Готовый перевод Ocean Master: My catches are driving the whole village crazy! / Мастер океана: Мои уловы сводят с ума всю деревню!: Глава 17. Преграда на причале

Утренний морской бриз нес с собой соленую влагу и прохладу. Он окончательно разогнал клочья тумана, окутывавшего залив Лунванвань всю ночь. Над горизонтом, натужно пробиваясь сквозь плотные облака, поднималось багровое солнце, превращая зеркальную гладь воды в россыпь дробленого золота.

«Тух-тух-тух-тух...»

Знакомый рокот двигателя «Вэйчай 6160», напоминающий тяжелое дыхание старого вола, разносился далеко над волнами. «Одинокий волк» уверенно шел к берегу. Нос судна был слегка задран — верный признак того, что корабль возвращается с богатой добычей. Белые буруны, расходящиеся от бортов, казались тяжелее и приземистее, чем при выходе в море; судно шло плотно, основательно.

В рубке Лу Цин одной рукой придерживал штурвал, а в другой сжимал сигарету, догоревшую до самого фильтра. Его глаза покраснели от лопнувших сосудов — цена бессонной ночи, проведенной в море. Однако взгляд оставался острым и светился трудноскрываем азартом.

— Брат, гляди! Наш причал! — Шуаньцзы, перегнувшись через борт на палубе, возбужденно указывал на приближающуюся береговую линию.

Лу Хай сидел на корточках у крышки живорыбного трюма с сачком в руках. Время от времени он приоткрывал створку, чтобы заглянуть внутрь. Услышав крик Шуаньцзы, он выпрямился, и на его лице проступила простодушная, хоть и усталая улыбка.

— Наконец-то вернулись... Эта поездка была похожа на какой-то сон.

Он посмотрел под ноги. Там, в трюме, больше пятисот цзиней отборных мангровых крабов яростно щелкали клешнями, пуская пузыри в проточной воде. Какие там крабы... Это был целый трюм живых денег!

Однако радость не успела согреть сердце Лу Цина. Его взгляд внезапно заледенел.

— Что-то не так.

Лу Цин резко выпрямился, придавил окурок в пепельнице и схватил лежащий рядом бинокль. В окулярах возникла панорама грузового терминала залива Лунванвань. Обычно в это время здесь было не протолкнуться от суеты, криков рыбаков и снующих перекупщиков, но сегодня причал выглядел пугающе пустым.

Мелких торговцев, которые обычно дрались за свежий улов, не было и в помине. Вместо них у входа на эстакаду выстроилась шеренга людей в старой желто-зеленой форме с красными повязками на рукавах.

Впереди всех, в цветастой рубашке и с перебинтованной головой, стоял человек. Он по-хозяйски закинул ногу на причальную тумбу и вертел в руках мегафон. Кто это мог быть, если не Ван Бяо?

— Вот же гаденыш... — Лу Цин отложил бинокль, и его губы тронула холодная усмешка. — Прицепился как банный лист. Все-таки подкараулил.

— А-Цин, что там? — Лу Хай тоже почувствовал неладное, его лицо мгновенно побледнело. — Это что... дружинники? Ван Бяо притащил деревенский отряд содействия?

В сельской местности образца 2005 года такие отряды были особой силой. Не полиция, но на своем клочке земли их резиновые дубинки порой весили больше, чем все законы вместе взятые. Тем более что большинство из них были прихлебателями Ван Чанфы и привыкли вести себя как полноправные хозяева округи.

— Это по нашу душу, — коротко бросил Лу Цин.

Не успел он договорить, как из установленного на причале громкоговорителя раздался хриплый, как треск ломающегося корыта, голос Ван Бяо. Усиленный током, он неприятно резал слух:

— Судно впереди! «Одинокий волк»! Слышите меня?! Немедленно глушите мотор! Причаливайте для досмотра! Нам поступил сигнал от бдительных граждан: есть подозрение, что вы занимаетесь незаконным выловом видов, занесенных в Красную книгу! Судно подлежит задержанию для проверки! Любое сопротивление будет расценено как нарушение закона!

Такое обвинение могло раздавить любого. Защищенные виды? В этих водах, кроме морских черепах и китайских белых дельфинов, и охранять-то было некого. Чистой воды провокация!

— Да пошел он к черту со своими сказками! — Шуаньцзы, услышав это, вспыхнул как порох. У этого здоровяка логика была простая: этот улов они добыли, рискуя жизнями, и тот, кто пытался его отобрать, покушался на саму их жизнь.

С грохотом Шуаньцзы схватил лежавшую на палубе тяжелую железную лопату для льда. С налитым кровью лицом он выскочил на нос и проорал в сторону причала:

— Ван Бяо! Только сунься сюда! Я тебе башку этой лопатой в плечи вколочу!

— Шуаньцзы! Не смей! — Лу Хай в ужасе бросился к нему, обхватывая за пояс. — Это же дружина! За нападение на них в тюрьму закроют!

— Плевать на тюрьму! Если они заберут товар, нам жрать нечего будет! — глаза Шуаньцзы налились кровью.

На причале Ван Бяо, завидев лопату в руках парня, ничуть не испугался. Напротив, он просиял. Обернувшись к рядам дружинников с дубинками, он закричал:

— Видали?! Видали?! Это же вооруженное сопротивление властям! Как только причалят — сразу в наручники! Весь товар сгрузить и под арест! Чтобы ни одной крабьей лапки не пропало!

Его расчет был точен и подл. Стоило судну коснуться причала — людей повяжут, а улов конфискуют. Даже если потом выяснится, что никакие это не «защищенные виды», после того как эти остолопы переворошат крабов, те наполовину передохнут. Лу Цин получит назад лишь гору гниющего панциря. Это называлось «уничтожить противника по закону».

— А-Цин... что нам делать? — у Лу Хая на глазах выступили слезы отчаяния. — Если мы подойдем, всему конец!

В рубке пальцы Лу Цина мерно постукивали по ободу штурвала. Его взгляд был спокойным, как гладь бездонного омута. Он считал. Считал направление ветра, высоту прилива и человеческую глупость.

Ван Бяо думал, что это тупик? Думал, что, перекрыв причал, он контролирует всё?

— Брат, Шуаньцзы, бросьте лопату, — голос Лу Цина донесся из окна рубки. Негромкий, но исполненный такой уверенности, что она мгновенно передалась остальным. — Драться с собакой — дело неблагодарное. Победишь — весь в шерсти будешь, проиграешь — придется от бешенства лечиться. Невыгодно. Раз уж молодой господин Ван так любит морской воздух, пусть дышит им всласть.

С этими словами Лу Цин резко крутанул штурвал. Огромный корпус «Одинокого волка» в двухстах метрах от причала внезапно заложил крутую дугу. Корабль разворачивался!

— Э? Удирает? — Ван Бяо на причале опешил. — Он что, бежать вздумал? Куда он денется? В радиусе десяти ли это единственный глубоководный причал. Где он свою ржавую посудину приткнет?

— Бяо-гэ! Он правит к Грязевой отмели! — крикнул один из подручных, указывая на запад.

— К Грязевой отмели? — Ван Бяо презрительно фыркнул. — Там сплошная жижа. В отлив там даже плоскодонка на пузо садится. Он что, решил свой десятитонный гроб там похоронить? Самоубийца!

Однако в следующую секунду ухмылка застыла на лице Ван Бяо. Он забыл заглянуть в календарь. Сегодня было первое число по лунному календарю. Время сизигийного прилива!

И именно сейчас вода стояла на высшей точке.

«Одинокий волк» и не думал сбавлять ход. Пользуясь аномально высоким уровнем воды, он, словно разъяренный кабан, несся прямо на заросшую камышом дикую береговую линию к западу от деревни. Это было «секретное место» Лу Цина еще с детских лет — единственная точка, где в большой прилив крупное судно могло вплотную подойти к твердой почве.

— Приготовить кранцы! Идем на швартовку! — рявкнул Лу Цин.

Шуаньцзы среагировал мгновенно. Бросив лопату, он схватил два старых ската и перебросил их через борт.

«Бум! Скр-р-р-р...»

Раздался скрежет, от которого заныли зубы. Днище судна чиркнуло по мягкому илу, корпус ощутимо вздрогнул, но «Одинокий волк» замер, надежно уткнувшись в камышовые заросли всего в пяти метрах от берега.

— Встали! — радостно завопил Лу Хай.

Отсюда до большой дороги было всего триста метров через густые плавни. А банде Ван Бяо, чтобы добраться сюда с причала, пришлось бы отмахать добрых два километра, продираясь через колючий кустарник. Это был выигрыш во времени.

— Живо! Не стоять! — Лу Цин выскочил из рубки, уже подхватив тяжелый пластиковый ящик с крабами. — Брат, Шуаньцзы! У нас всего двадцать минут! Через двадцать минут начнется отлив, и судно сядет на мель намертво! Разгружаем всё! Уходим через камыши!

— Есть!

В этот миг троица словно вернулась в ту ночь, когда они толкали бочки с топливом в гору. Потенциал, который пробуждается в людях ради выживания, безграничен.

Лу Цин шел первым. Вскинув на плечо ящик весом в добрых пятьдесят килограммов, он спрыгнул прямо в мутную воду, доходившую ему до пояса.

Всплеск! Ноги увязали в склизком иле, но он двигался стремительно. Острые листья камыша хлестали по лицу, оставляя кровавые полосы, но он даже не моргал.

— Быстрее! За мной!

Лу Хай и Шуаньцзы, взвалив на себя ношу, прыгнули следом. Трое мужчин напоминали отряд, совершающий форсированный марш-бросок.

Миновав заросли камыша, они выбрались к кольцевой прибрежной дороге. Там, на обочине, уже стоял небольшой белый рефрижератор, мигая аварийкой. Рядом с машиной, нервно поглядывая на часы, прохаживался толстяк в костюме.

Это был не кто иной, как менеджер по закупкам отеля «Хайтянь», господин Лю. Увидев трех «водяных», вынырнувших из камышей, Лю сначала остолбенел, но тут же расплылся в улыбке:

— Ой, братец Лу! Наконец-то! Я уж грешным делом подумал, что тебя эти дружинники замели! Еще пять минут — и я бы сам пошел на прорыв!

Менеджер Лю командовал водителю открывать фургон, а сам во все глаза смотрел на яростно шевелящихся крабов:

— Ох, хороши! Какая мощь! Невероятно! Это и есть те самые легендарные крабы из Леса висячих сетей? Гляньте на клешни — все в мозолях! Настоящий деликатес!

— Меньше слов, грузи! — Лу Цин забросил ящик в кузов, тяжело дыша. — Лю-гэ, о деньгах потом, уезжаем немедленно! Люди Ван Бяо на подходе!

— Понял, не дурак!

Работа закипела. Меньше чем за десять минут пятьсот цзиней крабов перекочевали в машину.

«Бам!» — тяжелая дверь рефрижератора захлопнулась.

И только тогда издалека донеслись яростные крики. Ван Бяо, задыхаясь и теряя на ходу обувь, выскочил к кромке камышей. Ему оставалось лишь бессильно смотреть, как белый грузовик, выплюнув облако черного дыма, рванул с места и скрылся за поворотом шоссе.

А пустой «Одинокий волк» остался стоять в грязи, словно безмолвно насмехаясь над толпой дураков, проделавших долгий путь впустую.

— ЛУ ЦИН!!! — Ван Бяо в бешенстве швырнул мегафон в грязь. Рана на его голове открылась, и по лицу потекла кровь, делая его вид по-настоящему зловещим. — Ты у меня попляшешь! Я с тобой еще не закончил!

У дороги Лу Цин прислонился к каменному парапету и достал из кармана помятую сигарету. Чиркнула спичка. Он глубоко затянулся, позволяя едкому дыму вытеснить усталость из легких. Глядя на беснующегося вдали Ван Бяо, Лу Цин выпустил ровное колечко дыма.

— Не закончил? — его взгляд стал пугающе глубоким. — Это только прелюдия. Настоящее представление еще даже не началось.

http://tl.rulate.ru/book/200094/23309606