Чжан Ши как раз торговалась с мясником из-за несвежего мяса, брызжа слюной, но, услышав слова Ли Минъяна, ответила:
— Ладно! Мать потом сводит тебя посмотреть.
Но, мельком глянув, она мгновенно залилась краской до корней волос и прямо ухватила Ли Минъяна за ухо.
— Ах ты щенок! Сколько тебе лет? Хорошему не учишься, а всё всякую ерунду подхватываешь. Разве порядочные люди ходят в такое грязное, развратное место?
— Да я тебе рот до крови разобью, если ты ещё пикнешь!
Материнская любовь приходит и уходит быстро.
Только что ещё ласковая Чжан Ши сейчас горела от стыда так, что готова была снять с Ли Минъяна штаны и отлупить его прямо на улице.
В такие места порядочные люди не то что не ходят — даже пройти мимо считается дурной приметой.
Но Ли Минъян сейчас был полон возмущения:
— Почему мне нельзя? Вон дядюшка же может!
— Ты! Ты! Ты…
Чжан Ши поспешно зажала сыну рот, боясь, что он ещё больше опозорит их.
Но, услышав продолжение, она широко раскрыла глаза и в гневе уставилась на Ли Минъяна:
— Не болтай ерунды! Твой дядюшка — учёный муж, он будет сдавать экзамены на должность. Как он может ходить в такое место?
— Мама обманывает! Я только что видел, как дядюшка туда зашёл.
Едва эти слова сорвались с губ, лицо Чжан Ши переменилось.
Она огляделась по сторонам, быстро присела на корточки и, понизив голос, потрясённо спросила:
— Сынок, это не шутка! Если ты врёшь про такое, ты погубишь дядюшку. Ты правда видел?
— Да! Это был дядюшка. Я хорошо разглядел.
На детском, невинном лице Ли Минъяна чётко читалась искренность.
Верно!
Ребёнок ведь не понимает, зачем ему врать?
Но осознав всё, Чжан Ши мгновенно покрылась холодным потом.
Если это правда, то дело серьёзное!
— Пошли домой! Позовём отца и деда!
Чжан Ши, совсем растерявшись, забыла про мясо и, схватив Ли Минъяна за руку, потащила его обратно в деревню.
Вернувшись в деревню.
Чжан Ши сначала велела Ли Минъяну сидеть в доме.
Сама же опрометью бросилась в поле — и не прошло много времени, как Лао Литоу и Ли Баочэн вернулись с мрачными лицами, а лицо Чжан Ши выражало полную растерянность.
— Гоувацзы, я тебя спрашиваю: ты правда видел, как дядюшка зашёл в бордель?
— А что такое «бордель»?
Ли Минъян изобразил полное непонимание.
— Что за чушь ты несёшь ребёнку? — Лао Литоу шлёпнул Ли Баочэна и, набравшись терпения, спросил: — А ты видел дядюшку?
— Видел! Дядюшка зашёл в большой, очень ароматный дом. Я ещё видел, как там много красивых сестричек гуляло. Они такие бедные — одеты совсем легонько, не боятся замёрзнуть…
Глядя на невинное лицо Ли Минъяна, Лао Литоу помрачнел так, что с лица, казалось, вот-вот капнет вода.
— Ах ты скотина! Погоди, я тебе ноги переломаю!
С ревом он схватил дубину и выскочил.
— Отец! Не спеши, иди помедленнее! — Чжан Ши в тревоге пнула Ли Баочэна: — Чего встал столбом? Быстро догоняй, посмотри, что там происходит!
Ли Баочэн бросился следом.
Чжан Ши постояла у дверей в нерешительности, потом глубоко вздохнула и постучалась к соседке, Ван Ши.
Детское выражение на лице Ли Минъяна постепенно рассеялось, уступая место сочувствию.
«Дядюшка, не вини меня. Сам виноват — занял место, а не пользуешься».
Хотя, когда Ли Баочэн и Лао Литоу ушли, Ли Минъян был морально готов.
Но когда он увидел, как дядюшку Ли Баосюэ чуть ли не связанным притащили обратно — рваная одежда, весь избит до неузнаваемости, ни следа от прежней учёной элегантности, — Ли Минъян всё равно невольно ахнул.
«Ну и жёстко!»
Всю дорогу немало любопытных увязались за ними поглазеть.
Но Лао Литоу ни на кого не обращал внимания, завёл Ли Баосюэ в зал и запер дверь.
Шлёп! Шлёп! Шлёп!
Вскоре оттуда снова донеслись вопли, будто резали свинью.
— Отец! Отец… я больше не буду! Прости!
— Заткнись! Я тебя сегодня до смерти забью, будто никогда у меня не было такого паршивца! Шляться по публичным домам? Тебе не стыдно перед семьёй, которая кормила тебя и давала учиться?
— Ты ещё и деньги у семьи врал, а теперь и лица не жалеешь! Да ты, видно, всю учёбу собакам скормил! Не хочешь учиться — в семье найдётся много желающих!
За дверью Ли Минъян навострил уши.
Вдруг подошёл старший брат Ли Минтан:
— Гоувацзы, чего ты тут делаешь, шныряешь как вор!
— Тсс!
Ли Минъян приложил палец к губам и потянул Ли Минтана присоединиться к подслушиванию.
Но тут из комнаты донёсся голос:
— А где Гоувацзы? Позовите Гоувацзы!
Услышав это, Ли Минъян воспрянул духом.
«Дело с моей учёбой — в шляпе!»
http://tl.rulate.ru/book/202139/23706390
Сказал спасибо 1 читатель