Готовый перевод Proficiency Locked at 100: Cheat System Makes Me a God / Мастерство на максимум с первой попытки — система ломает все правила: Глава 6

— Нет! Один совершил — один отвечает!

— Это я погубил твоего отца, хочешь убить — убивай меня!

— Моя жена и сын ничего об этом не знают.

— Умоляю тебя, отпусти их!

Услышав, что Фан Хун намерен отомстить, убив всю его семью, Чэнь Лаосань зарыдал еще сильнее, исступленно умоляя о пощаде.

— Дядя Чэнь, не стоит так изводиться.

Глядя на обливающегося слезами старика, Фан Хун произнес ровно:

— Не только твоя семья.

— Семья того врача, что лечил мою мать, Лю Гуаньцзя и вся семья Сюцая Хэ — я не пощажу никого.

— С ними вам не будет одиноко.

— Нет, нет!

Чэнь Лаосань забился в рыданиях:

— Моя жена и сын невиновны, молю, пощади их!

— Невиновны?

Фан Хун усмехнулся:

— Того, что они твои родные, и того, что ты погубил моего отца из-за них, достаточно, чтобы они перестали быть невиновными.

— К тому же, если не вырвать траву с корнем, весенний ветер снова поднимет ее.

— Если я отпущу жену и сына, кто поручится, что они не придут мстить? Чтобы избежать лишних хлопот в будущем, им лучше умереть.

— Нет, это не так, они не станут мстить!

Чэнь Лаосань отчаянно молил:

— Я могу поклясться! Я заставлю их поклясться, что они не тронут тебя!

Фан Хун покачал головой:

— Правда? Не верю.

— К тому же, в этом мире нет ничего более ненадежного, чем человеческая клятва.

— Тогда иди на смерть!!

Не успело эхо его слов затихнуть, как раскрасневшийся от слез и ярости Чэнь Лаосань бросился на него.

Хлюп!

Вспыхнул холодный блеск лезвия, и брызнула кровь.

Тяжелая голова с глухим стуком покатилась по земле, сделав несколько оборотов и окрашивая почву в багрянец.

— Посмотри на себя, опять поспешил.

Фан Хун невозмутимо стряхнул кровь с клинка.

Затем он перевел спокойный взгляд на жену Чэнь Лаосаня.

Простая деревенская женщина застыла на месте, пораженная тем, как только старик признался в убийстве отца Фан Хуна.

— Тетя, ты тоже отправляйся в путь.

С этими словами Фан Хун взмахнул мечом, и голова женщины тоже отделилась от тела.

Лицо юноши не выразило ни тени эмоций, когда он принялся за спящего сына Чэнь Лаосаня.

В прошлой жизни Фан Хун пересмотрел немало книг и фильмов.

Если есть выбор, убивать — надежнее всего отрубая голову.

У некоторых людей сердце находится справа, и простое пронзение груди не дает гарантии.

Будь у него сейчас способ воздействовать на душу, он бы просто развеял их сознания в прах, чтобы они никогда не смогли переродиться.

Только так можно навсегда покончить с угрозой.

Почему он решил вырезать всю семью?

Как он и сказал: чтобы не оставить корней.

Он сам был живым тому примером.

Если бы Сюцай Хэ и Лю Гуаньцзя не вырвали корень, не убив его, сейчас мертвыми были бы они.

Чтобы подобное никогда не повторилось с ним самим, Фан Хун сделал принцип «вырывания с корнем» своим жизненным кредо.

И попытка Чэнь Лаосаня нанести ответный удар лишь подтвердила, насколько мудрым было решение Фан Хуна полностью изменить свое мировоззрение.

Будь он прежним — тем, кто еще не успел окончательно ожесточиться перед походом в горы, — глядя на рыдающего и молящего о пощаде старика, он, возможно, действительно смягчился бы.

И тогда, воспользовавшись его милосердием, Чэнь Лаосань вполне мог бы преуспеть в своем нападении или хотя бы ранить его.

Но в жизни не бывает «если».

Затем Фан Хун обыскал дом.

Поскольку Чэнь Лаосань велел жене собирать вещи для побега, Фан Хуну без труда удалось найти серебро.

Среди прочего там были и те двадцать лянов, что Лю Гуаньцзя откупил ему после смерти отца Фан Хуна.

Подбросив мешочек с деньгами в руке, Фан Хун принялся за зачистку тел и места происшествия.

Ему еще предстояло подлечить раны и разведать обстановку в городке.

Каждый лишний день, пока о смерти семьи Чэнь Лаосаня не известно, давал ему время на подготовку.

Потратив немало сил, он наконец закончил с телами и следами.

Пользуясь ночной мглой, Фан Хун покинул дом Чэнь Лаосаня.

......

Исчезновение семьи Чэнь Лаосаня вызвало в деревне немалый переполох.

Однако, поскольку это случилось ночью, убийство не привлекло внимания.

К тому же Фан Хун тщательно все зачистил.

Поэтому жители деревни решили, что семья просто пропала без вести, не спеша констатировать смерть.

Впрочем, Фан Хуна это не заботило.

Свидетелей нет, и некому подтвердить обратное.

Да и никому не было дела до того, куда делись старики.

В этом мире для обычного человека предел мечтаний — просто сохранить жизнь своей семье.

Проведя два дня, восстанавливая силы с помощью ци, Фан Хун решил уходить.

Скорее всего, он больше не вернется в Дуншаньцунь.

Когда он придет в город и перебьет врагов, он сразу отправится дальше в поисках возможности вступить в Боевую Секту.

А помянуть родителей... что ж, когда представится время.

В конце концов, он не был их родным сыном. Отомстив за семью прежнего владельла тела, он закрыл этот долг кармы.

Требовать от него постоянных поминовений было бы верхом лицемерия.

Два дня спустя.

Под предлогом поиска работы в городе, Фан Хун покинул Дуншаньцунь.

Спустя полдня пути он добрался до цели.

Городок назывался Городок Фэньшуй, в честь протекающей неподалеку реки.

Масштабы Фэньшуя были невелика, но он разительно отличался от Дуншаньцунь своим оживлением.

Благодаря реке торговля здесь процветала.

Войдя в город, Фан Хун первым делом купил смену одежды, а затем снял комнату в гостинице.

Врач его не беспокоил, а вот Сюцай Хэ, будучи богатым землевладельцем с целой свитой охранников, требовал тщательного изучения.

Нужно было разузнать всё, чтобы не столкнуться с сюрпризами.

И чтобы не осталось «улова», который мог бы ускользнуть от него.

В делах нужно держать слово: если сказал, что вырежу всю семью — значит, так и будет.

На втором этаже гостиницы Сюаньюэфан, у окна, Фан Хун спокойно наслаждался едой.

Нельзя отрицать: хотя в древности не было изысканных приправ, свежесть продуктов придавала блюдам особый вкус.

Смакуя угощение, Фан Хун размышлял:

[Стойка Лошадиный Шаг: Совершенство]

[Техника Меча Военного Строя: Совершенство]

[Стрелковое Искусство Рода Фан: Совершенство]

Техники, которые он практиковал сейчас, все еще были слишком низкого уровня.

Отец Фан был обычным солдатом, а значит, практиковал лишь базовые военные методики.

Благодаря невероятной способности своего «золотого пальца» он смог достичь Великой ступени Закалки Плоти.

Он практически исчерпал весь потенциал этих искусств.

Чтобы сделать следующий шаг и войти в стадию Закалки кожи, ему требовались более продвинутые техники.

«Жаль, что мой чит, хоть и невероятен, не обладает способностью, как у „Синьлань“ — напрямую вкачивать очки, прорывая предел техники».

«Если бы это было так, я бы не испытывал такой острой нужды в новых манускриптах».

Впрочем, Фан Хун лишь усмехнулся и покачал головой.

Слишком много хочешь — не влезет.

Его нынешняя сила и так была запредельной.

В чем-то она даже превосходила читы, позволяющие принудительный прорыв.

Фиксированные 100 очков мастерства за каждое действие!

К тому же, его сила была результатом слияния программного модуля и крох Первозданного Неуничтожимого Света.

Если бы удалось поглотить весь этот Свет...

При этой мысли Фан Хун тут же взял себя в руки.

О чем он только думает?

Он даже не уверен, остался ли этот свет в его душе.

Да и если остался, он прекрасно понимал: вещи такого уровня — не для его нынешнего могущества.

Лучше не забивать этим голову, иначе только лишние тревоги.

Даст судьба — хорошо, не даст — тоже ладно. Его нынешнего дара вполне достаточно.

С этим безразличным настроем он начал размышлять о самом насущном — о техниках.

«Если я не могу найти готовую технику, смогу ли я создать её сам?»

«Признает ли мой „чит“ созданную мною технику?»

Мысли роились в голове.

Чем больше он думал, тем перспективнее казалась эта идея.

Однако, взвесив всё, Фан Хун решил пока отложить создание новых искусств.

Создание техники — дело не из легких.

Нельзя просто выдумать её из головы.

Без прочного фундамента и глубокого понимания сути, это будет лишь воздушный замок.

Скорее всего, система её просто не примет.

«Но если я стану сильнее и изучу достаточное количество техник, я смогу попробовать...»

«Если система действительно может записывать созданные техники, я смогу изобретать невероятно мощные, но теоретически невозможные для освоения методики.

А затем использовать свой чит, чтобы идти по кратчайшему пути, обходя все преграды.

Это будет похоже на использование багов системы?

Подождите, ведь программный модуль моего чита написал я сам! Мой уровень ограничен, так что неужели в коде есть ошибки?

Нет, погодите... Кто сказал, что это ошибки?

Это же были специальные функции, которые я встроил при разработке!

Неужели в этом и заключается истинный способ использования моего дара?»

По мере того как он размышлял, в глазах Фан Хуна начал разгораться лихорадочный блеск.

http://tl.rulate.ru/book/201470/24743173