поровну!

С торжествующим смешком он рванулся к каменному возвышению — забрать добычу. Мысль о дележе и впрямь была лишь уловкой. Разве стал бы он делить яйца девятиуровневого зверя? Всё это лишь для того, чтобы одурачить простофилю и заставить его прикрывать отход, пока сам он улизнёт с награбленным.

Но едва его ладонь коснулась скорлупы, огромный питон снаружи — словно что-то почувствовал — издал полный яростной муки рёв и, невзирая на атаки практиков, не жалея ран, развернулся и бросился обратно в пещеру.

Лица Чжу Цимэн и Янь Тинху исказились от бешенства.

— Кто-то ворует яйца! — закричали они.

Они потеряли столько людей снаружи, а теперь кто-то посмел в открытую обворовывать их, надеясь нагреть руки на чужой крови!

Вне себя от гнева, они бросились следом за питоном, полные решимости. Узнай они, кто этот вор, — разорвали бы на тысячу кусков!

http://tl.rulate.ru/book/206064/25828749