Готовый перевод Journey to the West: Hiding Inside Monkey Bro’s Body — the Gods and Buddhas Across the Heavens Panic / Путешествие на Запад: затаился в теле братца Обезьяны — и все небесные боги с буддами запаниковали: Глава 10: У магических и божественных техник есть предел, а Библиотечный павильон — вот истинный путь!

На следующее утро, когда горный туман еще не рассеялся, Сунь Укун, вооружившись метлой, быстро вымел опавшие листья во дворе. Не прошло и часа, как утренняя работа была закончена. Отряхнув руки от пыли, он направился к заднему склону горы. Миновав бамбуковую рощу, он увидел старинный трехэтажный деревянный дом. На вывеске было выведено три крупных иероглифа: «Библиотечный павильон».

Здесь не было защитных барьеров, массивов и даже сторожа-послушника. Ученики пещеры Косых Лун знали, что этот павильон завален книгами всех сортов: здесь были и даосские каноны, и буддийские сутры, и классическая литература, и даже путевые заметки обычных людей. Но здесь не было главного: техник дыхания и секретных магических искусств. Только техник дыхания и секретных магических искусств здесь и не было! Для тех, кто мечтал только о могуществе, чтение здесь казалось пустой тратой времени.

Толкнув дверь и войдя внутрь, Укун вдохнул аромат старой бумаги. Он наугад вытянул бамбуковый свиток, сел прямо на пол и принялся усердно разбирать слово за словом.

В это же время Патриарх Пути медленно открыл глаза. Его взгляд пронзил нефритовые стены и точно лег на золотистую фигуру, сидевшую на первом этаже павильона, поглощенную чтением. Глядя на то, как обезьяна с золотистой шерстью с интересом изучает обычный даосский канон, Патриарх позволил себе едва заметную улыбку.

— Глупыш, — тихо проронил он, и звук отозвался в тишине комнаты. — Стоишь у горы сокровищ и просишь милостыню. Среди всех учеников только эта мартышка оказалась прозорливой.

Патриарх снова закрыл глаза, перестав обращать внимание на обезьяну, пусть та копается в море книг.

Наступила глубокая ночь, лунный свет был подобен воде. Сунь Укун запер дверь изнутри и сел в позу лотоса.

— Старший брат, я вернулся, — позвал он в сознании, в голосе сквозило легкое недоумение.

— Читал весь день, как ощущения? — раздался спокойный голос Ли Чэня.

— Слова я все знаю, но смысла не понимаю, — Сунь Укун почесал щеку. — Я пролистал десяток свитков — сплошные рассуждения о карме, инь и ян, да описания гор и рек. Никаких техник дыхания, никаких магических искусств, даже упражнений для закалки тела нет. Старший брат, неужели от этой макулатуры есть толк?

Ли Чэнь не стал отвечать прямо, а вместо этого задал встречный вопрос:

— Укун, как ты думаешь, Патриарх Пути — человек праздный?

— Конечно, нет! Учитель — великий небожитель!

— Раз так, зачем ему строить на территории додзё бесполезный Библиотечный павильон? Почему он позволяет этим книгам собирать пыль, не устанавливая никаких ограничений?

Сунь Укун замер.

— В постижении Дао важна не только магическая сила, но и состояние ума, и широта взглядов, — продолжил наставления Ли Чэнь. — Если нет силы, ее можно развить со временем. Но если нет базы, даже изучив магию, ты останешься лишь дикой обезьяной, показывающей фокусы, и никогда не увидишь закономерностей работы этого мира. Магические искусства — это «инструмент», у них есть предел. То, что в Библиотечном павильоне, — это «Дао»! Вбей себе в голову основы мироздания, и когда начнешь изучать любую магию, сразу поймешь ее суть — десять тысяч путей сойдутся в одном! Патриарх оставил книги там, чтобы отсеять тех, кто действительно достоин постижения Дао!

Глаза Сунь Укуна ярко вспыхнули, его сомнения развеялись как дым.

— Старший брат, я понял! Учитель испытывает нас!

— Хорошо, что понял, — равнодушно отозвался Ли Чэнь. — Успокойся и продолжай читать. Каждую книгу, каждое слово вбивай в память. Не важно, если сначала не поймешь, — просто запомни. Однажды придет день, и эти знания сослужат тебе великую службу.

— Слушаюсь! Завтра продолжу!

С этого дня в горах Фанцунь появилась неизменная примета: Сунь Укун после утренних дел нырял в Библиотечный павильон и не выходил до самого вечернего колокола. День, два. Месяц, два. Сначала остальные ученики думали, что обезьяна просто новичок, и это у него временное увлечение. Но спустя полгода стало понятно, что это не так.

Однажды утром, закончив уборку, Сунь Укун по привычке направился к павильону. Пересекая бамбуковую рощу, он столкнулся с несколькими старшими братьями. Угуан, несший деревянный меч, нахмурился, увидев Укуна:

— Младший брат Укун, опять в павильон? — в его голосе слышалось досадное разочарование. — Ты каждый день пропадаешь в том ветхом доме, неужели там можно вычитать секрет бессмертия? Путь Дао — это прежде всего магическая сила и могущество! Ты проплыл два океана, чтобы стать здесь обычным грамотеем?

Умин добавил:

— Верно, младший брат Укун. Учитель в прошлый раз рассказывал такие глубокие вещи, мы до сих пор их перевариваем, едва уловили суть. Ты тратишь все время на книги, что ответишь, когда Учитель будет проверять знания? Послушай старших братьев, брось это — садись в медитацию, тренируй ци, вот настоящее дело!

Видя их искреннее беспокойство, Сунь Укун с великим почтением поклонился:

— Благодарю, старшие братья, за наставления! Вашу доброту я сохраню в сердце.

Он поднял голову, улыбаясь своей фирменной простодушной улыбкой:

— Но я ведь дикая обезьяна, познания мои слишком скудны. Учитель говорит о столь глубоких вещах, что мой скудный ум их не берет. Я подумал, может, листая эти книги, наберусь ума и когда-нибудь сам пойму смысл того, что говорил Учитель. А по поводу лекций — я каждую ночь у себя в комнате усердно размышляю над ними, не смею пренебрегать.

Видя такое искреннее рвение, братья переглянулись и вздохнули:

— Ладно, если ты так решил, мы не станем настаивать. Смотри сам.

Они вздохнули и ушли. Проводив их взглядом, Сунь Укун свернул улыбку и, не оглядываясь, шагнул в павильон.

В горах время течет незаметно. Персики за стенами пещеры расцветали и опадали. В один миг пролетело более десяти лет! За эти годы Патриарх Пути больше не открывал лекций. Ученики Фанцуня закрылись в уединении, безуспешно пытаясь постичь отголоски прежних проповедей, а Сунь Укун, словно губка, которая никогда не насытится, был прикован к Библиотечному павильону.

За эти десять с лишним лет он впитал в себя содержание всех десяти тысяч томов. Теперь, даже просто сидя в позе лотоса, его дыхание было в согласии с инь и ян, а пролетающие мимо птицы невольно опускались на его плечи. Этот запас теоретических знаний давно превзошел базу девяноста девяти процентов небожителей-отшельников!

Но стоило книгам закончиться, как возникли новые проблемы. Укун вернулся в комнату и сел в позе лотоса.

— Старший брат, я прочел все, — позвал он.

— Как ощущения? — спросил Ли Чэнь.

— Во многих местах я все еще не могу прорваться. Словно между мной и тайной канонов — невидимая завеса, которую никак не проткнуть.

Глядишь на горы — видишь горы, глядишь на воду — видишь воду. Чем больше читаешь, тем больше вопросов. К примеру, в даосских канонах говорится: «Дао следует природе», а в буддийских свитках твердят об «определенности кармы». Когда они сталкиваются, кому верить? Бесчисленные вопросы сплетались в его голове, образуя плотную сеть, сковывающую сознание.

Ли Чэнь, выслушав его, не обеспокоился, а рассмеялся:

— Это «завеса разума». Ты за десять лет попытался вместить опыт богов и будд, накопленный за миллионы лет — нет ничего странного в том, что у тебя «несварение». Когда ты упорядочишь эти разрозненные знания и свяжешь их воедино, настанет момент твоего полного перерождения.

Сунь Укун горько улыбнулся:

— Старший брат, тогда как мне их упорядочить?

Ли Чэнь немного помолчал, а потом вдруг рассмеялся:

— Жди.

— Кого ждать? — Сунь Укун в недоумении почесал затылок.

— Того, кто действительно достоин пролить свет на твои сомнения.

http://tl.rulate.ru/book/202835/24240021