Готовый перевод Hundred Lives, One Love: Rewriting Fates Across Worlds / Сотня миров — один возлюбленный: переписываю плохие концовки: Глава 13

Эта книга рассказывает о том, как Третий принц Сяо Иньцзянь отправился помогать при стихийном бедствии, а на обратном пути на него напали разбойники, он потерял память, и его спасла деревенская красавица Лю Байлянь.

За два года в деревне между ними зародилась любовь, и при свидетелях-односельчанах они сыграли свадьбу.

Два года спустя Третий принц неожиданно восстановил память и вернулся в столицу с женой и грудным сыном. После головокружительной череды опасных интриг за императорскую власть он перебил всех принцев, оставшихся в столице, и захватил трон. Не утратив изначальных помыслов, он сделал Лю Байлянь императрицей. Дал ей клятву быть единственным мужем на всю жизнь, а чтобы порадовать её, возвёл напраслину на бывшую невесту, казнил весь её род в девяти поколениях, а саму бывшую невесту отдал в Управление музыки и танцев. Бывшая невеста, не вынеся позора, страшно покончила с собой.

Сяо Иньцзянь и Лю Байлянь зажили счастливо… полгода. Через полгода Девятый принц, воевавший на Границе, привёл войска и взял столицу. В суматохе императрица погибла под мечами, императора судил взошедший на престол Девятый принц и обезглавил. В конце концов Девятый принц, из-за ранения в битве не мог иметь детей, поэтому Задний дворец пустовал. За пять лет он измотал себя заботами о стране и умер на троне.

Неудивительно, что Е Сяоли — та самая никчёмная невеста Третьего принца.

—

Отец Е Сяоли, Е Цинци, был сыном наставника императора и другом детства самого императора. Они были очень близки. К несчастью, Е Цинци рано умер от болезни. Е Сяоли вырастила семья старшего брата отца. Император часто вспоминал Е Цинци и по этой любви к нему полюбил и Е Сяоли. Опасаясь, что после его смерти, если Е Сяоли выйдет за другого и останется без поддержки, ей будет обидно, он часто приглашал её во дворец, чтобы она поладила с его сыновьями. Так, какой бы из сыновей ни взошёл на трон, все будут хорошо относиться к Е Сяоли. Он даже думал выдать её за одного из своих сыновей, сделать невесткой. Больше всего он прочил Девятого — красивого, и к Е Сяоли питавшего тайную страсть — но Девятый отправился на поле боя и повредил самое главное.

С тех пор Девятый навсегда похоронил эту страсть в своих глазах, оставив лишь невозмутимую тьму в их глубине. Третий тоже неплохо ладил с Е Сяоли, и способности у него были неплохие, поэтому император просто обручил их и отправил Третьего с ней помогать при бедствии, чтобы накопить заслуги и славу. Кто же знал, что уехав, он не вернётся больше года? Настоящий неудачник! Заставил Е Сяоли ждать его понапрасну, загубил её девичий расцвет! Лучшие годы Сяоли!

— Сяоли, может, я дам тебе новый указ о помолвке? — ласково обратился император к Е Сяоли. — Не жди моего беспутного сына. Может, он уже сгинул где-то!

Е Сяоли: «…» Она не раз подозревала, что на самом деле император по-настоящему любил именно Е Цинци. Наложницы в Заднем дворце императора были лишь инструментом для продолжения рода. И детей он растил, как ядовитых тварей: кто победит — тот и унаследует трон. Единственная частичка искренней привязанности, казалось, была отдана Е Сяоли.

Он говорил это не раз. Раньше Е Сяоли всегда решительно отказывалась и твёрдо ждала возвращения Третьего принца. На этот раз было так же. Её глаза увлажнились, в груди защемило. Ради этого дяди, который всегда её любил, и ради себя самой она, всхлипывая, сказала:

— Дядюшка-император, я хочу ещё немного подождать вестей о нём.

Втайне она уже передала другим принцам весть о том, что Третий принц потерял память и живёт в какой-то деревне, вставая с зарёй и ложась с закатом. Она была уверена: скоро она получит известие о его смерти. От Доу Доу.

И правда, через полмесяца молчаливый Доу Доу доложил Е Сяоли: [Сяоли, Третий принц мёртв. Когда пошёл на охоту в горы, его загрызла добыча, даже целого трупа не осталось.]

Е Сяоли: [О да! Отлично!]

Так она могла под предлогом ожидания Третьего принца отказываться от помолвок и, даже если никогда не выйдет замуж, никто ей слова не скажет.

Прошло ещё полмесяца. Доу Доу снова доложил:

[Сяоли, Лю Байлянь нарочно скатилась с горы и выкинула ребёнка. Теперь она сможет выйти замуж снова — за мясника из уезда, который давно хотел на ней жениться.]

В глазах Е Сяоли мелькнул холод. Эта женщина — та ещё штучка. В книге, когда Третий принц вернулся в столицу с Лю Байлянь, Е Сяоли сразу же расторгла помолвку с Третьим принцем и при встрече с этой четой всегда обходила их стороной. Но когда Третий принц взошёл на трон, она всё равно подбила его расправиться с Е Сяоли и семьёй её дяди. И всё из-за того, что, едва прибыв в столицу, Лю Байлянь наслушалась сравнений между собой и Оригинальной Хозяйкой. Перед Оригинальной Хозяйкой она всегда была неполноценна. И в итоге решила сбросить Оригинальную Хозяйку с небес прямо в грязь, чтобы та никогда не смогла выбраться, — только так она могла утолить ту давнюю злость.

Ныне времена переменились. Е Сяоли тоже не желала, чтобы Лю Байлянь жилось хорошо. Поэтому она передумала и снова велела Доу Доу, чтобы весть о том, как Третий принц в какой-то деревне потерял память, женился, пошёл на охоту и погиб, а его вдова избавилась от посмертного дитяти и снова выходит замуж, окольными путями дошла до столицы.

Тут император вздохнул с облегчением: раз уж этот никудышный сын и вправду мёртв, и есть точные сведения, Сяоли не нужно ждать его бесконечно. Следом он приказал расследовать это дело. Если всё подтвердится, император тайно отдал устный приказ: казнить Лю Байлянь. Как бы он ни был равнодушен к собственным сыновьям, он не мог простить убийцу внука или внучки.

—

Лю Байлянь умерла.

Причина смерти: когда кормила свиней, у неё внезапно закружилась голова, она упала в свинарник, и её забодали свиньи. И немудрено: последние дни она ходила сама не своя, потому что приезжали следователи, шуму было много, и она узнала, что её прежний муж был нынешним Третьим принцем, а у неё был шанс, опираясь на сына, вознестись в столицу. Но она собственноручно убила дитя в своём чреве. Несметное богатство она собственноручно выбросила. Как тут не быть не в себе?

— Дешево отделалась… — тихо вздохнула Е Сяоли.

—

— Сяоли, Третьего больше нет. Как думаешь, кому я смогу передать трон после своей смерти? — Император вызвал Е Сяоли. В зале были только они двое. Император спросил искренне.

В их общении он всегда был с ней откровенен. Два года назад, в прошлой жизни, когда Третий принц вернулся с Лю Байлянь, у них тоже состоялся такой разговор. Тогда Оригинальная Хозяйка решила, что раз Третий принц привёз Лю Байлянь и даже расторг с ней помолвку, значит, он дорожит чувствами, и честно назвала имя Сяо Иньцзяня. Император тогда не высказался определённо, но дал ей отряд Тайных стражников, принадлежащих императорскому роду. После смерти императора, когда Сяо Иньцзянь взошёл на трон, он потребовал их обратно, сказав, что она не из императорской семьи, и пользоваться императорскими Тайными стражниками — неправильно. Если об этом узнают, начнут криво толковать отношения покойного императора с ней. И тем самым запятнают его имя. Оригинальная Хозяйка, услышав это, по глупости вернула их. А вскоре Сяо Иньцзянь, подстрекаемый Лю Байлянь, уже без оглядки напал на семью её дяди.

В этот раз Е Сяоли, не колеблясь, честно ответила:

— Девятый принц. Он подходит.

Император хотел что-то сказать, но Е Сяоли опустилась перед ним на колени:

— Дядюшка-император, я хочу выйти за него. За Девятого принца.

Император вытаращил глаза и брезгливо сказал:

— Он человек неплохой, способности есть, но он же не… не годится!

Е Сяоли спокойно улыбнулась:

— То, что он не годится, даже лучше. Не будет у него трёх тысяч наложниц в Заднем дворце, чтобы меня злить.

Император долго хмурился и колебался. Наконец хлопнул себя по ляжке, наклонился к её уху и прошептал:

— Ладно, так и быть! Раз Девятый не годится, я передам тебе своих Тайных стражников. Если заскучаешь, сними с них маски — некоторые довольно миловидны.

Все они приняли лекарство, и в этой жизни ни одна женщина от них не забеременеет. То, что надо!

Е Сяоли, уловившая намёк императора: «…» С ума сойти! Учить другую женщину наставлять рога собственному сыну?

— Смотри, чтобы он не узнал! — Император подмигнул Е Сяоли.

Мысли императора слишком опережали время. Е Сяоли сглотнула и с трудом кивнула:

— Спасибо, дядюшка-император.

—

Девятый принц Сяо Дунсюй был отозван в столицу. На пиру император обручил его с Е Сяоли. Он опустился на колени, подсознательно желая отказаться, но Е Сяоли первой опустилась на колени и возблагодарила, перекрыв его слова. Он не захотел при всех ставить Е Сяоли в неловкое положение.

— Благодарю за великую милость, Ваше Величество!

— Рад, что ты рада.

В мерцании теней император смотрел на Е Сяоли, словно сквозь неё видел кого-то другого. Никто не мог понять его взгляда.

«Хочу на лёгком коне в погоню за врагом — весь снег на луке и мече.»

—

Все думали, что Е Сяоли верна памяти погибшего Сяо Иньцзяня и, выбрав бесплодного Сяо Дунсюя, решила таким образом сохранить ему верность и заодно найти себе опору. Сам Сяо Дунсюй тоже так думал. Решив, что всё понял, он почувствовал лёгкую горечь, но вместе с ней из глубины души забил сладкий родник. С бесстрастным лицом он молча принял волю императора.

— Брат Дунсюй, ты не хочешь на мне жениться?

В разгар пира он всё время следил за Е Сяоли. Когда заметил, что она приближается, каждый волосок на его теле встал дыбом, палочки для еды выскользнули из рук.

— Нет! — быстро отрицал Сяо Дунсюй, суетливо поднимая палочки.

Просто он считал себя не мужчиной, неспособным дать любимой счастья в мирском понимании. С тех пор как он был ранен, единственным его желанием было, чтобы Е Сяоли вышла за достойного человека и всю жизнь была счастлива. Но когда отец обручил Е Сяоли с третьим братом, его сердце разрывалось от боли. Каждый раз, видя их двоих, он не мог дышать. Тогда он и уехал далеко на Границу. Но теперь третий брат мёртв. Е Сяоли предстоит другой брак. Император дал указ о помолвке. Он и обрадовался, и испугался. Обрадовался, потому что любимая стала его женой номинально, будет рядом. Испугался, что однажды она пожалеет и захочет уйти. Он боялся не пережить потерю того, что обрёл.

— Брат Дунсюй, а знаешь, что я в последнее время люблю изучать? — Е Сяоли вдруг приблизилась и таинственно спросила.

— Что изучать? — Сяо Дунсюй быстро скользнул по ней взглядом, сердце забилось чаще, и он поспешно отвёл глаза.

— Как тебя веселить, — с улыбкой в голосе сказала Е Сяоли.

— Что? — только спросил он, как в голове у Сяо Дунсюя помутилось, и он застыл на месте.

Е Сяоли дунула на оцепеневшего Сяо Дунсюя и тут же отстранилась, сказав едва слышно:

— Говорят, есть много способов веселить девушек. Например, помогать подбирать наряды и украшения. Брату Дунсюю тоже стоит этому научиться.

Сяо Дунсюй: «…»

Кажется, да. Стоит научиться.

—

После смерти Третьего принца борьба между другими принцами стала ещё острее, но никто не принимал всерьёз Девятого. В итоге, за исключением Девятого, эта компания перегрызлась между собой. К тому времени, как Девятый женился на Е Сяоли, они все выбыли из игры. Кто без рук, кто без ног, кто совершил непростительную ошибку. И навсегда потеряли право на трон. А после того, как они один за другим лишились права бороться за престол, все они уставились на Сяо Дунсюя. Раз у Сяо Дунсюя точно не будет наследников, то, если он взойдёт на трон, ему придётся усыновить кого-то из боковой ветви императорского рода. Значит, они могут продолжать бороться с помощью сыновей! Рожать сыновей, а потом пусть сыновья в будущем выяснят, кто победит. Так что в их пожизненном домашнем аресте каждодневные занятия по зачатию детей обрели совершенно иной смысл.

—

— Не… не надо! — на троне Сяо Дунсюй расчёсывал волосы Е Сяоли яшмовым гребнем. Умения не хватало, Е Сяоли было больновато. Глаза у неё покраснели, на ресницах блестели слёзы.

Сяо Дунсюй поспешил ослабить движения. Он не мог дать ей ребёнка в этой жизни, не любил золото и драгоценности, поэтому ему оставалось только учиться разным ремёслам, чтобы услужить ей: рисовать брови, делать макияж, расчёсывать волосы (и прочее), чтобы порадовать её и хоть немного загладить вину. Он вечно будет в долгу перед ней, поэтому должен быть добр к ней всю жизнь.

— Конец —

【Неузнаваемо изменившийся】

http://tl.rulate.ru/book/201082/25154335