Готовый перевод My Secretary is a Fox / Моя секретарша — Лиса-демон: Глава 32. Господин Чжай

Глава 32. Господин Чжай.

Вскоре вошёл старина Ли с каталогом продукции за последний квартал.

Чэнь Ко поручил ему не только подготовить описание и цены на «Магический строй Пяти Стихий по изгнанию духов», но и составить список складских запасов обычных, не наделенных духом товаров за этот квартал: даосских облачений, благовоний, деревянных чехлов для телефонов, перчаток, масок, очковых оправ и прочего.

Такая вещь, как «фиксатор магического строя», по общему определению могла считаться магическим инструментом. Однако на практике она скорее походила на расходники вроде духовных талисманов — фиксаторы не только часто портились при изготовлении, но и быстро изнашивались в бою, а то и вовсе ломались после первого же сражения.

Поэтому, если удастся продвинуть комплект «Магического строя Пяти Стихий по изгнанию духов» в такой крупной организации, как Секта Маоци, спрос на комплектующие в будущем будет огромным.

И если сделка состоится, то сколько бы комплектов ни заказала Секта Маоци, Чэнь Ко планировал сделать им скидку на сами наборы, а в придачу бесплатно отдать целую гору обычных товаров без наделения духом.

Над комплектом «Магического строя Пяти Стихий по изгнанию духов» Чэнь Ко кропотливо трудился полтора года. Он был уверен, что эта безупречная работа заставит любого практика из Секты Маоци цокать языком от восторга.

Как только благодаря этому строю у них сложится первое приятное впечатление о Компании «Добао», они подсознательно начнут воспринимать её как поставщика элитных и мощных артефактов. Тогда и спрос на даосские мантии и прочие сопутствующие товары поползет вверх, привлекая внимание практиков.

Хотя прибыль от этих обычных вещей не шла ни в какое сравнение с доходами от продажи магических комплектов, их главное преимущество заключалось в быстроте изготовления и огромном разнообразии ассортимента. Весь процесс — от дизайна до производства — можно было полностью перепоручить другим людям, избавляя Чэнь Ко от необходимости заниматься этим лично.

В отличие от заготовок для магических инструментов, ритуальной утвари и предметов для сотворения заклинаний. Там Чэнь Ко ещё на этапе проектирования приходилось самому рассчитывать структуру для проводимости духовной энергии, тестировать соотношение различных материалов, а во время производства строго следить за качеством. Это было чертовски утомительно, и при крупном заказе компания просто не смогла бы гарантировать бесперебойные поставки.

К тому же у товаров без наделения духом была ещё одна важная особенность: ими могли пользоваться не только практики.

Когда старина Ли подготовил все материалы и цены, Чэнь Ко тут же переслал их Ян Нинпу в WeChat. После этого он закинул ноги на рабочий стол, призвал из браслета Ван Вэйдао и Шэнь Сыгу и под их аккомпанемент затянул во все горло: «Эх, нам, простому люду, нынче весело живееется…»

К несчастью, Чэнь Ко безбожно фальшивил. Два духа-оборотня, бывшие при жизни профессиональными музыкантами, терзали свои инструменты в Духовном зрении с выражением глубочайшего страдания на лицах. Они уже вовсю жалели, что в усадьбе Е не проявили твердость характера и не сгинули вместе со своими сосудами духа.

Сидевшая в приемной Чжу Ли обладала исключительным духовным восприятием, так что игра Ван Вэйдао и Шэнь Сыгу в Духовном зрении отчетливо доносилась и до её ушей.

Поначалу Чжу Ли поражалась тому, каким образом Чэнь Ко умудряется извлекать музыку в мире духовной энергии, но стоило ему запеть мимо нот, как её душевная броня дала трещину. Серьёзное, сосредоточенное выражение лица, с которым она сидела перед монитором компьютера, едва не сменилось истерическим смехом.

К счастью, Чэнь Ко просто забавлялся и, напев пару строчек, быстро свернул свою «магическую технику».

На телефон пришло новое сообщение в WeChat. Чэнь Ко взял его и увидел, что пишет дизайнер, занимавшийся ремонтом усадьбы Е, с которым они связывались ещё утром через Е Шуцзе.

Для любой дизайнерской фирмы дом семьи Е был невероятно крупным и лакомым заказом, поэтому дизайнер, которого порекомендовала Е Шуцзе, проявил максимум радушия.

А уж когда он узнал, что у друга Чэнь Ко тоже есть дом, требующий ремонта, и тот хочет проконсультироваться, его энтузиазм и вовсе взлетел до небес.

Чэнь Ко, разумеется, не стал с ходу расспрашивать про фэншуй. Он вполне профессионально побеседовал о разных тонкостях планировки и как бы между прочим похвалил гармоничное расположение зон в усадьбе Е.

Дизайнер, зная, что Чэнь Ко знаком с Е Шуцзе, скрывать ничего не стал. Он честно признался, что фэншуй-проектом руководил друг старого господина Е. Это был пожилой мужчина в традиционном китайском халате-чаншане, выглядевший как настоящий бессмертный даос. Говорил он тихо, неторопливо, но каждое его слово звучало на редкость убедительно.

Из разговора с дизайнером Чэнь Ко выведал ещё несколько деталей о том, как именно этот человек давал указания на месте, и вновь утвердился в мысли, что мастерство незнакомца было чрезвычайно высоким.

Впрочем, дизайнер не знал ни полного имени, ни происхождения этого «мастера фэншуй». Он лишь слышал, как старый господин Е обращался к нему «господин Чжай», поэтому сам звал его «старец Чжай».

Следом Чэнь Ко связался с ландшафтным дизайнером из Пинцзяна. Результат беседы оказался тем же: вся планировка сада полностью контролировалась и направлялась этим самым «господином Чжаем». Ландшафтник в разговоре тоже так и сыпал восторженными отзывами в его адрес.

Закончив расспросы, Чэнь Ко написал Е Шуцзе в WeChat и поинтересовался, удалось ли ей спросить у дедушки, не согласится ли тот представить ему этого мастера фэншуй, господина Чжая.

Чэнь Ко полагал, что в обычных обстоятельствах его статуса ученика Секты Цзиншань и генерального директора Компании «Добао» с лихвой хватит, чтобы удостоиться встречи с любым «мастером фэншуй».

Буквально через пару минут Е Шуцзе перезвонила. Когда Чэнь Ко снял трубку, на том конце провода оказался сам старый господин Е.

Старик уже знал, что очистить дом от злого духа без масштабных разрушений и перестройки удалось только благодаря Чэнь Ко, которого пригласила его внучка.

К тому же Чэнь Ко был учеником Секты Цзиншань, то есть выходцем из авторитетной и уважаемой школы. Поэтому старый господин Е отнесся к нему с большим почтением и, узнав о его желании познакомиться с фэншуй-мастером, решил позвонить лично.

Однако из разговора со старым господином Е Чэнь Ко узнал новость, которая встревожила его ещё сильнее: оказалось, старик познакомился с господином Чжаем в чайной, куда частенько захаживал.

Владелец чайной, господин Ван, был близким другом старого господина Е на протяжении нескольких десятилетий. Этот Ван буквально боготворил господина Чжая и, узнав, что его старый друг собирается ремонтировать усадьбу на улице Тайхуа, сам вызвался их познакомить.

Господин Чжай несколько раз приезжал со старым господином Е в усадьбу, встречался с дизайнерами и давал четкие указания по планировке фэншуй. Его объяснения были логичными, глубокими и выдавали в нём истинного мастера.

При этом господин Чжай от начала и до конца не взял за свою работу ни единого юаня. Более того, когда старый господин Е попытался преподнести ему в знак благодарности дорогие, но не бросающиеся в глаза подарки — антиквариат, элитный чай и коллекционный алкоголь, тот наотрез отказался.

Вот только сейчас этого господина Чжая в городе Сяньюэ уже не было. По словам владельца чайной, господина Вана, тот «отправился дальше странствовать по свету».

Чэнь Ко тревожило не только то, что ни Е, ни Ван теперь не знали, где искать господина Чжая. Но даже господин Ван, который так превозносил этого мастера, не ведал ни его полного имени, ни точного происхождения.

Но ещё больше подозрений вызывало то, что господин Чжай не взял ни гроша.

Обыватель, услышав, что мастер фэншуй помог бесплатно, скорее всего, решил бы, что это настоящий «святой человек», далёкий от мирской суеты и денег.

Однако Чэнь Ко прекрасно знал: для любого практика, достигшего определенного уровня, будь то изгнание демонов, очищение от духов, исцеление болезней, гадание или фэншуй — у всего есть своя «цена».

Эта «цена» не фиксирована, она определяется по множеству факторов, и часто бывает так, что цена равна нулю, то есть помощь оказывается бесплатно. В этом нет ничего странного.

Суть ценообразования кроется во внутреннем комплексном анализе самого практика: он оценивает сложность ситуации, уровень своих сил и возможности просителя.

Иными словами, истинным мерилом стоимости служит мысль: «Во сколько я сам оцениваю это деяние».

Именно поэтому Чэнь Ко, когда очищал усадьбу Е от духа, назвал цену всего в сто тысяч юаней. Хотя он прекрасно понимал, что Секта Маоци содрала бы в разы больше, да и Цинь Жуйтин намекала, что семья Е сказочно богата и можно смело заламывать цену, а сам он в шутку говорил Е Шуцзе, что за такой большой дом «придётся доплатить». Но в итоге он взял ровно сто тысяч и с самым независимым видом отказался, когда Е Шуцзе попыталась накинуть сверху сверху.

И дело было вовсе не в том, что у него под рукой целая компания и он больше не нуждается в доходах от изгнания духов. Просто такова была его личная оценка проделанной работы — ровно сто тысяч.

Окажись на их месте бедная семья простых работяг, он за точно такое же очищение взял бы от силы пару сотен на дорогу или вовсе помог бесплатно. Ведь в отличие от других практиков Чэнь Ко не нес почти никаких затрат на материалы, зато получал ценную «добычу» — он бы и без всякого приглашения взялся за это дело.

Когда практикующий маг сталкивается с сильными злыми духами, духами-оборотнями или чудовищами, способными влиять на разум и тайные желания человека, ему категорически нельзя поддаваться эмоциям. Стоит только промелькнуть мысли: «Ого, в этот раз мне заплатят куда больше, чем я рассчитывал, я сорвал куш!» или «Платят сущие копейки, себе в убыток работаю», как жадность овладевает сердцем. И тогда злой дух непременно воспользуется этой слабостью, что смертельно опасно.

В крупных сектах на официальных миссиях по изгнанию демонов рядовые исполнители даже не задумываются о том, сколько именно платит клиент. Они просто делают свою работу за фиксированное вознаграждение.

А вопросами стоимости услуг для разных слоев населения и подсчетом расходов и прибыли занимаются специально обученные люди.

Разумеется, среди вольных духовных практиков встречаются и те, кто не знаком с этими правилами ценообразования. Кто-то из них интуитивно выработал собственную рабочую систему, а кому-то просто везло не сталкиваться со злыми духами, способными затуманить разум.

Существуют и посредники, которые находят клиентов с паранормальными проблемами, а затем сводят их с вольными практиками или даже представителями сект за определенный процент.

Они берут на себя бремя «жадности», устанавливая цену вместо магов, но при этом сами никогда не выходят против сильных духов.

Эти тонкости ценообразования не входят в обязательный свод знаний каждого духовного практика, и далеко не все о них осведомлены. Однако, по мнению Чэнь Ко, господин Чжай с его глубочайшими познаниями в фэншуй, проявленными в усадьбе Е, просто обязан был это знать.

С учетом богатства и влияния семьи Е господин Чжай, который несколько раз приезжал туда лично и дотошно объяснял дизайнерам каждую мелочь, никак не мог работать бесплатно.

Если только он не считал дружбу со старым господином Е настолько ценной, что готов был помогать даром. Либо… он уже получил свою плату в процессе работы над фэншуй усадьбы.

Коротко переговорив со старым господином Е, Чэнь Ко склонялся именно ко второму варианту. Старики Е и Ван искренне восхищались господином Чжаем и превозносили его, но сам мастер, очевидно, не воспринимал их как сколько-нибудь значимых фигур.

Этот господин Чжай своими поступками вызывал слишком много вопросов.

Чэнь Ко договорился со старым господином Е, что сегодня после полудня наведается в ту самую чайную господина Вана.

http://tl.rulate.ru/book/205708/25584675