Готовый перевод Great Qin: Ninth Prince’s Cheat System Dominates the Empire / Девятый принц Циня — система пафоса ломает историю: Глава 1

— Ху…!

Утренний туман над дворцом Сяньян ещё не развеялся, а сотни гражданских и военных чиновников уже почтительно склонились в зале, выражая верность Цинь Шихуанди — Ин Чжэну. Однако в тишине, наступившей после приветственных возгласов, особенно резко и режуще прозвучал звук зевка.

Все обернулись на звук. Перед ними стоял красивый юноша, прикрывающий рот рукой и лениво зевающий, словно ещё не до конца проснулся. При виде этой картины придворные невольно усмехнулись. Этим юношей был девятый принц, Ин Цзые, известный своим дурным нравом. Среди всех принцев и принцесс его считали самым никчёмным, и даже ходили слухи, что он едва знает несколько иероглифов.

Чтобы воспитать этого строптивого отпрыска, Ин Чжэн специально нанял ему десять учёных наставников, но все они, не выдержав его характера, один за другим ушли в отставку по болезни или сошли с ума. Тогда Первый император велел ему учиться верховой стрельбе и боевым искусствам, но и здесь он не добился успеха, разве что превратил слуг в своём поместье в настоящих хулиганов. Сегодня то, что Ин Цзые всего лишь зевнул на утреннем заседании, а не откровенно задремал, уже можно было счесть неплохим поведением.

— Хм!

Ин Чжэн, увидев, что его сын в такой ответственный момент зевает, в душе разгневался. Хотя он был недоволен, но, помня об отцовских чувствах, не стал наказывать его на месте. Однако больше всего императора тревожило то, что даже наказание не изменит сущности этого никчёмного сына.

— Сегодняшнее дворцовое совещание начнём с обсуждения государственных дел, — обведя взглядом сановников, глубокомысленно произнёс Ин Чжэн.

Но едва он договорил, как его сотряс сильный кашель. Оказалось, это внезапное решение провести совещание было не минутной прихотью — в последние дни его здоровье ухудшалось, и он чувствовал, что жить ему осталось недолго. Поэтому он спешил проверить способности всех принцев и как можно скорее определить наследника.

Однако тот евнух, что передавал указ, зачем-то призвал на заседание и этого никчёмного сына — только себе на беду. Видимо, сегодня снова выйдет посмешище.

— Древние вставали слишком рано!

— Спать хочется до смерти!

Ин Цзые, словно никого не замечая, снова зевнул, с досадой подумав про себя. Попав в эту эпоху, он сначала хотел как следует отдохнуть, но его подняли чуть свет и притащили на заседание. К тому же он смутно чувствовал, что здоровье отца неважно и тот долго не протянет. Когда отец умрёт, Чжао Гао, скорее всего, посадит на трон Ху Хая, и тогда всем остальным принцам и принцессам будет грозить смертельная опасность — и ему самому тоже не сносить головы.

— Надо придумать, как спасти свою шкуру! — после двух зевков подряд Ин Цзые лихорадочно соображал. Пока что он был почти незаметен в этой ситуации, и даже если его вызывали во дворец, редко обращали на него внимание. Шансов стать наследником практически не было, но он понимал, что нужно действовать быстро.

В этот момент в ушах раздался системный сигнал: [Писк! Система «Показуха и пощёчина» активирована!]

[Идёт привязка системы, подождите…]

[Система успешно привязана к носителю!]

Следом в его сознании прозвучал механический голос: [Описание системы: каждый раз, когда носитель успешно устраивает показуху и даёт пощёчину, он автоматически получает одну попытку в лотерее.]

Он как раз размышлял, как выйти из затруднительного положения, когда в ушах раздался этот незнакомый голос — и вмиг взбодрил его.

«Неужели это та самая золотая жила? С этой штукой мне не страшен никакой Ху Хай!»

Тут же голос снова зазвучал в голове: [Система обнаружила текущую обстановку и выдаёт список заданий…]

И перед мысленным взором всплыли три заманчивых варианта:

— [Вариант 1: Публично выдвинуть обвинение против Фу Су и выставить его в неловком свете. Награда: Навык каллиграфии максимального уровня, все знания древности и современности, полный комплект знаний по книгопечатанию и бумагоделанию, а также тысяча листов бумаги сюань.]

— [Вариант 2: Разоблачить и публично унизить Ху Хая. Награда: обширные земли для посадки батата, кукурузы, картофеля, хлопка и перца, причём эти культуры могут мгновенно созреть на твоём наделе.]

— [Вариант 3: Прямо указать на ошибки Цинь Шихуанди в решениях и заслужить всеобщее одобрение. Награда: Владение мечом максимального уровня, Верховая стрельба максимального уровня и Сила гегемона (увеличение боевой мощи на 1000)!]

Вновь услышав объяснения системы, Ин Цзые уже погрузился в созерцание открывшихся возможностей. Награды за эти три варианта были до того соблазнительны, что сердце забилось от волнения.

«Только дети выбирают что-то одно — я возьму всё!»

Раз уж не сказано, что можно выбрать лишь один, зачем мучиться? Просто взять и заграбастать всё сразу!

Не колеблясь, Ин Цзые выбрал все три пункта.

[Писк!] — отозвалась система. — [Просим носителя завершить все выбранные задания в течение двух шичэней.] В случае просрочки [эта функция будет навсегда заблокирована!] — это было предупреждение и одновременно ограничение системы.

Тем временем Ин Чжэн, восседавший на драконьем троне, с серьёзным видом объявил правила экзамена:

— Сегодняшнее обсуждение будет посвящено откровенному обмену мнениями о пороках текущей политики. — Император продолжил: — Не говорите льстивых речей. Я желаю слышать только критику, указывайте на недостатки нашей Циньской династии!

Едва он умолк, принцы переглянулись в испуге — очевидно, никто не ожидал, что первым дворцовым испытанием станет разоблачение недостатков собственного дома.

Особенно Ху Хай: холодный пот градом катился по его лицу. Он знал, что они со старшим братом Фу Су — самые вероятные кандидаты на престол, но сейчас ситуация грозила выставить их в самом невыгодном свете.

С одной стороны, критика политики — это косвенное сомнение в правлении отца; с другой — обвинение чиновников означает нажить врагов, лишиться поддержки сановников и ещё больше отдалиться от трона.

Пока он растерянно озирался, взгляд невольно упал на Чжао Гао, ища у того помощи, но Чжао Гао демонстративно проигнорировал его. От этого Ху Хай запаниковал ещё сильнее, не зная, какой выбор сделать, чтобы не навредить своему будущему.

В этот момент Ин Чжэн мягко окликнул старшего сына:

— Фу Су, начинай с тебя!

— Слушаюсь, отец! — отозвался Фу Су.

Фу Су почтительно поклонился восседавшему на троне Ин Чжэну и спокойно принял повеление.

Видя, что старший брат не выказывает ни малейшего волнения, Ху Хай заинтересовался.

«Что же ответит этот старший братец?» — подумал про себя Ху Хай.

Тем временем чиновники, поддерживавшие Фу Су, в душе трепетали, переживая за него.

Вопрос, заданный Цинь Шихуанди, был подобен неразрешимой загадке: ответишь плохо — в лучшем случае лишишься положения наследника, в худшем — поплатишься жизнью!

В этот миг атмосфера в зале накалилась до предела, воздух, казалось, застыл.

— Хотя государство Цинь сейчас могущественно как никогда, силы, противящиеся Цинь, чрезвычайно активны!

— По моему мнению, следует проводить политику человеколюбия и умиротворения Поднебесной, чтобы успокоить народ!

— Если народ сможет жить спокойно, то и сила сопротивления исчезнет сама собой!

— Кроме того, война с сюнну и строительство Великой стены почти опустошили казну!

— Вдобавок триста тысяч солдат отправлены в поход на байюэ в Линнань — это огромные расходы!

— Когда казна опустеет, неизбежно возрастут налоги на народ!

— Такое бремя лишь усилит давление на простых людей!

— Поэтому я предлагаю приостановить военные действия в Линнане, сначала восстановить силы государства, а уж потом, когда казна окрепнет, снова выступать в поход.

На дворцовом заседании Фу Су бойко перечислил все текущие проблемы государства.

Эти вопросы давно тяготили его, и сегодня, когда император велел говорить прямо, настал удобный момент.

Честный Фу Су, следуя воле Ин Чжэна, без утайки высказал некоторые замеченные им недостатки правления.

Но он, казалось, не замечал, что гражданские и военные чины внизу уже начали тревожиться за него.

В конце концов, у Цинь Шихуанди были далеко идущие планы: он стремился объединить все земли, и такие прямые увещевания вряд ли пришлись бы ему по сердцу.

Если бы он мог их принять, подобные доклады уже давно бы подавались, зачем было ждать до сегодняшнего дня?

— Увы…

Чуньюй Юэ тихо вздохнул и едва заметно покачал головой.

Как глава Императорской академии, он был также видным деятелем конфуцианства.

Обучение Фу Су как раз велось под руководством одного известного конфуцианского наставника, которого он сам и подобрал.

Он вложил в этого юношу много сил и возлагал на него большие надежды.

Но кто бы мог подумать, что этот ученик окажется настолько прямолинейным и сразу же вытащит на свет тёмные стороны политики?

Разве это не значит задеть чувствительную струну императора?

Не только он — Мэн И, Ван Вань и другие тоже невольно покачали головами.

Первый император был твёрдым сторонником активных действий и терпеть не мог подобные пассивные предложения.

И вот старший принц, не ведая, что творит, выдвигает политику передышки — ясно, что это не вызовет одобрения.

Такое предложение, скорее всего, вызовет у императора лишь отвращение.

Однако, как бы они ни тревожились в душе, ничем помочь не могли — оставалось лишь положиться на судьбу в деле старшего принца.

— Хорошо! Следующий!

Выслушав совет старшего принца, Первый император отреагировал спокойно, без гнева или радости, и лишь сухо приказал продолжать.

Следующие несколько принцев, видя, что Фу Су не получил выговора за указание на недостатки, принялись подражать ему.

Но в основном они повторяли мысли Фу Су: предлагали прекратить строительство Императорского мавзолея и приостановить возведение Дворца Эпан.

На это Ин Чжэн лишь слегка кивал, не выказывая никакой определённой реакции!

Тут один из принцев выступил и сказал:

— Я полагаю, что Байюэ — ключевая земля для объединения царства Цинь, и не только нельзя выводить войска, но и следует усилить армию для быстрой решающей битвы!

— Текущая ситуация сложна, расходы огромны.

— Если удастся быстро завершить войну, это значительно сэкономит казну!

Когда подошла очередь Ху Хая, он вспомнил, что Чжао Гао как-то намекнул ему о планах отца завоевать юг, и тут же, угождая отцу, предложил стратегию усиления армии. Будучи наставником Ху Хая и долгое время находясь рядом с отцом, Чжао Гао явно хорошо знал мысли Ин Чжэна.

Хотя обычно Чжао Гао не особо учил Ху Хая наукам, он научил его, как вести себя на людях и как манипулировать, а также передал ему глубокое понимание характера отца. Кто бы мог подумать, что эти наставления теперь станут ключом к спасению из сложного положения.

— Ммм! — Ин Чжэн одобрительно кивнул, явно удовлетворённый его предложением. Однако вскоре он сменил тему и приготовился объявить следующую повестку дня.

http://tl.rulate.ru/book/202497/23601351