Готовый перевод The Boys: Transmigrated as Soldier Boy, Raising Homelander from Childhood / Пацаны: Стал Солдатиком и с детства воспитываю Хоумлендера: Глава 12: Смерть Эдгара

***

99-й этаж башни Воут, кабинет генерального директора.

Эдгар неподвижно сидел за своим массивным столом из цельного дерева. На его лице не отражалось ни единой эмоции. За его спиной располагалось панорамное окно, из которого весь Нью-Йорк был виден как на ладони. Весь 99-й этаж принадлежал ему одному.

Яркий свет, роскошная отделка, зеркально отполированный пол — всё здесь кричало о безграничном богатстве и могуществе корпорации Воут. В обычное время здесь должны были находиться как минимум три секретаря, непрерывно докладывающие о делах компании, но сейчас в огромном пространстве Эдгар был совершенно один.

Зажжённая сигара в его руке медленно превращалась в пепел. Эдгар так и не сделал ни единой затяжки. Тлеющий огонёк испускал струйку белого дыма, и аромат дорогого табака с нотками кедра заполнял кабинет. Взгляд Эдгара сквозь дымку был прикован к дверям офиса. Он ждал.

Эдгар приоткрыл ящик стола и коснулся ладонью холодного корпуса кастомного револьвера, выполненного в ретро-стиле. С того самого момента, как он узнал о возвращении Солдатика, он не собирался бежать. Эдгар понимал: Солдатик — первоклассный охотник, способный выследить любую добычу. Побег лишь отсрочил бы неизбежное, наполнив оставшееся время мучительным ожиданием и парализующим страхом.

Только Эдгар попытался взять себя в руки, чтобы встретить врага с достоинством, как панорамное окно за его спиной с оглушительным звоном разлетелось на куски.

Ледяной ветер с высоты птичьего полёта ворвался в помещение. Эдгар вздрогнул от резкого холода и обернулся. Бенджамин, держа за руку маленького Джона, парил в воздухе, после чего плавно приземлился на ковёр кабинета.

— Ты научился летать, Бенджамин, — спокойно произнёс Эдгар, словно встретил старого друга после долгой разлуки. — Похоже, русские продвинулись гораздо дальше, чем мы думали, сумев развить потенциал Препарата V в твоём теле. Оказывается, сибирские свиньи не так уж бесполезны. Если бы доктор Воут был жив, он был бы в восторге.

— Хех, сомневаюсь, что он был бы рад, — Бенджамин на удивление воздержался от грубостей. — Ты предал меня, позволив русским забрать меня в плен. И благодаря этому стал главой корпорации. Если бы я не сбежал, то до сих пор гнил бы в их секретной лаборатории. Я ведь прав, Эдгар?

Бенджамин мельком взглянул на ящик, где лежал револьвер, а затем снова перевёл тяжёлый, изучающий взгляд на Эдгара. Под этим взором тот почувствовал себя крайне неуютно, а по его лбу скатилась капля холодного пота.

Помолчав мгновение, Бенджамин продолжил:

— Доктор Воут вряд ли обрадовался бы успехам русских. Этот нацист и расист первую половину жизни ставил опыты над евреями в концлагерях, а вторую провёл в Америке, изучая Препарат V. Оба его хозяина были врагами русских. Так с чего бы ему восторгаться?

Эдгар не стал спорить. Он перевёл взгляд на Малыша Хоумлендера, которого Бенджамин всё ещё держал за руку.

— Вижу, ты уже всё знаешь. Джон — твой сын. Ну же, говори, как ты собираешься со мной поступить? Я подставил тебя, обрёк на годы пыток и позволил проводить бесчеловечные эксперименты над этим мальчиком.

Бенджамин промолчал, продолжая смотреть на ящик с оружием. Эдгар горько усмехнулся и достал револьвер. Он откинул барабан, проверяя патроны — шесть поблёскивающих жёлтым золотом гильз были на своих местах.

— Это на самый крайний случай, — Эдгар защёлкнул барабан. — Бенджамин, возможно, нам всё же стоит поговорить. Пока тебя не было, я сделал всё, чтобы превратить твоё имя в легенду. Я выставил тебя великим героем, который пожертвовал собой ради спасения атомной станции. Вся Америка поклоняется тебе. Теперь, когда ты вернулся, мы могли бы вывести наше сотрудничество на новый уровень.

В Эдгаре снова заговорил делец. Он начал предлагать условия. В его представлении Солдатик всегда был вспыльчивым и несдержанным. Раз он не размозжил ему голову в первую же секунду, значит, зачем-то оставил в живых.

— Посмотри туда, — Эдгар указал на соседний небоскрёб. Сквозь разбитое окно было видно гигантское полотно с портретом Солдатика. На плакате Бенджамин был в своём старом шлеме и со щитом, на котором был изображён белоголовый орлан. — Это самый дорогой рекламный участок в Нью-Йорке. Аренда такого места стоит три миллиона долларов в год. Пропаганда требует денег. Известность требует денег. Маркетинг требует денег. Сохрани мне жизнь, и ты станешь теневым хозяином корпорации. Я продолжу управлять Воут для тебя и прославлять твоё имя. Твой имидж в сочетании с моими методами управления сделают Воут непобедимой силой в мире бизнеса. И в частном порядке я сделаю для тебя всё, что пожелаешь. Абсолютно всё.

Бенджамин с брезгливостью махнул рукой, прерывая его речь.

— Эдгар, знаешь, почему ты всё ещё жив и почему я позволил тебе вывалить на меня всё это дерьмо?

— Думаешь, я ещё могу быть полезен?

— Нет.

Бенджамин повернулся к Джону.

— Я просто хотел, чтобы мой сын увидел, насколько жалок и смешон делец, для которого не существует ничего, кроме выгоды.

***

Спустя мгновение в кабинете на 99-м этаже грохнул выстрел.

Аромат кедра смешался с едким запахом пороховой гари. Воздух наполнился тяжёлым запахом крови. Вскоре ледяной ветер, врывающийся в разбитое окно, развеял эти запахи.

— Отец... кажется, я понял, чему ты хотел меня научить.

Всё это время Малыш Хоумлендер внимательно слушал разговор. Он узнал правду о предательстве и увидел, как Эдгар, пытаясь спасти свою шкуру, выкладывал на стол все свои карты и козыри. Джон почувствовал странный отклик в душе.

— И что же ты понял? — спросил Бенджамин, отводя взгляд от тела Эдгара с развороченной головой.

Джон немного подумал и ответил:

— Человек не должен ради собственной выгоды переходить все границы, причинять боль другим или предавать своих.

Мальчик говорил немного путано, но для ребёнка, выросшего в изоляции лаборатории, это было серьёзным достижением.

— В общем-то, всё верно, — Бенджамин погладил сына по голове. — Ты должен запомнить одну вещь: у всего в этом мире есть своя цена, даже если она не видна сразу. За каждое злодеяние, совершённое ради цели, за каждого преданного тобой человека в итоге придётся платить самому.

— Я запомню, отец, — серьёзно кивнул Джон, навсегда запечатлев эти слова в памяти.

http://tl.rulate.ru/book/200549/23802102