Готовый перевод Cat’s Ascension Blocked: System Breaks Heaven’s Rules / Кот тысячу лет прокачивался — система против Небес: Глава 1

1. Пощёчина тому наследнику (I)

Мартовское солнце было обжигающе тёплым, ветерок колыхал форзицию, разнося её пьянящий аромат во все уголки, даря немного нежности и тепла в конце некогда холодного коридора.

Дремавший в инвалидном кресле юноша вдруг чихнул, поднял руку и потёр зудящий кончик носа, сонно открыл слегка затуманенные «персиковые» глаза и лениво зевнул.

Едва юноша проснулся, как услышал звонкий радостный женский голос вперемешку со звуком бегущих шагов из-за спины:

— Фан Ци, ты очнулся? Ноги ещё болят?

Фан Ци — «сдаться», верно, имя было таким прямолинейным. Мо Ли не знал, сколько разочарования и отвращения вложил автор в этого персонажа, раз дал ему такое красноречивое имя.

Девушка в белоснежном платье в мгновение ока подбежала к Мо Ли; её белое платье в длинном узком коридоре больницы колыхалось на весеннем ветру, словно танцуя. Девушка присела на корточки перед юношей, протянула руку и коснулась его колена:

— Фан Ци, ноги стали лучше? Ты так долго не приходил на занятия, одноклассники очень волнуются!

Прикосновение к колену вызвало лёгкий зуд, и Мо Ли едва не рефлекторно не отшвырнул её ногой. Сдержав желание хорошенько вцепиться когтями, Мо Ли слабо улыбнулся:

— Всё в порядке, кости уже срастили, после отдыха поправлюсь.

Ся Жосюэ глаза засияли:

— Правда? Я расскажу одноклассникам, они точно обрадуются!

Нет, не обрадуются. Мо Ли мысленно скривился, но ничего не сказал, позволив героине, которую называли «ангельски тёплой и безупречной», прилететь как ветер и улететь как ветер.

Вот она, героиня этого мира, Ся Жосюэ.

Как он вообще попал в этот странный, порой беспомощный, порой нелепый, с извращённой логикой, так называемый мир школьной любви?

Мо Ли закрыл глаза. Солнце, почти растопившее человека до воды, заставило его инстинктивно захотеть перевернуться, но в последний момент он вспомнил: ах да, сейчас у него только что срастили кости ног, а позади всё ещё медсёстры и изредка проходящие люди; если перевернуться, возможно, завтра вся больница взорвётся.

…

Это был такой же тёплый полдень, как сегодня. Когда Мо Ли лежал на том камне на горе Уиньшань, на котором пролежал почти тысячу лет, в его костях постепенно начала нарастать рвущая сила, боль до того, что шерсть встала дыбом.

Он знал: настало время Трансформации — принятия облика.

Тысяча лет — от империи Сун того мира до XXI века.

Мо Ли, который большую часть времени проводил на горе Уиньшань, но иногда спускался побродить, немного завидовал домашним кошкам, которых почитали как предков, но не мог не презирать — они почти утратили свою суть.

Однако, повидав много радостей и печалей, разлук и встреч, жадности, гнева, радости, Мо Ли искренне завидовал сложному миру людей и всё думал: если однажды приму человеческий облик, обязательно как следует повеселюсь в мире людей.

И вот этот день наконец настал.

Полный ожидания и волнения, Мо Ли, когда Небесные бедствия (Лэйцзе) одно за другим нарастали, постепенно утратил лёгкость, выражение лица становилось мрачным, раны множились, человеческая и кошачья форма хаотично сменяли друг друга, окровавленная шерсть вывернулась наружу. Не только тело — жжение, проникающее прямо в душу, казалось, готово было расколоть его до потери души…

[Дзынь, дорогой хозяин, здравствуйте. Я система 74917, рада служить вам. Обнаружена опасность рассеяния вашей души; если вы свяжетесь с 74917, 74917 может помочь вам избежать опасности. Желаете ли вы связаться?]

В полубессознательном состоянии Мо Ли услышал ледяной, бездушный голос, звучавший то ли у уха, то ли с небес. Боль души делала мысли Мо Ли вязкими; его казавшиеся чёткими слова на деле были едва слышны:

— …Что мне нужно заплатить…

Голос, казалось, стал немного живым, больше не был таким ледяным, но всё ещё оставался строгим:

— Вот как, хозяин. В этом мире много романов; либо по желанию читателей, либо из-за того, что персонажи обретают сознание, постепенно формируются отдельные миры. Но эти миры незрелы, их развитие всё ещё не может вырваться из рамок сюжета романа. Задача хозяина — вселиться в одного из персонажей, сломать сюжет, активировать мир, чтобы он стал настоящим миром, способным развиваться самостоятельно.

— Сломать сюжет… Значит, просто убить главного героя?

— … — Откуда у хозяина такие опасные мысли? Пока мир не сформировался полностью, главный герой всё ещё является опорой мира, или Сыном Судьбы. Если хозяин убьёт главного героя, мир рухнет напрямую.

— Вам нужно активировать мир, а не уничтожить его, хозяин.

Мо Ли слегка разочарован:

— …О, значит… убить нельзя.

74917 посмотрел на его душу, которая выплыла из тела, парила над ним, готовая разбиться, и его первоначально спокойный тон внезапно стал торопливым:

— Хо-хозяин! Обнаружено, что душа хозяина скоро рассеется! Желаете ли вы связаться с системой 74917!?

— Связь-связь… Я не… тороплюсь, чего ты паникуешь…

— Это слишком беззаботно, — 74917 взмок от пота. — [Дзынь, хозяин Мо Ли подтвердил связь. Связь успешна.]

Мо Ли почувствовал, как раздирающая боль в душе, почти доведшая до онемения, мгновенно исчезла без следа; сила тела сразу вернулась. Он поднял лапу в пустоту перед собой:

— Ого, неплохо, 71947.

74917 на мгновение замолчал:

— Хозяин, это не 71947, а 74917. Кроме того, хозяин, вы сейчас в пространстве системы, а 74917 в вашем море сознания. Вам не нужно туда смотреть или говорить вслух, можно общаться мысленно!

Мо Ли беззаботно махнул хвостом и заговорил в море сознания:

— Семёрки эти, я и так с трудом запоминаю отдельные цифры, ты ещё надеешься, что я запомню порядок? Раз уж я связался с тобой, то уж точно буду с тобой общаться. Давай я тебе сменю имя?

74917 не отказался:

— Можно, у хозяина есть права давать системе имя!

Мо Ли почувствовал скрытое волнение и фыркнул:

— Эй, а ты не притворная холодность?

— …

На самом деле я по-настоящему высокая и холодная, высокая и холодная, но не лишённая таинственности, таинственная, но не лишённая элегантности, элегантная, но не лишённая достоинства, достоинства… (здесь опущено десять тысяч слов)

— Зови меня Сяо Хуа.

Что? Сяо Хуа!?

Одной фразой прервал все самолюбование 74917:

— Хо-хозяин, может, вы ещё подумаете? 74917 считает, что такие имена, как Ао Тянь, Люэ Тянь, неплохи…

Мо Ли дёрнул усами:

— Ты перечитал романов? Почему бы тебе не назваться Тонг По Тянь (Пробивающий Небо)?

Эта система точно внутренний приколист.

74917 не удержался от гордости:

— Естественно. Сказать, что 74917 начитан, не будет преувеличением. Я побывал в бесчисленных мирах романов…

— Тогда почему ты ещё такой слабоумный? — спокойно прервал его Мо Ли. — Хватит, Цици, так и решено. Иначе снова будешь Сяо Хуа.

74917 с трудом принял это имя:

— …Ладно, Цици. Система Цици готова служить хозяину. Хозяин, желаете отправиться…

— Погоди, — Мо Ли встал, его синие зрачки, казалось, пронзили пространство системы и устремились к грозному небу, в его глазах отразилась глубина и непонятные эмоции. — Сколько я практикую, хотя на горе Уиньшань и ходили слухи о «южном демоническом коте», я никогда не причинял вреда людям и не лишал жизни. Почему же Небесный Дао не позволяет мне трансформироваться и даже хочет моей смерти?

Цици на мгновение замолчал, голос неуверенный:

— …Хозяин, Цици скажет, но вы не злитесь.

— Говори.

— Да, хозяин. Вы не знаете: мир, в котором вы находитесь, хотя и выше уровнем, чем миры романов, не является истинным миром. А в законах этого мира… после основания государства превращаться в духов запрещено.

После основания государства превращаться в духов запрещено.

Мо Ли никак не ожидал, что именно такая нелепая причина заставила Небесный Дао хотеть его убить.

Тысяча лет практики, много династий повидал, а трансформация пришлась как раз на XXI век. Я виноват!?

Ну и что с того, что я хочу стать духом!

Когти сверкнули холодным светом, мощная лапа, казалось, вот-вот разорвёт пустоту в неизвестном направлении. Цици в панике закричал в сознании:

— Хозяин! Хозяин, успокойтесь! Пространство системы нельзя повредить! Цици, Цици отправит хозяина в другой мир, хорошо? Там хозяин сможет не только стать человеком, но и веселиться как угодно!

Холодный свет мгновенно исчез. Мо Ли медленно облизал коготки:

— О? Веселиться как угодно?

— …

Почему такое ощущение, что что-то не так? Может, хозяин меня обманул? Точно, иллюзия! Хозяин такой милый и очаровательный, как он может обманывать такую невинную и заботливую систему?

Цици силой разогнал хаотические догадки:

— …Хозяин, желаете отправиться в первый мир? Первый мир — обучающий мир для новичков, сюжет мирный, практически без опасностей. Хозяин впервые превращается в человека, можно сначала адаптироваться.

— Обучающий мир? Кстати, я всё хотел спросить: что считается нарушением сюжета? Достаточно быть немного другим? Или нужно разлучить главного героя и героиню, изменить основной сюжет?

Цици объяснил:

— Разные миры требуют разной энергии активации, от малой до большой. Возможно, некоторые можно изменить частично, а некоторым нужно полностью изменить до неузнаваемости. Но, как только мир достигнет способности к саморазвитию, Цици отправит хозяину уведомление об успешной активации.

Мо Ли скривился:

— Это слишком капризно.

Приходится разбираться на ощупь. Прямо дух «когда придёт корабль, он сам выпрямится, а мула или лошадь выводи на прогулку»!

Цици снова спросил:

— Желаете ли отправиться в первый мир?

— Отправляю.

…………

— Молодой господин Фан Ци, время для капельницы, я отвезу вас обратно в палату? — мягкий голос медсестры прервал медитацию Мо Ли с закрытыми глазами.

Мо Ли открыл глаза:

— Хорошо, благодарю за труды.

Медсестра медленно толкала коляску обратно, вспомнив ту девушку в белом платье, и с улыбкой сказала:

— Молодой господин Фан, а та девушка — ваша девушка? Она эти дни каждый день навещает вас!

Мо Ли слегка покачал головой, с несколько печальным видом:

— Нет. Она просто моя одноклассница.

2. Пощёчина тому наследнику (II)

Как и говорил Цици, это был мир, сосредоточенный на школьной любви. А та самая Ся Жосюэ и была героиней этого мира.

Героиня Ся Жосюэ происходила из простой семьи и благодаря своим усилиям поступила в единственную в городе J аристократическую школу. По-настоящему клишированное и очевидное начало истории.

Из-за своего скромного происхождения Ся Жосюэ терпела презрение и насмешки со стороны аристократов. Но наивная, добрая, сильная и уверенная героиня разве могла впасть в уныние? Она по-прежнему оставалась оптимистичной и жизнерадостной, встречала людей, презиравших её, своей чистотой и добротой, никогда не склонялась перед теми, кто был знатного происхождения.

Такая необычная героиня, естественно, привлекла внимание главного героя. Главный герой Шангуань Цзюэ — да, такое очевидно главное имя, — был единственным отпрыском самого большого клана Шангуань в городе J. Он вырос в поклонении; даже поступив в школу, он всё равно был окружён почётом от детей знатных семей, которых наставляли семьи всячески заводить с ним дружбу.

Не только из-за происхождения: у Шангуань Цзюэ было лицо, способное свести с ума бесчисленных девушек. Поэтому в школе он, несомненно, был самой главной знаменитостью.

Однако эта знаменитость наткнулся на препятствие в лице Ся Жосюэ. Героиня не восхищалась им из-за его происхождения и не бежала за ним из-за его внешности, наоборот, за его дурное поведение она называла его изнеженным повесой.

Разгневанный главный герой, наоборот, заинтересовался, раз за разом ставил ей палки в колёса, создавал мелкие неприятности. В бесконечных взаимных препирательствах он незаметно для себя оказался привлечён героиней, и первоначальные нападки постепенно изменили свой вкус.

Следуя этой сюжетной линии, было бы естественно: «Ты мне не нравишься — ставил палки — стало интересно — точно, это женщина, которую одобряет мой XX» — потом пережить, как богатая семья разбрасывается деньгами, появляется злодейка, второстепенный герой молчаливо защищает, и в конце концов все счастливы.

Однако нет. Потому что у нашей героини был тайный объект обожания. Когда главный герой осознал свои чувства и приложил массу усилий, героиня всё равно оставалась к нему равнодушна.

Ревнивый и могущественный главный герой, конечно, проявил дух «ради любви не жаль ничего».

И вот Фан Ци, то есть тело, в которое вселился Мо Ли, оказался в инвалидном кресле.

Жаль только, что Фан Ци, как и подобает его имени, в этой истории, когда все думали, что он будет второстепенным героем, который в конце незаметно уйдёт, молчаливо оберегая, неожиданно превратился в злодея. Да, он очернился.

Фан Ци, который совсем не любил Ся Жосюэ, на самом деле был просто замкнутым, любящим тишину юношей. Из-за первого впечатления «печального красивого юноши» он попал в «амплуа» Ся Жосюэ; с тех пор началось его несчастье: из-за одностороннего «тайного обожания» Ся Жосюэ главный герой подстроил аварию, и Фан Ци сломал обе ноги.

Фан Ци не был Мо Ли, у него не было возможности управлять Силой души для восстановления сломанных конечностей. В этой аварии он, естественно, на самом деле лишился ног и стал жить в инвалидной коляске.

Замкнутый от природы Фан Ци некоторое время после потери ног, из-за частых навещаний и проявления заботы со стороны Ся Жосюэ, а также из-за постоянных нападок главного героя, его характер исказился. Он возненавидел главного героя, но ещё больше ненавидел героиню, которая навлекла на него беду ни за что.

Фан Ци мог поступить в аристократическую школу, значит, его семья была не простой. Хотя он не был так же могущественен, как клан Шангуань в городе J, он всё же происходил из столетнего знатного рода. К тому же главный герой Шангуань Цзюэ ещё не унаследовал семью, и его методы были не столь чисты; быстро Фан Ци нашёл доказательства подстроенной аварии.

Шангуань Цзюэ хотя и не был привлечён к суду, но об этом узнал его отец; глава клана Шангуань, узнав всю подноготную, пришёл в ярость и запер Шангуань Цзюэ дома для размышлений.

И как раз в это время появился настоящий второстепенный герой.

Ся Жосюэ за это время, избавившись от преследований Шангуань Цзюэ, вздохнула с облегчением, но также в душе зародились какие-то неясные чувства. И в этот момент на пути домой из школы она обнаружила тяжело раненного второстепенного героя и подобрала его. Вот такая отсутствие логики: на небезлюдной дороге после школы подобрать человека и принести домой.

Второстепенный герой Цю Юнь, наследник клана Цю в городе J, человек, постоянно соприкасающийся с тёмными делами, был спасён героиней и принесён домой. Мягкость и доброта героини захватили его бессветное сердце, и он стал считать героиню светом в своей жизни.

А главный герой в заточении дома всё яснее осознавал свою любовь к героине, решил сбросить мишуру и серьёзно добиваться её, а также унаследовать семейный бизнес.

Главный герой и второстепенный герой многократно спорили, в процесс вмешивалось давление богатой семьи, злодейка вносила раздор. Героиня во время одной из ситуаций, когда главный герой едва не был убит второстепенным, поняла, что уже любит главного героя. Второстепенный герой в конце не смог вынести страданий своей любимой, уступил, отступил на второй план, и главные герои благополучно завершили историю.

Однако где в это время был Фан Ци?

3. Пощёчина тому наследнику (III)

Однако где в это время был Фан Ци? Оказывается, после того, как он противостоял главному герою и стал ещё более жалким из-за героя с его аурой, он решил ударить по героине. Но не успел он приступить, как получил известие, что героине подсыпали что-то в напиток, она едва не погибла, но её вовремя спас главный герой. Не успел он выразить сожаление, как был уведён второстепенным героем Цю Юнем, избит до полусмерти и выброшен в переулке.

Из слов второстепенного героя Фан Ци узнал, что тот подумал, будто именно Фан Ци подослал человека подсыпать героине отраву. Позже настоящая злодейка, которая подсыпала героине, всё же была обнаружена и, естественно, не получила хорошей участи: наследником бизнеса главным героем была отправлена в то самое постыдное место, и к тому же была добита второстепенным героем. А к тому времени Фан Ци, неизвестно, в каком углу уже умер.

С самого начала — незаслуженная беда. Даже потом, когда он боролся с главным героем, он почти не получил никакой реальной выгоды в процессе противостояния. Хотя он и считался злодеем, он был несчастным злодеем. Всё началось только из-за смешного «тайного обожания» героини.

…

Мо Ли взглянул на медсестру, которая вытаскивала иглу и собиралась воткнуть её в него, закрыл глаза и пожаловался в море сознания:

— Цици, когда меня выпишут? Уколы такие болезненные, даже ноги не так болят.

— …Хозяин же не на самом деле сломал ноги. — Сейчас ноги, конечно, не болят.

— Да, я же на самом деле не сломал ноги. Зачем мне всё время здесь лежать! Эх, может, ночью, когда никто не заметит, выйдем прогуляемся?

Цици безмолвствовал, но понимал, что при первом привыкании к человеческому облику тот не мог усидеть на месте:

— Прогуляетесь вы, хозяин, а не мы. Смотрите, чтобы вас не заметили те, кто вас знает, иначе больница разрежет хозяина на кусочки!

После только что сделанной операции по сращиванию костей сразу прыгать и скакать — как не подвергнуться исследованию?

…

В глубокий ночной час, когда всё затихло, окно одной из отдельных палат на третьем этаже больницы бесшумно открылось. Чёрная тень беззвучно выпрыгнула, сделала два переворота и приземлилась, затем быстро исчезла в темноте.

Мужчина, с перевязанной на перевязи рукой, но с внушительной атмосферой, инстинктивно обернулся, его острые, как у орла, глаза быстро скользнули по недавнему углу, и ледяным голосом, в котором не чувствовалось эмоций, приказал:

— Проверьте этого человека.

Несколько подчинённых в чёрных костюмах одновременно замерли, посмотрев туда, куда метнулся его взгляд. Там никого не было.

Ведущий Чжан Кунь поклонился мужчине и, как будто боясь разозлить, понизил голос:

— Я-Янь Е, подчинённый не разглядел человека, прошу Янь Е…

Человек, называемый Янь Е, слегка поднял голову и точно зафиксировал взгляд на одном окне:

— Проверьте, кто живёт в той палате.

Чжан Кунь проследил за его взглядом и быстро отвёл глаза:

— Слушаюсь.

http://tl.rulate.ru/book/201778/24983821