Готовый перевод Crossover Movies: Entering the World of Horror / КИНОВСЕЛЕННАЯ УЖАСА: Глава 1: «Поворот не туда 1»

Дождь лил стеной, словно разверзлись небеса.

Ледяные потоки воды, смешиваясь с грязью, размывали лесную тропу и нещадно заливались в трекинговые ботинки Цинь Лана. Он смахнул воду с лица, пытаясь разглядеть на экране портативного GPS-навигатора мигающий, то и дело пропадающий значок сигнала. — Бесполезная хламина! — Тихо выругался он, но его голос тут же потонул в плотном шуме ливня и раскатах приближающегося грома.

Вокруг, насколько хватало глаз, простиралась бескрайняя темно-зеленая чаща Аппалачских гор. В пелене дождя первобытный лес казался зловещим: вековые деревья раскинули узловатые ветви, словно когтистые лапы, а густые кроны полностью скрывали и без того скудный дневной свет, отчего этот полдень больше походил на преждевременные сумерки. В воздухе пахло сырой землей, гниющими листьями и приторным, сладковатым запахом крови.

Цинь Лан, американец китайского происхождения и опытный турист, сейчас отчетливо понимал, что заблудился. Тщательно спланированный маршрут оказался полностью разрушен: внезапный паводок размыл все метки в низинах. Попытка обойти затопленный участок привела лишь к тому, что он забрел еще глубже в дикую чащу – в ту часть лесного массива, которая на картах была обозначена лишь смутными контурами как совершенно безлюдная зона.

— Черт! — Он с силой хлопнул ладонью по дорогому навигатору. Экран пару раз мигнул и окончательно погас – то ли внутрь попала вода, то ли в этой глуши просто отсутствовал сигнал. Стрелка компаса тоже мелко дрожала, отказываясь фиксироваться на севере. Перед лицом разбушевавшейся стихии любые электронные приборы становились бесполезными игрушками.

Прислонившись к влажному, шероховатому стволу гигантской секвойи, он тяжело дышал, силой заставляя себя успокоиться. Тяжелый рюкзак давил на плечи. Внутри находился трехдневный запас провизии, портативный фильтр для воды, аптечка, сменная одежда и охотничий нож, доставшийся ему от предков, с которым он никогда не расставался. Ножны из черного дерева были отполированы до мягкого блеска частыми прикосновениями, а клинок из многослойной стали отливал холодным, почти потусторонним сиянием, столь непохожим на блеск современного металла. Эту вещь его прадед привез еще из Гуандуна. Поговаривали, что нож когда-то пролил кровь и теперь отгоняет злых духов.

При мысли об «обереге от злых духов» Цинь Лан усмехнулся. Как человек с современным образованием, рационально он не верил в подобные суеверия, однако наставления старших и древние обычаи, впитанные в детстве, давно превратились в подсознательные рефлексы. Он невольно коснулся груди: сквозь промокшую штормовку прощупывался твердый контур круглого амулета. Тоже семейная реликвия – зеленовато-белый нефрит с искусно вырезанным узором из переплетенных лотосов и грозовых облаков, значение которого он так и не смог разгадать. В самом центре бляхи виднелось странное углубление, напоминающее закрытый глаз.

Спустя несколько минут отдыха силы начали возвращаться. Ливень немного утих, но видимость в лесу лучше не стала. Нужно было срочно искать выход или хотя бы укрытие на ночь. Ночевать под открытым небом в таком первобытном лесу, да еще и в шторм, было равносильно самоубийству.

Он выбрал направление, полагаясь не на барахлящий компас, а на примерное направление течения ручьев, очертания склонов и… нечто, похожее на интуицию. Это было то самое чутье, которое когда-то привил ему дед, когда они бродили по лесистым горам на исторической родине. Смотреть на мох на деревьях, изучать выветренные стороны валунов, слушать, как ветер шумит в кронах разной густоты.

Примерно через час дождь полностью прекратился, однако влажность в лесу лишь усилилась, и между деревьев пополз густой белый туман, похожий на дыхание призраков. Идти становилось все труднее: путь преграждали колючие кустарники и поваленные стволы. Внезапно он замер.

На размокшей земле чуть впереди виднелся отчетливый след. Это не был отпечаток лапы зверя или подошвы трекингового ботинка. След был огромным, деформированным, всего с тремя толстыми пальцами, глубоко вдавившимися в грязь передней частью, словно оставившее его существо обладало чудовищным весом. Края отпечатка были совсем свежими – дождь не успел их размыть.

Сердце Цинь Лана ухнуло вниз. Медведь? Нет, медвежьи следы выглядят иначе. Этот отпечаток больше походил на след… какого-то огромного двуногого существа.

Он присел на корточки, приглядываясь. Приторно-сладкий запах крови здесь ощущался отчетливее. Вытащив охотничий нож, он крепко сжал его в руке – холод рукояти вернул слабую иллюзию безопасности. Он огляделся. Из-за тумана и густых ветвей видимость сократилась до нескольких метров. Стояла мертвая, звенящая тишина: смолкли даже птицы и насекомые.

Ощущение чужого взгляда, точно ледяная змея, медленно поползло вверх по позвоночнику.

Больше не колеблясь, он резко изменил направление и быстро пошел в сторону, перпендикулярную направлению следов. Почти в тот же миг из глубины кустов слева донесся негромкий хруст сломавшейся ветки.

Не совпадение.

Цинь Лан прибавку шагу, практически переходя на бег. Тяжелый рюкзак колотил по спине, легкие горели огнем. Позади себя он услышал, как преследователь тоже ускорился: тяжелые шаги глухо отдавались в земле, сминая палую листву и грязь с откровенной, не скрываемой яростью хищника.

Петляя между стволами деревьев, он пытался запутать след. Несколько раз боковым зрением он выхватывал в тумане силуэт – высокий, сгорбленный черный контур, который двигался с поразительной быстротой.

Бежать без оглядки было бессмысленно: силы рано или поздно иссякнут. Справа впереди он заметил нагромождение валунов – несколько огромных обломков скалы, навалившись друг на друга, образовали узкую расщелину. Не раздумывая ни секунды, он скользнул внутрь, сжался в комок, намертво вцепился в нож и затаил дыхание.

Шаги затихли у самых камней. Хриплое, влажное дыхание раздавалось совсем рядом. Донесся невыносимо резкий, тошнотворный запах гнили, застарелой грязи и запекшейся крови.

Сердце Цинь Лана бешено колотилось, готовое пробить грудную клетку. Он чувствовал, как едва заметно дрожит камень: тварь кружила снаружи. Похоже, она сомневалась или принюхивалась.

Время тянулось мучительно медленно, каждая секунда казалась вечностью. Смесь пота и дождевой воды стекала со лба, разъедая глаза, но он не смел даже моргнуть, напряженно всматриваясь в затянутый туманом просвет расщелины.

Внезапно в щель с силой протиснулась огромная, покрытая грязью и шрамами лапа! Короткие толстые пальцы с черными, забитыми землей и запекшейся кровью ногтями вслепую заскребли по камню всего в нескольких сантиметрах от его лица.

Цинь Лан стиснул зубы, вжался в самую глубь расселины и выставил нож перед собой, готовый к отчаянной схватке не на жизнь, а на смерть.

Тварь пошарила еще немного и, поняв, что не может дотянуться до глубины, убрала руку. Снова раздались тяжелые шаги: существо сделало пару кругов вокруг валунов и постепенно двинулось прочь.

Цинь Лан не спешил расслабляться, оставаясь в предельном напряжении, пока шаги и омерзительный запах окончательно не улетучились, оставив лишь стук собственного сердца и прерывистый выдох. Выждав еще добрых десять минут, он осторожно высунулся наружу.

Снаружи не было никого – только туман и мертвая тишина. На сырой земле остался лишь огромный уродливый след.

Он без сил сполз по каменной стене, жадно хватая ртом воздух. Облегчение от чудесного спасения мешалось с липким ужасом. Дело было не в банальной потере ориентиров. В этом лесу обитало нечто… нечто нечеловеческое и исполненное чистой злобы.

Ему вспомнились старые предания деда о горных бесах и лесных духах, о древних духах глубоких гор. Рассказы, которые он всегда считал глупыми суевериями, теперь отозвались в сознании жуткой, осязаемой реальностью.

Оставаться на месте нельзя. Нужно найти безопасное убежище и подготовиться к защите.

Превозмогая дикую усталость, Цинь Лан продолжил путь. Теперь он двигался с предельной осторожностью, выверяя каждый шаг. Небо стремительно темнело – близилась ночь.

Когда надежда уже почти угасла, впереди послышались приглушенные голоса. Встрепенувшись, он осторожно пошел на звук. Продравшись сквозь густой подлесок, он замер от неожиданности…

На небольшой поляне стоял разбитый старый автомобиль, врезавшийся в дерево. Капот был смят, лобовое стекло превратилось в паутину трещин. Рядом горел костер, у которого сидели люди.

Двое мужчин и девушка. Средних лет мужчина в помятом деловом костюме с разбитым лбом выглядел крайне взвинченным – позже Цинь Лан узнал, что его зовут Эван. Рядом сидел крепкий парень в клетчатой рубашке, выглядевший довольно вспыльчивым, по имени Крис. Чуть поодаль сжалась испуганная, заплаканная девушка – Фрэнсис. По всему было видно, что они выжили в этой аварии.

Заметив вышедшего из чащи Цинь Лана, все трое вздрогнули от испуга. Крис тут же схватил с земли толстый сук и наставил его на незнакомца.

— Кто там?! Стоять! — Выкрикнул Крис, сорвавшись на фальцет от напряжения.

Цинь Лан остановился и поднял руки, показывая, что безоружен.

— Спокойно, я Цинь Лан, турист. Заблудился, — заговорил он на чистом английском, стараясь звучать как можно дружелюбнее и ровнее. — Я увидел вашу машину… Вам нужна помощь?

Эван окинул его взглядом с ног до головы, задержавшись на охотничьем ноже и профессиональном снаряжении. Напряжение в его глазах чуть спало, но подозрительность никуда не делась.

— Мы попали в аварию. Проклятье, ну и дыра… — он сплюнул на землю. — …Карты бесполезны, связи нет вообще.

Фрэнсис подняла голову и сквозь слезы посмотрела на Цинь Лана. В ее глазах блеснула слабая надежда.

Цинь Лан подошел ближе к костру, тепло которого немного уняло пробирающий до костей озноб. Он вкратце обрисовал свое положение, опустив подробности погони уродливой твари и упомянув лишь, что слышал странные звуки и считает этот лес крайне опасным.

— Опасным? Да ладно! — Крис раздраженно взмахнул своей веткой. — Мы точно врезались в медведя или еще в какую-то хрень, из-за чего и вылетели с дороги! В этой чаще явно кто-то бродит!

— Это был не медведь, — спокойно возразил Цинь Лан. Он достал флягу и сделал глоток. — …Я видел следы. Очень странные следы.

Когда он описал огромный трехпалый отпечаток, у костра воцарилась тишина. На лицах выживших отразилось крайнее замешательство.

— Ты шутишь? — Крис выдавил нервный смешок. — Уродливые следы? Ты что, думаешь, мы в фильме ужасов?

Эван нахмурился, храня молчание. Фрэнсис испуганно обхватила себя руками.

Цинь Лан не стал спорить. Скинув рюкзак, он принялся за дело, которое показалось остальным крайне эксцентричным. Из бокового кармана он достал небольшой мешочек с солью, обычно используемой туристами для восстановления электролитного баланса или обработки ран, и принялся аккуратно рассыпать ее тонкой полосой, очерчивая круг вокруг лагеря.

— Эй! Ты что творишь? — Недовольно крикнул Крис. — Зачем лагерь пачкаешь?

— В некоторых культурах считается, что соль очищает пространство и отгоняет нечисть, — буднично, словно констатируя очевидный факт, объяснил Цинь Лан, даже не подняв головы.

— Нечисть? — Крис так и прыснул со смеху, театрально разведя руками. — Да брось! Дружище, ты что, какой-то колдун с загадочного Востока? Нам сейчас нужно выбираться отсюда или подать сигнал бедствия, а не заниматься этой суеверной чепухой!

Эван тоже скептически скривился, но мешать не стал. Фрэнсис лишь с любопытством наблюдала за происходящим.

Цинь Лан проигнорировал насмешку. Закончив с солью, он отыскал поблизости семь примерно одинаковых камней и разложил их с внутренней стороны соляного кольца в форме созвездия Большой Медведицы. Затем он срезал несколько упругих веток и с помощью паракорда и рыболовной лески соорудил простейшие растяжки на наиболее уязвимых направлениях подступа к лагерю. Эти ловушки не могли убить, но отлично послужили бы сигнализацией или ненадолго задержали бы незваного гостя.

Завершив приготовления, он проверил нефритовый амулет на груди, убедившись, что тот плотно прилегает к телу.

— Готово, — он отряхнул ладони от земли и повернулся к остальным. — Ночью будем дежурить по очереди. При малейшем шорохе будите всех. Не выходите за пределы круга и ни в коем случае не разделяйтесь.

Крис следил за его действиями с растущим сарказмом.

— Ого, как мощно! — Протянул он, издевательски копируя интонации Цинь Лана. — Посыпать солью, разложить камушки, расставить детские ловушки… И ты всерьез думаешь, что это остановит «лесных монстров»?

Эван, глядя на это, тоже со вздохом покачал головой.

— Возможно… возможно, осторожность не повредит, — тихо подала голос Фрэнсис.

— Осторожность? — Крис сорвался на крик. — Да нам сейчас карту изучать надо и думать, как спасаться! А не страдать этой первобытной херней! Похоже, ты просто струсил, Цинь?

Цинь Лан молча смотрел на пляшущие языки пламени, отбрасывавшие неровные тени на его бесстрастное лицо. Даже не взглянув на Криса, он негромко произнес:

— Мои предки выживали в диких землях тысячи лет. И эти «непонятные глупости» не раз спасали им жизни.

В его тихом голосе звучала такая непреклонная уверенность, что Крис на мгновение лишился дара речи. Он лишь обиженно фыркнул и замолчал.

Ночь окончательно поглотила лес, сгустившись до осязаемой черноты. Костер оставался единственным источником света, упрямо борясь с наступающим мраком и выхватывая из темноты четыре встревоженных лица. В неверных отсветах пламени соляной круг и каменная фигура слабо поблескивали. Из глубины чащи изредка доносились непонятные шорохи. Каждый раз Фрэнсис испуганно вздрагивала, Эван напряженно вглядывался в темноту, а Крис крепче сжимал свое импровизированное оружие – толстый сук.

Лишь Цинь Лан сидел неподвижно, скрестив ноги у огня. Охотничий нож лежал на его коленях. С опущенными веками он казался спящим, но на самом деле чутко вслушивался в ночные звуки. В отблесках костра на его груди на мгновение теплым, едва заметным светом блеснула нефритовая подвеска.

Первым дежурить вызвался Эван. Цинь Лан вкратце проинструктировал его, после чего улегся прямо в одежде, заставляя себя уснуть. Ему жизненно необходимо было восстановить силы.

Прошло около часа или двух, когда из темноты по левую сторону от лагеря донесся едва различимый звук – тихий хруст, словно кто-то очень осторожно наступил на ветку.

В ту же секунду Цинь Лан распахнул глаза.

Почти одновременно с ним дежуривший Эван тоже уловил этот звук. Он резко обернулся в сторону шума, и его лицо мгновенно побелело. Он открыл рот, пытаясь закричать, но спазм сковал горло.

Там, во тьме, прямо за соляной чертой, замерли тяжелые, медленно приближавшиеся шаги. И судя по звукам, преследователь был не один.

Ночь только начиналась. И лесной кошмар лишь готовился явить свои клыки.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: идёт перевод

http://tl.rulate.ru/book/205193/25355470