Готовый перевод The Reborn Detective Chooses Wealth and Peace / Перерождённый сыщик выбирает богатство и покой: Глава 38: «Родительское собрание»

Дни бежали один за другим, уносясь прочь, словно вода в реке.

Чжан Чуань постепенно освоился в отделе общественной безопасности и вник во все тонкости работы. Дел хватало – всякая мелочовка, но разгрести ее было вполне реально. Где надо – проводил проверки, где требовалось – наводил порядок; когда нужно – проявлял уважение к авторитетным людям, а когда обстоятельства прижимали – действовал жестко и бескомпромиссно. Вскоре все сомнительные заведения на его территории поняли, что нового начальника отделения вокруг пальца не обведешь, и стали соблюдать правила куда строже, чем раньше.

Некоторые подчиненные в отделении знали, кто именно стоит за компьютерным клубом «Блюберд», поэтому во время патрулирования частенько приглядывали за заведением. Однако Цзо Лай держал свои дела в строгой узде – не то что в районе Циншань, но даже в нескольких клубах в районе Куньду ни разу не возникало никаких проблем. Чжан Чуань еще раньше с глазу на глаз предупредил его:

— Заработаешь ты больше или меньше – дело десятое, главное – не создавай мне проблем. — Цзо Лай все прекрасно понимал, так что в клубах нельзя было встретить ни единого несовершеннолетнего.

На совещаниях в управлении критики в его адрес стало заметно меньше.

Как-то раз начальник управления даже выделил его особо, отметив, что в последнее время районное управление полиции и его отряд общественной безопасности работают на совесть, благодаря чему порядок на вверенной территории заметно улучшился. Чжан Чуань сидел в зале с абсолютно бесстрастным лицом, хотя в душе наконец-то почувствовал облегчение.

И все же расслабляться он не смел.

С таким трудом удалось наладить дела и выбиться в пускай и мелкие, но все же руководители – должность начальника отделения была хоть и скромной ступенью, но все-таки командной. Будет чертовски обидно, если из-за собственной халатности он споткнется и полетит кувырком.

В начале сентября у его младшей сестры Сяосюэ начался учебный год.

Четвертый класс, новый кабинет, новые учителя. Чжан Чуань особо не вникал в школьные дела – уходил рано утром, возвращался поздно ночью и сразу валился с ног от усталости. Зато мать звонила чуть ли не через день и постоянно жаловалась на школу.

Вот и сегодня во второй половине дня раздался очередной звонок.

— Дачуань, выкрои время и сходи к Сяосюэ на родительское собрание, — в голосе матери отчетливо слышалось раздражение. — У меня самой уже нет никаких сил туда идти.

Чжан Чуань слегка растерялся:

— Родительское собрание? Когда?

— В эту пятницу, после обеда, — мать выдержала паузу, а затем принялась изливать душу:

— Нынешние учителя совсем обнаглели. На прошлый Новый год мы им подарки носили, а учебный год только начался – и они опять начали придираться по любому поводу. Скоро День учителя, так они уже чуть ли не открытым текстом вымогают подношения. Ну скажи, разве это не возмутительно?

Чжан Чуань слушал молча, не перебивая.

Мать еще долго ворчала и причитала, но вся ее тирада сводилась к одному: на собрание она не пойдет и отправляет вместо себя Чжан Чуаня.

Повесив трубку, Чжан Чуань лишь беспомощно усмехнулся.

Мир держится на связях и услугах – куда ни ткнись, везде одно и то же.

Пятого сентября, в половину четвертого дня.

Предупредив политрука отделения, Чжан Чуань сел в белую полицейскую «Сантану» и покатил прямиком к школе.

Припарковав машину у ворот, он вышел в полицейской форме. Охранник на входе лишь мазнул по нему взглядом и препятствовать не стал.

Школа ничуть не изменилась: все то же старое учебное здание, на спортивной площадке у школьников шел урок физкультуры. Чжан Чуань поднялся на третий этаж, где учились четвертые классы. В самом конце коридора как раз располагался первый класс.

В кабинете уже сидело множество родителей.

Старые и молодые, мужчины и женщины – здесь были и седовласые бабушки с дедушками, и совсем молодые супружеские пары, и даже несколько парней и девушек, похожих на старших братьев и сестер. Чжан Чуань отыскал парту Сяосюэ – третий ряд у окна, где на столе была наклеена бумажка с ее именем. Он уселся и аккуратно положил фуражку на край стола.

Спустя пару минут все были в сборе.

В класс вошла строгая женщина лет сорока в очках – классный руководитель. Она поднялась на кафедру, обвела взглядом присутствующих родителей и негромко прокашлялась.

— Здравствуйте, уважаемые родители. Я ваш классный руководитель и по совместительству учительница математики. Давайте начнем.

Она взяла список класса и принялась зачитывать имена.

Дойдя до имени «Чжан Сяосюэ», учительница подняла глаза и наткнулась взглядом на Чжан Чуаня – крепкого, статного полицейского, который сидел, выпрямив спину.

Она на секунду замешкалась, согласно кивнула и продолжила перекличку.

Чжан Чуань все понял без слов и никак не отреагировал.

Закончив со списком, классный руководитель перешла к делу. Успеваемость, выполнение домашних заданий, дисциплина на уроках, поведение в классе… Она подробно, пункт за пунктом, разбирала каждую мелочь. Поскольку Сяосюэ училась хорошо, ее имя прозвучало среди лучших, и учительница несколько раз похвалила девочку. Чжан Чуань слушал все это с каменным лицом, хотя на душе у него потеплело.

Собрание затянулось больше чем на час, пока наконец первая часть не подошла к концу.

Следом за кафедру встала учительница английского языка.

Это была женщина лет тридцати с химической завивкой, говорившая скороговоркой. Ее выступление заняло около получаса и сводилось к тому, что английский язык чрезвычайно важен, родители должны строже контролировать детей, заставлять их каждый день слушать аудиозаписи и учить слова. Под эту лекцию Чжан Чуаня клонило в сон, но ему приходилось сохранять на лице выражение предельной сосредоточенности.

Едва учительница английского закончила, в классе поднялся легкий гул. Родители решили, что на этом все, и принялись собирать вещи.

Но тут в кабинет вошла молодая женщина.

Чжан Чуань невольно замер.

На вид ей было от силы года двадцать три или двадцать четыре. Высокая, со стройной, точеной фигурой, она была одета в нежно-голубое платье. Распущенные волосы обрамляли миловидное лицо с тонкими, изящными чертами без какого-либо броского макияжа. Когда она шла к трибуне, взгляды нескольких мужчин-родителей невольно потянулись вслед за ней.

«С такой внешностью и фигурой ей бы на подиуме блистать, – подумал Чжан Чуань. – …И как ее занесло в учительницы?»

Молодая учительница встала перед классом. Она заметно волновалась, но когда заговорила, ее голос оказался удивительно приятным – мягким, нежным, но при этом уверенным и четким.

— Здравствуйте, уважаемые родители. Я ваша новая учительница литературы, моя фамилия Линь. В этом году я окончила университет и получила распределение в вашу школу. Отныне я буду вести уроки литературы у ваших детей и очень надеюсь на ваше понимание и поддержку.

Она принялась подробно рассказывать о ситуации с каждым учеником.

Послушав ее немного, Чжан Чуань постепенно отбросил свои скептические мысли.

Девушка оказалась не просто красавицей – свое дело она знала отлично. Она четко помнила, кто из детей пишет сочинения с душой, у кого хромает почерк, кто постоянно витает в облаках на уроках, а кто, напротив, всегда активно тянет руку. Ее анализ учебного процесса был глубоким и логичным, а советы родителям – на редкость дельными.

Сидящие в классе родители согласно кивали, а некоторые даже достали блокноты и принялись записывать за ней.

Дойдя до отличников, учительница Линь мягко улыбнулась:

— Такие ребята, как Чжан Сяосюэ, Ван Хаожань и Ли Сысы, всегда очень внимательны на уроках и прилежно выполняют домашние задания. Мне бы хотелось, чтобы остальные ребята тянулись за ними.

С этими словами она обвела взглядом класс.

— Присутствует ли сегодня кто-нибудь из родителей Чжан Сяосюэ?

Чжан Чуань поднял руку.

Взгляд учительницы Линь остановился на нем, и она на мгновение осеклась.

Перед ней сидел молодой полицейский в безупречно отглаженной форме, держась прямо и с достоинством. Его волевое лицо с резкими чертами выдавало легкую усталость, но взгляд оставался цепким и живым. Сейчас он смотрел прямо на нее – спокойно, почти без эмоций.

Щеки учительницы Линь слегка порозовели. Она быстро отвела взгляд и поспешила продолжить выступление.

Чжан Чуань не придал этому значения, лишь мысленно отметив, что новая учительница относится к своей работе крайне ответственно.

Когда собрание наконец завершилось, родители потянулись к выходу.

Чжан Чуань не стал уходить со всеми, а направился прямиком в кабинет классного руководителя.

Учительницу математики звали Лю. Ей было за сорок, и по ее цепкому взгляду сквозь очки сразу угадывался колоссальный жизненный опыт. Стоило Чжан Чуаню переступить порог, как ее лицо мгновенно расплылось в широчайшей, невероятно радушной улыбке.

— Ой, здравствуйте! Вы же брат Чжан Сяосюэ! Проходите, пожалуйста, присаживайтесь!

Чжан Чуань присел, обменялся с ней дежурными вежливыми фразами и поинтересовался успехами сестры.

Учительница Лю рассыпалась в похвалах: Сяосюэ и умница, и прилежная, и дисциплину не нарушает, и с ребятами ладит – прямо не ребенок, а золото. Чжан Чуань слушал ее словоизлияния, прекрасно понимая, что добрая половина этих восторгов – обычная лесть, но все равно вежливо улыбался и кивал.

Поговорив еще немного, учительница Лю сама предложила:

— Господин Чжан, давайте обменяемся телефонами, чтобы в случае чего мы могли быстро связаться.

Чжан Чуань достал мобильный и продиктовал свой номер.

Записав его, учительница Лю продиктовала ему свой.

Когда он уже уходил, она проводила его до самых дверей, продолжая сиять от вежливости:

— Если возникнут любые вопросы – звоните мне в любое время!

Чжан Чуань кивнул и направился к выходу.

В коридоре он столкнулся с учительницей Линь.

Она как раз выходила из класса, прижимая к груди стопку тетрадей. Увидев его, девушка невольно замедлила шаг.

— Здравствуйте. Вы ведь брат Чжан Сяосюэ? — Она улыбнулась, держась немного скованно. — У Сяосюэ отличные успехи по литературе, ее сочинения написаны очень живо и талантливо.

Чжан Чуань согласно кивнул:

— Спасибо вам, учительница Линь. Спасибо за ваши труды.

— Что вы, это моя работа, — она слегка склонила голову и вежливо отступила в сторону, освобождая дорогу. — Всего вам доброго.

Чжан Чуань не стал затягивать разговор и спустился по лестнице.

Выйдя за школьные ворота, он невольно обернулся.

Лучи заходящего солнца золотили фасад школы, весело отражаясь в стеклах окон. На галерее третьего этажа на мгновение мелькнул знакомый голубой силуэт и тут же скрылся за поворотом.

Он сел в патрульную машину и завел двигатель.

Всю дорогу до отделения он размышлял о прошедшем дне.

Радушие учительницы Лю было шито белыми нитками – все дело исключительно в его полицейской форме. Приди сегодня на собрание обычный работяга, она наверняка разговаривала бы совсем по-другому. Зато теперь у них есть контакты друг друга – значит, Сяосюэ в школе точно не обидят и будут уделять ей чуть больше внимания.

Вся жизнь построена на таких мелких услугах и связях, тут уж ничего не поделаешь.

Вспомнились ему и слова матери про подарки учителям. На Новый год носили подношение, теперь вот близится День учителя – очевидно, любезность учительницы Лю во многом объяснялась именно этим. Раз подарки приняты, приходится держать марку и быть вежливой.

У Чжан Чуаня это не вызывало ни особого отторжения, ни одобрения.

Просто суровая проза жизни.

Всю следующую неделю Сяосюэ, возвращаясь домой, так и сыпала новостями.

— Братик, а учительница сегодня похвалила мое сочинение перед всем классом!

— Братик, а учительница Линь назначила меня старостой по литературе!

— Братик, а учительница Лю сегодня подарила мне красивую наклейку за отличную работу!

Чжан Чуань с улыбкой поддакивал сестре и ласково гладил ее по голове.

Он прекрасно понимал, что в этих маленьких детских радостях есть и его заслуга – помогли его форма, оставленный номер телефона и визит на родительское собрание. Но разуверять сестру не стал, лишь мягко напутствовал ее учиться еще усерднее.

Как-то вечером Сяосюэ, склонившись над столом с домашним заданием, вдруг подняла голову и спросила:

— Братик, а правда, что учительница Линь очень красивая?

Чжан Чуань даже опешил от неожиданности:

— Что?

— Да у нас в классе все ребята только об этом и говорят, мол, учительница Линь – настоящая красавица, — Сяосюэ забавно склонила голову набок. — Братик, а тебе она как?

Чжан Чуань легонько щелкнул ее по лбу:

— Уроки делай давай.

Сяосюэ весело захихикала и снова уткнулась в тетрадку.

Чжан Чуань подошел к окну и молча уставился на расстилающуюся за стеклом ночную мглу.

В его памяти вдруг отчетливо всплыл образ: школьная кафедра, нежно-голубое платье и едва заметный румянец на щеках молодой учительницы.

Он тряхнул головой, отгоняя эти мысли прочь.

На следующее утро его снова ждала привычная служба. Проверки компьютерных клубов, гостиниц и караоке-баров, бесконечные бытовые ссоры, пьяные драки, патрулирование улиц…

Жизнь вернулась в свое привычное, размеренное русло.

http://tl.rulate.ru/book/203643/24250137