Готовый перевод Mortal’s Cave: From Martial Arts to Divine Power / Пещера бессмертных: боевик стал магом по ошибке: Глава 5

Солнце медленно опускалось, и некогда ослепительно яркий алый диск постепенно тонул в горизонте.

Лю Янь лежал на траве, глядя на закат; глаза от сухости покраснели. Он был смертельно устал. С трудом поднявшись, он взглянул на вход в пещеру и снова заплакал. Но, вытерев слезы, он заставил лицо застыть в решимости и развернулся, уходя вглубь бамбуковой рощи.

Может, он беглец, а может, скиталец, но одно было ясно: пути назад, в Суянчэн, больше нет.

Лю Янь не хотел видеть финала этой истории, не желал знать развязки событий — по крайней мере, сейчас он мог тешить себя прекрасными иллюзиями.

В бамбуковой роще царила тишина, лишь шелестели под ногами листья.

Идя по этой безмолвной чаще, Лю Янь чувствовал себя потерянным. Он не знал, куда идти, и просто брёл вперед, спотыкаясь на извилистой тропинке.

Вскоре после его ухода трава у пещеры снова зашевелилась. Из норы выскочили десяток солдат в доспехах черной туши, сжимающих в руках кривые сабли.

Едва оказавшись снаружи, эти воины невольно расплылись в радостных улыбках, задрав головы к сумеркам. Слабый красный свет коснулся их лиц, и они замерли, словно в купании, наслаждаясь моментом. Они и не подозревали, насколько прекрасным может быть солнечный свет.

Один из солдат, с грубыми, обветренными чертами лица, быстро сбросил радость и раздраженно буркнул:

— Что за дыра! Столько длинный туннель, я уж думал, мы там и сдохнем. До сих пор голова кружится.

— Главное, что выбрались. Я уже решил, что застряну в этом лабиринте навсегда. Но туннель и правда чертовски длинный.

— Хватит болтать. Нужно скорее схватить этого мальчишку по фамилии Лю. Генерал сказал, что он крайне важен.

— Верно, сейчас важнее всего поймать этого малого.

— Он должен был уйти совсем недавно, — прохрипел худощавый, морщинистый солдат.

Тот замер, разглядывая беспорядок в траве. В его глазах промелькнул острый блеск.

— Уже сумерки, далеко он не уйдет. Предлагаю разделиться по двое. Нужно найти его до темноты.

— Брат Жуй прав. Разделимся, а как найдем — подадим сигнал Летучим Бамбуком.

Мужчина по фамилии Жуй посмотрел на бескрайние заросли бамбука, и на его лице отразилась сложная гамма чувств:

— Постарайтесь взять его живым. Мы всё еще не знаем, какая именно польза от него генералу.

Остальные солдаты кивнули. Вскоре они разошлись парами в разные стороны и вскоре скрылись в густой изумрудной зелени.

Тем временем Лю Янь сидел у реки, промывая только что выкопанные ростки бамбука. Последний раз он ел утром, и сейчас желудок сводило от жуткого голода.

Очистив ростки от грязи, он принялся жадно запихивать их в рот.

Во рту разлился свежий аромат, но бамбук оказался слишком старым и жестким. Лю Янь никак не мог его разжевать, и ему приходилось глотать куски целиком, с трудом проталкивая их вниз.

Твердые куски больно давили в животе, вызывая неприятное ощущение, будто по кишечнику ползают мелкие черви.

Лю Янь жевал, и слезы непроизвольно покатились по щекам, попадая в рот — горькие и соленые.

Он приказал себе не плакать. Снова вытер лицо рукавом, и на его щеках вновь проступила решимость.

Луна восходит, южный ветер веет, цвет чист как вода, а вода ясна как свет. Взгляд на воду рождает чувства, и в тишине она подобна духу. Глаза Лю Яня сейчас были такими же спокойными, чистыми и прозрачными.

Лю Янь с облегчением устроился под большим деревом. В бамбуковой роще ему редко попадались такие величественные древние тутовые деревья.

Ветер свистел, заставляя листья бамбука и тутовника шумно шелестеть. Птичье щебетание и стрекот насекомых создавали такой уют, что Лю Янь невольно начал проваливаться в сон.

Внезапно издалека донесся топот ног, совершенно не вписывающийся в эту природную мелодию.

Услышав шум, Лю Янь резко вскочил и, затаив дыхание, нырнул за ствол дерева. Высунув голову, он настороженно вглядывался в темноту.

В бледном лунном свете показались двое солдат в доспехах черной туши.

Они были совершенно разными: один — высокий и могучий, с перекошенным от злобы лицом, другой — мелкий и худощавый, с иссохшей кожей и колючим взглядом.

Они медленно шли вперед, не произнося ни слова, но их глаза постоянно метались по сторонам — они явно что-то искали.

В их руках поблескивали кривые сабли, отражая холодный лунный свет.

Лю Янь в ужасе отпрянул. Пот градом покатился по лбу. Эти черные доспехи... это были те самые солдаты, что преследовали его отца. Не думал он, что они настигнут его так быстро. Все мышцы мальчика напряглись, он старался дышать так тихо, чтобы не выдать себя. Он не хотел умирать так же, как, возможно, уже умер его отец. Несмотря на жгучую ненависть к солдатам Государства Юэ, Лю Янь понимал: пока он слаб, нельзя делать резких движений.

Шаги приближались. Он гадал, сможет ли тень тутового дерева полностью скрыть его.

Лунный свет заливал всё вокруг. Солдаты подошли к дереву, и сердце Лю Яня замерло, даже удары в груди стали тише.

Они остановились. Лю Янь не слышал больше ни звука и в ужасе подумал: «Неужели заметили?» Но он продолжал неподвижно стоять за стволом.

Внутри всё дрожало, словно тысячи муравьев метались под кожей.

К его удивлению, путники замерли. Крупный детина пробасил своим хриплым, грубоватым голосом:

— Брат Жуй, давай передохнем. Мои ноги уже просто отваливаются, — это был Лао Ню.

Солдат по фамилии Жуй на мгновение задумался, согласился и сел, скрестив ноги, подперев подбородок рукой с задумчивым видом.

Увидев, что товарищ сел, здоровяк глупо усмехнулся и тоже плюхнулся на землю. Он достал из-за пояса бурдюк, жадно отхлебнул и, довольно икнув, принялся вытирать рот, размашисто говоря:

— И этот малец по фамилии Лю... куда его только занесло? Мы с полудня без еды, у меня в животе уже урчит так, что слышно.

Лао Ню выхватил из мешочка кусок сухой лепешки и принялся жадно грызть её, совершенно не заботясь о приличиях.

Жуй лишь коротко кивнул. Он тоже был не в духе: ночь уже вступила в свои права, а мальчика всё не было. Другие отряды не подавали сигналов, значит, и они ничего не нашли.

Реальность сильно расходилась с планом. Он пытался разгадать, где именно спрятался Лю Янь.

«Хрусть!»

Звук сломанной ветки был едва уловимым, его почти заглушил чавканье Лао Ню, но Жуй, погруженный в раздумья, резко вздрогнул. Он схватил лежащую рядом саблю и медленно поднялся, бесшумно направляясь к дереву.

Не успел он пройти и половины пути, как из-за ствола выметнулась черная тень и бросилась вглубь бамбуковой рощи.

Жуй холодно хмыкнул и бросился в погоню, на ходу разворачивая саблю за спиной.

В ночной темноте он превратился в черную тень, преследующую беглеца.

Лао Ню, увидев это, поспешно сгреб остатки еды. Он уже хотел было встать, но вдруг замер, и на его грубом лице расплылась странная, пугающая ухмылка.

Он вытащил из-за пазухи зеленый бамбуковый тубус, схватил за конец веревки и высоко поднял над головой. В тот же миг из него вырвался сгусток света размером с кулак и взмыл в небо.

Раздался хлопок, и ночное небо озарилось ярким фейерверком.

Лао Ню хихикнул, схватил саблю и тоже рванул вслед за черной тенью.

Неподалеку, в густых лесных зарослях, двое солдат в черных доспехах лениво бродили среди деревьев. Внезапно в небе расцвел яркий цветок огня, и оба, не сговариваясь, посмотрели вверх.

В свете фейерверка на их лицах промелькнуло не то предвкушение, не то азарт.

Тут же они сорвались с места, превратившись в две черные полосы, летящие в сторону взрыва.

Под кронами древних деревьев на ветке лениво лежал старец. Его копна седых волос серебрилась в лунном свете.

Услышав хлопок, старец прищурился, глядя на красно-белый всполох в небе.

Он нахмурился, и лицо его стало серьезным. Он негромко пробормотал:

— Неужели обнаружили?

В его взгляде смешались сомнение и тревога, и он тяжело вздохнул:

— Столько лет прожил, а всё такой же неосторожный.

Это прозвучало как упрек самому себе, но в следующее мгновение на лице старика промелькнула спокойная улыбка.

— Эх, малый, пусть это будет твоим вознаграждением.

С этими словами старец рывком поднялся и одним прыжком взлетел на самую верхушку дерева. Он смотрел на фейерверк, а по его телу вдруг пробежала тонкая волна пламени. Огонь плясал вокруг него, словно живая броня.

Он казался божеством, сошедшим в этот мир, окутанным алым сиянием.

Подняв ногу, старец превратился в огненную струю света и исчез в глубине темного леса.

http://tl.rulate.ru/book/201272/24752413