Готовый перевод God-Slaying Sword: From Zero to Immortal Legend / Меч богоубийцы — парень из глуши покоряет небеса: Глава 10

Холодный свет — это всего лишь метательный нож величиной с большой палец, выполненный в форме цветка сливы мэйхуа. Несмотря на малый размер, он летел с силой урагана, быстрый, как молния — явно рука мастера. Скорость была так велика, что нож уже вонзился в карету, а Чжао Лоси даже не заметила.

Но Жун Мома, одна из трёх сильнейших воинов Особняка Циньского князя, обладала зоркостью, острой, как у ястреба. Она вскинула руку и едва коснулась ножа — «динь»! — тот, вонзившийся в карету, внезапно содрогнулся и вылетел обратно, по той же траектории. Тут же раздался крик. Тот, кто метнул нож, был убит собственным оружием.

— Убийцы! — не успел стихнуть крик Жун Мома, как она сама, словно птица, выпорхнула из кареты, взлетела на крышу и сжала в правой руке длинный меч.

Волосы её развевались, взгляд был острее клинка. Казалось, сам бессмертный мечник снизошёл в мир, взирая на смертных свысока.

Воины, прибывшие на подмогу, были отборной гвардией Циньского князя. Услышав крик, они обнажили мечи и вмиг окружили карету Чжао Лоси плотным кольцом.

Вокруг, словно призраки, мелькали тени. От них веяло убийственной аурой, все лица были скрыты под масками. По тому, как они двигались, было ясно — каждый из них был величайшим мастером.

— Чжао Чжэнь, береги госпожу! — крикнула Жун Мома и, не договорив, исчезла с крыши, словно призрак. Вспыхнул клинок, разрезав ночную тьму, и один из убийц пал, сражённый её лёгким ударом.

Сильнейшим среди присланных на помощь был начальник стражи Чжао Чжэнь. Его сила достигала восьмого уровня Кровавого Моря. Даже во всей империи Южная Чу он считался бы одним из лучших воинов. А в Южной области он и вовсе мог бы основать собственную школу. По силе он превосходил даже главу Секты Духовного Меча, Вэнь Ишу.

— Слушаюсь! — зычно ответил Чжао Чжэнь. Ему было сорок три года, он был высок и могуч. Меч в его руке казался тяжёлым, как тысячекилограммовая секира, но при этом был остер невероятно. В темноте он отливал леденящим душу стальным блеском.

— У Чэн, вы трое, задержите Жун Инъюнь! — выкрикнул кто-то из убийц. Судя по всему, это был их главарь. Он лично повёл остальных, как голодный тигр бросается на добычу, к карете Чжао Лоси.

Жун Инъюнь — таково было настоящее имя Жун Мома. Она холодно фыркнула, и тело её, словно молния, превратилось в сгусток меча, устремившись к главарю.

У Чэн и двое других, увидев это, немедленно бросились на Жун Мома, не щадя жизни. Но они сильно недооценили её силу.

Пф-пф-пф!

Клинок Жун Мома мелькнул, быстрый, как падучая звезда. У Чэн, хоть и был мастером Кровавого Моря, но головы всех троих взлетели в воздух в один миг. Её меч был подобен призраку — он легко пробил их защиту, и вот она уже стояла перед главарём, словно неприступная гора. Взмахнув мечом, она выкрикнула:

— Вэн Жэньпэн, я давно знала, что это ты!

— Ну и что? Мы пришли сюда, не надеясь уйти живыми, но госпожа Юньяо должна умереть вместе с нами! — Вэн Жэньпэн, разоблачённый, ничуть не испугался. Он взмахнул мечом, встречая клинок Жун Мома, и закричал: — Вперёд! Любой ценой убейте госпожу Юньяо!

— Убить! — остальные убийцы, словно бешеные звери, ринулись вперёд, не щадя себя, думая лишь о том, чтобы убить госпожу Юньяо.

— Убить! — воины Циньского князя тоже не уступали. Они стояли стеной, словно стальная крепость, надёжно охраняя карету.

Они знали свой долг: главное — оборона, убийство врага — второстепенно. Если они продержатся достаточно долго, Жун Мома перебьёт всех убийц по одному.

Жун Мома, хоть и была женщиной, вызывала у всех в Циньском княжестве глубокое уважение, её почитали как божество. Её искусство меча было невероятным. Когда она взмахивала клинком, казалось, он обладал силой, способной разрушить небо и землю. Главарь убийц по имени Вэн Жэньпэн продержался против неё лишь три удара, после чего пал от её меча.

— Ты... ты не на уровне Кровавого Моря... — падая, Вэн Жэньпэн был полон изумления. Все знали, что Жун Мома — одна из трёх сильнейших воинов Циньского князя, и её сила не превышает уровень Кровавого Моря.

Но Вэн Жэньпэн, находившийся на девятом уровне Кровавого Моря, не выдержал и трёх её ударов! Как же тогда можно было объяснить её истинную силу лишь уровнем Кровавого Моря?

Лицо Жун Мома оставалось спокойным. Казалось, её истинная сила не имела значения; важно было лишь убить врага. После смерти Вэн Жэньпэна остальные убийцы стали лёгкой добычей. А благодаря силе Чжао Чжэня и других отборных воинов Циньского князя все оставшиеся нападавшие вскоре пали.

Чжао Чжэнь с облегчением выдохнул.

Но когда Жун Мома снова взошла на крышу кареты, на её лице не было и следа радости от того, что все убийцы перебиты. Вместо этого она холодно уставилась в темноту впереди и произнесла:

— Юн Итин, выходи!

— Что? Юн Итин тоже на службе у князя Нина? — Чжао Чжэнь и остальные были потрясены.

Князь Нин, о котором они говорили, был восьмым князем, Чжао Чунем. Его называли Мудрым князем, а некоторые даже — Восьмым Мудрым князем.

До сих пор Циньский князь и знать не знал, что Юн Итин связан с Резиденцией князя Нина.

Юн Итин был одним из воинов уровня Небесного Человека в империи Южная Чу.

Выше уровня Кровавого Моря был уровень Небесного Человека.

Воины уровня Небесного Человека во всей Южной Чу были вершиной, потолком империи. Если воины Кровавого Моря были мастерами боевых искусств, то те, кто мог летать по воздуху — воины Небесного Человека — были настоящими богами войны в Южной Чу.

Поэтому воинов Кровавого Моря называли «мастерами», а воинов Небесного Человека — «сильнейшими».

— Я же говорил, что под громкой славой не бывает пустышек. Как одна из трёх сильнейших воинов Циньского князя могла быть всего лишь на уровне Кровавого Моря, — из темноты медленно вышел Юн Итин. Одет он был как учёный, носил жидкую козлиную бородку и держал в руках линейку для наказаний, смахивая на учителя из какой-нибудь частной школы.

В империи Южная Чу он был легендой: бросил литературу и занялся боевыми искусствами, добившись успеха лишь в зрелом возрасте.

До двадцати лет он был всего лишь кандидатом в учёные. Его семью вырезали враги, и лишь он один выжил, потому что в тот момент был не дома. Чтобы отомстить, он искал великих учителей и встал на путь боевых искусств.

По логике, начать заниматься боевыми искусствами в двадцать лет — слишком поздно, и успехи были бы ограничены. Но он стал исключением. В сорок лет он прорвался на уровень Кровавого Моря, уничтожил весь род своих врагов, а затем продолжил совершенствоваться. В сорок восемь лет он прорвался на уровень Небесного Человека, создав чудо в боевых искусствах. Сейчас ему пятьдесят семь, и уже девять лет он является сильнейшим воином Небесного Человека. В Южной Чу у него громкая слава, поэтому при звуке его имени Чжао Чжэнь и остальные пришли в ужас.

Хотя они знали, что Жун Мома тоже сильна и почитали её как божество, Юн Итин был легендарным воином Небесного Человека. Как тут было не волноваться? Они даже испугались.

Будь они одни — это было бы полбеды. В конце концов, с первого дня службы в Циньском княжестве они отдали свои жизни князю. Умереть за госпожу — их долг, они не боялись смерти. Но если Жун Мома не одолеет врага, погибнут не только она и они, но и госпожа.

Шаг Юн Итина казался медленным, но два шага покрывали расстояние в десятки метров. Ещё не начав бой, он уже оказывал на Чжао Чжэня и остальных чудовищное давление. Казалось, каждая частица воздуха превратилась в огромную гору.

«Ах, если бы сейчас здесь был господин Хань!» — с тревогой подумал Чжао Чжэнь.

Господин Хань был сильнейшим воином Циньского князя. Никто не знал его настоящего имени, все почтительно называли его просто «господин Хань».

— Берегите госпожу! — крикнула Жун Мома и, словно ястреб, ринулась вниз с крыши кареты. Длинный меч в её руке задрожал, издав оглушительный звон. Острая, как ураган, ци меча обрушилась на Юн Итина.

— Отлично! — взревел Юн Итин и взмахнул своей линейкой, обрушив её с силой, способной раздавить гору.

В мгновение ока они сошлись в яростной битве. Оба были воинами Небесного Человека, способными летать. То они падали на землю, как метеориты, то взмывали в воздух, как ласточки. Бой был невероятно жесток.

Свет меча и тень линейки переплетались, сталкивались, взрывались, словно разноцветные фейерверки, расцветающие в небе.

Чжао Чжэнь и остальные смотрели, заворожённые, потрясённые до глубины души. Хотя между уровнями Кровавого Моря и Небесного Человека была всего одна ступень, разница в силе была как между небом и землёй.

Бум!

Очередной прямой удар. После грохота они разлетелись в стороны.

Юн Итин сказал:

— Твоя сила действительно превзошла все ожидания. Но ты не сможешь уберечь ту вещь. Давай так: ты отдашь мне её, и я немедленно уйду.

— Не смогу уберечь? — Жун Мома усмехнулась, и в этой усмешке было презрение.

Ш-ших!

Тело Жун Мома мелькнуло, словно пронзив пространство, и в следующий миг она уже стояла перед Юн Итином. Взмах меча — и мощный удар обрушился на него.

Бум!

Один удар породил восемнадцать ослепительных мечей, внезапно вспыхнувших в воздухе. Они понеслись, словно серебряные драконы, вырвавшиеся из моря, ревя и несясь в пустоте. А затем эти лучи молний сплелись и слились в один серебряный клинок, подобный сияющей луне.

Сейчас Жун Мома походила на богиню войны. Она держала в руках полную луну, излучая свет в десять тысяч чжанов, подобно палящему солнцу, разрывая тьму и озаряя весь мир.

— Жун Мома! — Чжао Чжэнь и остальные, только что охваченные страхом, мгновенно успокоились.

Они знали, что Жун Мома сильна, но не ожидали, что настолько. Сейчас она словно переродилась, будто меч, возгордившийся миром, воплотилась на земле — великолепная, неземная.

Даже легендарная женщина-бессмертный мечник вряд ли была бы лучше!

Лицо Юн Итина мгновенно побледнело. Свет меча был ярок, как полная луна, но его чувства наткнулись на палящее солнце. Кожа по всему телу защипало, словно от ожога, он ощутил сильнейшую опасность. От этого ужасного удара нельзя было уклониться — оставалось только принять его.

— Все действительно недооценили тебя! — в глазах Юн Итина мелькнула жестокость. Скрежеща зубами, он взмахнул мечом, применив свой сильнейший убийственный приём.

Бум!

Кроваво-красные лучи меча хлынули наружу, словно вода из прорванной плотины, заливая всё вокруг.

Но удар Жун Мома был слишком силён. Сильнейший приём Юн Итина наткнулся на врождённого врага. Едва соприкоснувшись, он рассыпался, словно бумажный. Сияющая полная луна внезапно взорвалась, и свет полностью поглотил Юн Итина.

— Нет...! — из горла Юн Итина вырвался раздирающий душу вопль агонии. Его тело в один миг разлетелось на куски, усеяв землю.

Этот легендарный воин Небесного Человека, бросивший литературу ради боевых искусств и добившийся успеха лишь в зрелом возрасте, был убит одним ударом Жун Мома. Легенда закончилась.

Сила этого удара была подобна сошествию самого божества!

— Жун Мома... богиня! — Чжао Чжэнь и остальные застыли на месте, глядя на Жун Мома, медленно опускающуюся на землю. В их глазах было благоговение, словно перед ликом божества.

Но в следующее мгновение все они побледнели от ужаса.

http://tl.rulate.ru/book/200766/23454591