Готовый перевод Douluo Continent: Resurrecting Bibi Dong at the Start / Боевой Континент: Система «Мои желания — закон»: Глава 18. Цао Мэндэ становится богом

Глава 18. Цао Мэндэ становится богом Глава 18. Цао Мэндэ становится богом. Биби Дун и подумать не могла… Что метод сбора уровня злой веры Цао Мэндэ заключался в совершении «таких» вещей. — Ты… — Что это вообще такое? Биби Дун покраснела от стыда, её сердце было в смятении. Она ещё так клялась помочь Цао Мэндэ. Вот теперь! «Не спросишь – не узнаешь… А спросишь – испугаешься». Цао Мэндэ беспомощно покачал головой и вздохнул. — Я уже открыл путь к самостоятельному становлению богом, но кто бы знал, что метод сбора уровня веры окажется таким. — Этот божественный ранг специально издевается надо мной. — Забудь, Его Святейшество Папа, пусть это божество не станет богом, давайте выйдем. Отныне забудем о мести, забудем о возрождении страны, и проживем остаток жизни так. Услышав это, Биби Дун невольно пришла в ярость. Забыть? Можно ли это забыть? Тан Сань, Юй Сяоган, Шрэк, Империя Небесного Доу, Бог Моря, Бог Рашаса и так далее. Эти люди были виновны в кровных долгах перед ней. Её собственная гибель, разрушенный божественный ранг её дочери. Империя Боевых Духов из-за этого пала. Все её жизненные чаяния обернулись прахом. К счастью, она воскресла с помощью Цао Мэндэ. Если будет возможность… Она обязательно возродит Империю Боевых Духов и станет владычицей этого мира. Но… Единственный, кто мог ей помочь, – Цао Мэндэ… Требовал такого метода для сбора уровня злой веры. — Ты… — Почему бы тебе не пойти к Сяосюэ? — Я знаю, что между вами давно уже были отношения, Сяосюэ тоже очень любит тебя, я соглашусь на ваш союз. Выражение лица Биби Дун было очень застенчивым. Почему он обязательно хотел её? Цао Мэндэ поспешно ответил: — Его Святейшество Папа, не поймите меня неправильно, я вовсе не жажду вашей красоты. — А потому, что вы унаследовали божественный престол Рашасы, что символизирует зло. Только от вас я могу получить уровень злой веры. — Предыдущий Бог Рашасы тоже подошел бы, но вы же знаете, разве он станет меня слушать? Узнав о моих намерениях, он разве не порубил бы меня в фарш? Цао Мэндэ, исходя из концепции зла… Плюс неосведомленность Биби Дун об уровне веры, – всё это выглядело довольно убедительно. — Конечно, я знаю, что вам очень трудно. — Забудьте, давайте выйдем. Цао Мэндэ притворно двинулся с места. Однако, он шел очень медленно. Он боялся, что если он выйдет из тайной комнаты, Биби Дун так и не выразит своего согласия. — Ты… — Стой! Услышав это… Цао Мэндэ тут же остановился, словно лишний шаг означал бы его поражение. — Неужели нет другого способа? Биби Дун спросила, повернувшись к нему спиной. В конце концов… Её щеки пылали до предела. — Если бы был другой способ, разве я выбрал бы такой непристойный метод? Вы же знаете, если бы я, Цао Мэндэ, желал вашей красоты, разве стал бы ждать до сегодняшнего дня? — Довольно! Биби Дун тихо закричала. Она не так давно знала Цао Мэндэ. По его поведению нетрудно было понять, что он вовсе не тот, кто злоупотребляет своим Боевым Духом Тайной Комнаты. В противном случае… Сейчас она находилась в тайной комнате, и её сила духа исчезла. Если бы он насильно собирал уровень злой веры, она бы не сбежала. То, что он согласился обсудить это с ней… Доказывало, что Цао Мэндэ был хорошим человеком. — Ты… иди сюда… — Об этом нельзя никому говорить, тем более Сяосюэ. Я надеюсь, что вы будете счастливы. *** В тайной комнате. Цао Мэндэ воспрял духом и начал собирать уровень злой веры. Каждый раз он слышал отклик Системы. На полу – плюс один процент. На стуле – плюс один процент. В воздухе – плюс один процент. У стены – плюс один процент. Вот так, и этак, и снова так… Независимо от способа, каждый раз можно было получить только один процент уровня веры. Цао Мэндэ не жаловался. Наоборот, он думал, что это даже много. За пределами тайной комнаты. Наступила ночь. Цянь Жэньсюэ сидела на перилах, её изящные ноги свисали в воздухе, и она тихо ждала возвращения Цао Мэндэ и её матери. «Оказывается, тайная комната Цао Мэндэ может помогать и другим культивировать?» «Когда мать вернется… Я тоже пойду культивировать в тайную комнату, чтобы поскорее повысить свою силу духа». Постепенно… Ночь сменилась днём. Пока солнце не поднялось высоко, Цянь Жэньсюэ зевала. — Прошли уже сутки. — Мэндэ сказал, что это займет от одного до двух дней, а то и от трех до пяти лет. Эх… если это действительно три-пять лет, как он один будет справляться? На третий день. Цянь Жэньсюэ сидела у входа в Папский Дворец. В руке она держала золотой длинный меч, созданный из силы духа, и бездумно размахивала им. Божественный ранг был разрушен. Её божественное оружие – Святой Меч Ангела – тоже исчезло. Благодаря появлению Цао Мэндэ… В ней снова разгорелось стремление возродить Империю Боевых Духов. Но… Цао Мэндэ и её мать были в уединении. Кто знает, сколько это займет времени? Грохот… Раздался оглушительный взрыв. Цянь Жэньсюэ подняла голову. Тайная Комната, парящая над Залом Боевых Духов, внезапно взорвалась и исчезла. Две фигуры, растянувшись в воздухе, падали вниз. Неправильно. Цянь Жэньсюэ тут же вызвала своего боевого духа Шестикрылого Ангела. Используя свой навык полета, она взмыла в воздух, чтобы поймать Биби Дун. — Мать, что с тобой? Биби Дун была такой же, как и Цао Мэндэ. Бледная, с изможденным видом. Это сильно напугало Цянь Жэньсюэ. Оба, казалось, потеряли всякую силу, позволяя своим телам падать. После того, как Цянь Жэньсюэ обняла Биби Дун… Она поспешно полетела к Цао Мэндэ. Вот так… Она обняла их обоих по одному и опустилась на землю. — Мать… — Мэндэ… — Что с вами? Неужели во время уединенного культивирования они сошли с ума? Цянь Жэньсюэ не смела больше ничего представлять. Сейчас. Она не могла допустить, чтобы её близкие пострадали ещё больше. Измученные глаза Цао Мэндэ медленно приоткрылись. — Сяосюэ, мы в порядке. — Всего несколько дней отдыха, и всё будет хорошо. Сказав это… Перед глазами Цао Мэндэ потемнело, и он окончательно потерял сознание. Ведь. Прошло три дня и три ночи. Он культивировал сто раз. Во всём мире. Только у него, Цао Мэндэ, была такая выносливость. *** Зал Боевых Духов. Покои Биби Дун. Цянь Жэньсюэ, как всегда, заботилась о Биби Дун, кормя её. В эти дни. Цянь Жэньсюэ бегала туда-сюда. То поила Цао Мэндэ, то кормила Биби Дун. Увидев, что их лица становятся всё румянее, она успокоилась. — Ся… Сяосюэ? Биби Дун медленно открыла глаза и увидела Цянь Жэньсюэ, стоявшую у кровати. — Мать, ты наконец очнулась, — радостно воскликнула Цянь Жэньсюэ. При помощи Цянь Жэньсюэ… Биби Дун прислонилась к изголовью кровати. — Мать, случилось ли что-нибудь, когда вы с Мэндэ были в уединении? Вы же пролежали без сознания три дня после того, как вышли из тайной комнаты. — А? Я… — Я была без сознания три дня? Вспомнив так называемое уединенное культивирование… На лице Биби Дун мгновенно появилось смущение. Но вскоре. Она подавила это выражение, ни за что не позволяя дочери что-либо заметить. — Сяосюэ… Биби Дун нежно позвала. И медленно сжала руку Цянь Жэньсюэ. — Сяосюэ, я, мать… прощу тебя. Цянь Жэньсюэ и понятия не имела, что произошло. Она подумала, что Биби Дун имела в виду своё прежнее отношение к ней. — Мать, прошлое ушло, пока я смогу быть рядом с тобой в будущем, я буду самой счастливой. — Кстати, мать, как прошло ваше культивирование с Мэндэ в тайной комнате? Узнав, что они из-за этого потеряли сознание… Цянь Жэньсюэ очень забеспокоилась. Но она увидела, что Биби Дун странно себя ведет, что-то мямля. — Культивирование… — Культивирование прошло очень успешно. — Он… — Он самостоятельно создал божество, должно быть, уже официально стал богом. 

http://tl.rulate.ru/book/200415/23714929