Готовый перевод Becoming an Eminence in Shadow in the New World (DxD / StrikeTheBlood) / (DxD × Strike the Blood) Становление Владыкой Теней в Новом Мире: Глава 3 «Конец Сада Теней»

Своими глазами наблюдая за тем, как Сид закрывает за собой дверь, Гамма вдруг почувствовала, что ее лицо намокло. Она коснулась его рукой и поняла: это слезы.

Когда она плакала в последний раз?

Должно быть, еще в те времена, когда она жила в глуши – после того как проиграла Дельте.

Гамма прекрасно знала, что обделена талантом к боевым искусствам и физическим нагрузкам. Отрицать очевидное было бессмысленно. И пускай Сид спас ее третьей по счету, даже новобранцы, пришедшие в организацию гораздо позже, уже давно ее превзошли.

Среди Семи Теней она была самой слабой.

Ее даже прозвали Слабой Гаммой.

Бесчисленные поражения раз за разом доказывали эту горькую истину.

Она собиралась посвятить подаренную ей новую жизнь своему спасителю, но в итоге поняла, что ее собственная сила ничего не стоит.

Смехотворно, не правда ли?

Вместо того чтобы продолжать жить в таком позоре, возможно, лучше было бы просто умереть.

Именно тогда, когда ее одолевали подобные мысли, он позвал ее и обучил искусству боя под названием «Мудрость Теней». Она уцепилась за нее, словно утопающий за последний спасительный обломок кораблекрушения, жадно впитывая каждую каплю этих знаний.

Используя переданные им знания, она основала компанию «Мицугоси» в их прежнем мире, чтобы обеспечивать финансирование Сада Теней.

Даже после слияния миров она использовала авторитет Мирового Поля Боя для укрепления репутации компании. Обладая преимуществами как в качестве, так и в цене, «Мицугоси» постепенно начала прибирать к рукам гражданские рынки Нового мира.

Она верила, что благодаря этим достижениям сможет доказать ему свою полезность.

Показать, что она – незаменимый член Семи Теней.

Но чуть более двух месяцев назад ее господин, Шедоу, внезапно созвал всех членов Сада Теней.

Сад, который когда-то существовал во тьме, должен был выйти на свет, в то время как сам он собирался остаться в тени в одиночку.

В тот момент она все поняла.

Их бросили.

И все потому, что их господин был слишком добр.

Если Саду Теней и суждено было явить себя миру, то этот момент подходил как нельзя лучше. Три мира все еще находились в переходном периоде, и каждая фракция тайно прибегала к самым грязным и коварным методам борьбы за кулисами.

Никто бы не стал копаться в том, что случилось в этот переходный период.

Ведь сделать это – значит нажить себе врагов в лице почти всего мира.

Поэтому, даже если бы в такое время из ниоткуда внезапно возникла какая-нибудь второсортная группировка, никто не обратил бы на нее внимания.

«Зрители должны вести себя как зрители».

Как иронично.

В прежнем мире они сами говорили эти слова тем, кто жил на поверхности.

Но теперь, в этом Новом мире, господин вернул эти же самые слова им.

Никто не возразил.

Никто не умолял господина забрать свой приказ назад.

Потому что они были слишком слабы.

Настолько слабы, что ничем не могли ему помочь.

И спорить тут было не о чем.

И незачем было подвергать это сомнению.

В прежнем мире Сад Теней однажды выступил против собственного господина Тени.

Именно тогда господин Тень доказал один простой факт.

При желании он мог бы уничтожить их без малейших усилий.

В тот день гордость Сада Теней была полностью разбита вдребезги.

В родном мире Сад Теней мог на равных сражаться с Культом Диаблоса, тайно правившим миром.

Но в этом Новом мире Сад Теней превратился в обычную второсортную группировку.

Что касается их господина, бога Сада Теней, то даже в Новом мире нашлось бы всего четыре существа, способных сразиться с ним.

Да.

Они лишь тянули его назад.

Их господин являлся одним из сильнейших существ в мире. Никто не мог его одолеть.

Но если враги возьмут в расчет их существование, то даже такой великий воин, как он, может проиграть более слабому противнику.

Если одолеть его напрямую было совершенно невозможно, то врагам оставалось лишь тайно показывать свои когти во тьме. Никто не осмелился бы открыто проявить к нему враждебность.

Однако они сами стали его слабостью.

И теперь враги будут отчаянно нападать на них, чтобы через них добраться до него.

Подобный прецедент уже существовал.

В Мире №1 когда-то бушевала война между демонами, падшими ангелами и ангелами.

Бог фракции ангелов теоретически являлся существом того же уровня, что и их господин.

И все же Четыре Великих Сатаны из фракции демонов утянули его за собой, приведя к взаимному уничтожению.

Возможно, у такого исхода было множество причин.

Но одно было несомненно.

Ангелы стали обузой для своего Бога.

В противном случае, даже если бы тот Бог и ослаб, Четыре Великих Сатаны ни за что не смогли бы увлечь его за собой в могилу.

Хотя на первый взгляд их господин казался холодным и беспощадным, на самом деле он был невероятно добр.

Он никогда не бросил бы их только из-за того, что они слабы.

Он научил их сражаться.

Он вел их сердца за собой.

Их страдания не имели к нему никакого отношения, но он все равно спас их – девочек, отвергнутых собственными семьями и странами, – просто из сострадания.

Чтобы отплатить за эту доброту и отомстить, они и создали Сад Теней.

Большинство участников организации были точно такими же.

Людьми, которых предали собственные семьи и государства после того, как те стали одержимыми.

Но имело ли все это для него хоть какое-то значение?

Нет.

Каждый член Сада Теней верил в одно и то же.

Даже если бы после спасения они решили уйти и отказались воевать с Культом Диаблоса, он все равно продолжил бы борьбу.

Он бы и дальше спасал других девочек, ставших одержимыми, какими когда-то были они сами.

Мог ли Культ Диаблоса одолеть его?

Исключено.

Перед лицом его сокрушительной мощи мир все равно был бы спасен.

Одержимые все так же исцелялись бы и обретали новую жизнь.

Возможно, в глазах их господина противостояние Сада Теней и Культа Диаблоса казалось не более чем игрой.

Но даже будь это всего лишь игрой, в прежнем мире у них хватало сил хотя бы на то, чтобы защитить себя.

Они могли даже на равных сражаться против Культа.

Теперь же у них не осталось сил даже на собственную защиту.

Поэтому то, что их оставили, было вполне закономерно.

Будь их господин злым человеком, все это не имело бы значения.

В конце концов, они бы отлично сгодились на роль пушечного мяса.

Но, к несчастью, их господин был слишком добр.

Он надеялся, что они воспользуются возможностью, возникшей из-за слияния миров, и выйдут на свет.

Вместо того чтобы оставаться во тьме до тех пор, пока Культ Диаблоса не будет повержен.

Он намеревался сразиться с Культом сам.

А также встретить лицом к лицу любую тьму, что могла породить эта новая вселенная.

Один.

— Ню, ты слышала, что только что сказал господин Тень? Если да, пусть отдел разведки сосредоточится на расследовании того, насколько сильно страны нашего мира контролируют транспортные пути и товары.

— Я все отчетливо слышала, госпожа Гамма. Я немедленно сообщу об этом госпоже Зете, чтобы отдел разведки внедрился в эти государства и начал сбор информации.

Сдерживая слезы, Гамма отдавала приказы так, словно ничего не произошло.

Как и ожидал Сид, она мгновенно поняла смысл его прощальных слов.

«Гамма, хорошенько подумай над тем, что я говорил тебе раньше».

Эта фраза означала, что в ее недавнем отчете действительно крылась ошибка, а ответ скрывался в тех знаниях, которые он передал ей в прошлом.

Он всегда учил ее именно так. Вместо того чтобы давать готовые ответы, он предпочитал оставлять подсказки, позволяя им во всем разобраться самостоятельно. Разумеется, они могли бы и вовсе проигнорировать этот совет. Если бы ситуация дошла до критической точки, Сид явился бы в облике Шедоу и спас положение. Но если бы дело приняло подобный оборот, это означало бы лишь то, что они его разочаровали.

Она быстро прокрутила в голове все, что Сид говорил ей когда-то, а затем открыла глаза.

«Если все идет слишком гладко, остановись и оглянись назад. Иначе как ты можешь быть уверена, что твое так называемое успешное продвижение – не чужой спланированный замысел?»

Тщательно все обдумав, она осознала, что принимала нейтралитет компании «Мицугоси» как нечто само собой разумеющееся.

В прежнем мире «Мицугоси» могла управлять мировой экономикой и выпускать собственную валюту лишь потому, что каждое государство нуждалось в ней для поддержания товарооборота и экономического роста. Именно поэтому сохранение нейтралитета было для них лучшим решением – и именно поэтому они могли оставаться только нейтральной стороной.

После слияния миров «Мицугоси», используя свои уникальные преимущества, начала превращаться в экономического гиганта Нового мира. Оставалось лишь открыто заявить о своей нейтральной позиции и завоевать доверие сил из двух других миров.

Но проблема заключалась в следующем. Хотели ли государства их прежнего мира, чтобы нейтралитет «Мицугоси» распространялся лишь на страны их родной вселенной или же на все три мира разом?

Ответ был очевиден.

Она взяла за основу нейтралитет, который «Мицугоси» выторговала путем компромиссов с державами прежнего мира, и слепо поверила, что в Новом мире все сработает точно так же.

Но она упустила из виду самое важное: согласятся ли с этим решением другие страны?

Она не сомневалась, что правительства некоторых государств уже предприняли ряд коварных шагов против компании «Мицугоси». Они явно готовились вонзить нож в спину в тот самый момент, когда компания провозгласит нейтралитет, чтобы силой затащить ее в свой лагерь.

Вероятность полного уничтожения «Мицугоси» хоть и существовала, но была слишком ничтожной.

Без «Мицугоси» взаимное недоверие между странами привело бы к мгновенному краху уже выстроенной экономической системы. К тому же как тогда они смогли бы противостоять экономической экспансии со стороны двух других миров?

Если бы она вовремя этого не поняла, подобные грязные уловки действительно могли бы сработать.

И когда «Мицугоси» лишилась бы своего нейтрального статуса, как бы сильно она ни злилась, она уже не смогла бы выступить против стран, находящихся с ней в одной лодке.

Но теперь, когда карты раскрыты, все становилось предельно просто.

Найти мины замедленного действия, которые успели заложить другие государства, а затем обезвредить их.

Или даже нанести ответный удар.

«Все, что я могу сделать, – это убрать тьму с твоего пути к свету. А теперь, Гамма, хорошенько подумай над тем, что я говорил тебе раньше».

Вернее, все совсем не так.

Он их не бросал.

Он хотел лишь отдавать, никогда ничего не требуя взамен.

Он по-прежнему видел в них беззащитных детей, нуждающихся в спасении.

И только они сами считали себя брошенными.

http://tl.rulate.ru/book/203320/24092797