…
Вернувшись в общежитие, Мюррей Грин не теряя времени сел на кровать, скрестив ноги. Закрыв глаза, он начал про себя повторять технику медитации, пытаясь войти в нужное состояние.
За сегодня он еще не практиковался, поэтому запас сил и энергии был на пике. Однако из-за отсутствия наставника, который мог бы направить его поток, Мюррей не добился никакого прогресса, кроме странного ощущения беспокойства в теле.
Спустя час бесплодных попыток Мюррей Грин, так и не сумев войти в состояние медитации самостоятельно, немного пал духом. Он открыл глаза и сделал несколько глубоких вдохов, чтобы успокоить взбудораженный организм.
«Эта техника медитации – штука поистине странная. В голове всё сидит четко, но стоит открыть рот – и слова не идут, стоит взяться за перо – и всё забываешь. А иначе я бы хоть проверил, не ошибся ли где в расчетах», – горько усмехнулся Мюррей.
Он тяжело вздохнул и принялся вполголоса успокаивать сам себя:
— Да ладно, всего второй день пошел. Обычным людям требуется около месяца, чтобы впервые войти в медитацию без посторонней помощи. Время еще есть.
Похоже, эти уговоры подействовали. Расслабившись, Мюррей почувствовал навалившуюся усталость. Он снова закрыл глаза, откинулся назад на кровать и вскоре крепко уснул.
Когда Мюррей Грин вновь открыл глаза и глянул в окно, он обнаружил, что солнце уже клонится к закату.
«…»
«Ну и ну. Это что, типичные будни деградирующего студента? Так не пойдет, завтра же возьмусь за ум. Нельзя столько спать», – проснувшись, Мюррей преисполнился решимости. Он быстро встал, привел себя в порядок и покинул общежитие, направившись в столовую.
В обеденном зале уже сидело несколько человек. Среди них Мюррей заметил пару знакомых лиц – это были его одноклассники по урокам медитации. Некоторые вежливо поздоровались с ним, и Мюррей, ответив коротким кивком, подошел к окну выдачи заказов.
— Добрый вечер. Мне, пожалуйста, две порции жареных стейков с медом и стакан виноградного сока. Спасибо.
— Два стейка – шестьдесят медных монет, виноградный сок – двадцать. Итого восемьдесят медных монет.
Цены здесь были заметно выше, чем в городе. Впрочем, для главного города Севера и тем более для Академии Эллис, расположенной в самом его центре, такая стоимость считалась вполне приемлемой.
Мюррей достал студенческую карту и приложил её к магическому кругу на прилавке. Система зафиксировала транзакцию, после чего он подхватил поднос и нашел свободное место.
Эта маленькая карточка стоила целых десять золотых не просто так – она была связана с единым магическим контуром всей Академии Эллис. Здесь функционировал колоссальный комплекс рунных массивов, и без карты жизнь превращалась в кошмар: для входа в общежитие или аудиторию пришлось бы каждый раз отмечаться в журналах, а в столовой – таскать с собой наличные.
Достаточно было внести депозит на школьный счет, и студент мог расплачиваться картой везде, где требовались деньги. Совсем как безналичный расчет в его прошлом мире.
Это по-настоящему впечатлило Мюррея. Оказалось, что даже без цифровых технологий магия здесь развилась до сопоставимого уровня комфорта.
Разумеется, это работало только в пределах Академии. Стоило выйти за её границы, где не действовало покрытие магического поля учреждения, и карта превращалась в обычный кусок пластика, стоящий лишь цены материала.
Мюррей взял нож и вилку, привычно отрезая кусок сочного мяса и элегантно приступая к еде. Но в этот момент перед ним выросла массивная фигура. Почувствовав чье-то присутствие, Мюррей поднял взгляд.
Перед ним стоял высокий молодой человек с приятными чертами лица и на удивление спокойным выражением. В памяти Мюррея тут же всплыло имя. Это был его одноклассник по медитации, кажется, его звали…
— Здравствуй, Мюррей Грин. Я – Ник Браун.
Семья Браун, графский титул.
Ник Браун был по-настоящему крупным парнем. Несмотря на шестнадцать лет, он был на голову выше Мюррея и статью мог потягаться с его старшим братом, Райном Грином. Идеальный кандидат в воины – непонятно, почему он решил податься в маги.
— Здравствуй, Ник. Чем могу быть полезен? — Мюррей отложил приборы, промокнул уголки губ белоснежной салфеткой и встал, официально приветствуя собеседника.
— Могу я присесть на свободное место напротив тебя?
— Разумеется.
Когда они сели, Ник Браун уставился на светло-голубые глаза Мюррея и вкрадчиво спросил:
— Скажи, твоя мать ведь из рода Кэмпбелл?
— Хм, верно. Мою мать зовут Пэнни Кэмпбелл, она третья дочь нынешнего маркиза Кэмпбелла.
Хотя Мюррей и недоумевал, к чему Ник клонит, он ответил честно. Получив подтверждение, Ник Браун внезапно просиял и радостно воскликнул:
— Ох! Вот это совпадение! Моя бабушка – младшая сестра деда нынешнего маркиза Кэмпбелла по отцовской линии. Мы же родственники! Получается, если посчитать, я тебе прихожусь кем-то вроде двоюродного дяди!
…?
«Что за чертовщина?»
Перед лицом внезапно объявившегося «старшего родственника» одного с ним возраста Мюррей почувствовал, что аппетит как рукой сняло.
Впрочем, если его бабушка действительно была теткой его деда, то этот здоровяк Ник Браун, при всей нелепости ситуации, и правда был на целое поколение старше его в иерархии рода.
Черт возьми!
— Дядя?
— Ха-ха-ха! Племянничек Мюррей, да не зови ты меня дядей. Давай без этого официоза. Мы одноклассники, считай, братья. Можешь звать меня просто «старший брат», ну или просто Ник, — выражение лица Ника Брауна мгновенно сменилось с солидного на какое-то маслянисто-хитрое. У Мюррея запульсировало в виске, а кулаки невольно сжались, но, оценив габариты Ника, он решил их разжать.
«Надо же, с виду такой крепкий, честный малый, а на деле – вот такой фрукт».
Аристократические роды имели многовековую историю. Чем древнее и обширнее была семья, тем сильнее переплетались родословные. Это напоминало ситуацию в Европе его прошлого мира, где монархи почти всех стран приходились друг другу кузенами. Если династия прерывалась, всегда можно было «одолжить» принца из соседнего королевства. Этот мир не был исключением.
Здесь никогда не знаешь, кем тебе приходится человек напротив. Можно было встретить прелестную девушку, влюбиться, а потом выяснить, что она – твоя двоюродная прабабка. Ощущения от таких открытий были весьма специфическими.
Род Грин был молодым и незначительным родом с окраин Северных земель. На протяжении нескольких поколений они заключали браки лишь с соседями и никак не могли пробиться в высший свет. Но всё изменилось, когда нынешний граф Грин сначала женился на дочери маркиза Кэмпбелла, а затем прославился в бою и получил титул графа. Род вмиг стал крайне престижным.
Таким образом, будучи сыновьями Пэнни Кэмпбелл и внуками маркиза Кэмпбелла, братья Грин через кровь матери мгновенно вошли в высший круг аристократии Севера.
Вхождение в этот круг имело свои плюсы и минусы. Плюс был очевиден: повсюду родственники, а с родней всегда легче вести дела. Эта истина была незыблема в любом из миров.
Для такого молодого рода, как Грин, это открывало все двери: торговля товарами, закупка стратегических ресурсов или даже займы на ведение войны – всё шло гораздо глаже. Сплошная выгода.
Но был и жирный минус, который Мюррей Грин сейчас прочувствовал на себе. Иерархия. Его личная иерархия в этом родовом древе оказалась до обидного низкой.
От осознания этого факта «холодный аристократичный фасад» Мюррея едва не дал трещину.
http://tl.rulate.ru/book/200079/23359054
Сказали спасибо 0 читателей