Готовый перевод My late dad left me a monster agency! / Мой покойный батя оставил мне агентство монстров!: Глава 61. Дебаты

Услышав слова «казенные деньги», Чжу Юньсун мгновенно почувствовал, как у него подкашиваются ноги. Он низко опустил голову и пробормотал:

— Сиенна сказала, что если репутация Хань Сяо снова будет растоптана, у его младшего брата появится шанс на спасение, и тогда акции корпорации «Оуян» снова пойдут вверх. — К концу фразы его голос окреп, а в глазах вспыхнул безумный блеск, словно он ухватился за последнюю соломинку. — Тогда я смогу выгодно сбыть свои акции! И этих денег точно хватит, чтобы заткнуть дыру в бюджете!

Сиенна была старшей сестрой Оуян Юаньчжуна и имела британское гражданство.

Директор Гун лишь тяжело и неопределенно вздохнул, опускаясь на диван. Его лицо выглядело изможденным и полным бессилия:

— На этот раз Лу Лу официально пошла против тебя. Руководство канала обсудило ситуацию: раз вы двое не можете работать вместе, останется только один. Послезавтра днем в прямом эфире появится сам Хань Сяо, чтобы встретиться лицом к лицу со своим брошенным биологическим отцом. Эта информационная война решит всё: если победит Хань Сяо — вылетаешь ты; если Хань Сяо проиграет — вылетает Лу Лу.

Чжу Юньсун осторожно спросил:

— Дядя, вы имеете в виду, что в тот день мы будем вести эфир вдвоем? Представляя разные точки зрения?

Это что, какой-то турнир по дебатам?

Директор Гун в ярости схватил лежащий под рукой журнал и швырнул его прямо в лицо племяннику:

— Тебе мало позора?! Хочешь, чтобы весь мир узнал, что я не могу навести порядок в собственном ведомстве, и что два ведущих лица нашего канала вцепились друг другу в глотки?!

Даже если после этого один из них покинет канал, всё должно выглядеть чинно и благородно, будто ничего не произошло. В мире взрослых профессионалов ежедневная обязанность — это пускать пыль в глаза и делать вид, что всё в порядке.

Журнал прочертил в воздухе дугу и с громким хлопком врезался в лицо Чжу Юньсуна. У того искры из глаз посыпались, но он не посмел даже пикнуть. Тем более что на обложке красовалось эксклюзивное интервью директора Гуна за прошлый квартал. Чжу Юньсун побоялся даже положить его абы как — он почтительно, обеими руками, водрузил журнал на журнальный столик и спросил:

— Тогда... что же делать? Мне не вести эфир? Но тогда там начнется полный хаос.

— Этот тип по имени Да Си, разве он не любит лезть на рожон? Вот пусть он и будет козлом отпущения. Ведущим этого стрима назначим его! — Директор Гун холодно посмотрел на Чжу Юньсуна, и в его взгляде читалась ледяная решимость. — У тебя есть сорок восемь часов, чтобы как следует подготовить этих людей. Вдолби им, что можно говорить, а что нельзя. Это твой последний шанс.

В то же самое время Чжан Мо, сидя в доме на колесах Лу Лу, разговаривала по телефону с Хань Сяо, в подробностях излагая план действий:

— Ситуация такова. Стрим полностью берет на себя наша платформа. Он состоится послезавтра в пять часов вечера прямо во дворе дома семьи Хань. Мое мнение: вместо того чтобы давать другим шанс очернить тебя, лучше использовать эту возможность, накрыть их всех разом и прихлопнуть одним махом. Но если ты против, скажи сейчас, и я пойду на переговоры с руководством «Томато ТВ».

Хань Сяо ответил без колебаний:

— Не нужно. Я понимаю, что это максимум того, что госпожа Чжан смогла для меня выбить.

У «Томато ТВ» было собственное приложение, и хотя там еще не открыли раздел прямых трансляций, готовность отдать трафик другой платформе дорогого стоила. Обычно такие партнерства обсуждаются месяцами, и то, что Чжан Мо удалось договориться так быстро, явно потребовало немалых усилий. Хань Сяо был искренне благодарен.

— Я сейчас же заказываю чартер и вылетаю со своими людьми.

Чжан Мо:

— Хорошо.

Перед тем как повесить трубку, Хань Сяо внезапно спросил с недоумением:

— Вообще-то я с самого начала хотел спросить... почему мне кажется, что рядом с тобой кто-то рыдает?

Чжан Мо холодно отрезала:

— Тебе послышалось. — И решительно нажала отбой.

Затем она повернулась и с каменным лицом посмотрела на сидящую рядом Лу Лу.

В данный момент Лу Лу, знаменитая на всю страну «золотая ведущая», вцепилась в смартфон и вопила, обливаясь слезами:

— Почему ты не сказала мне раньше?! Я же чуть не умерла от страха! Почему ты не предупредила, что на тебя нацелился такой психопат?! И у тебя еще хватает совести хвастаться, что ты сломал ему ногу? А если бы он начал мстить? У этого человека нет ничего человеческого! Посмотри на себя, ты же такой хрупкий, чувствительный, возвышенный человек, куда тебе тягаться с этим жестоким монстром! Сказал бы раньше, я бы ни за что не осталась работать с этим подонком Чжу Юньсуном! Как только подумаю, что этот маньяк из семьи Оуян мог через Чжу выведывать о тебе... мне становится дурно! Ты такой простодушный, ты даже не представляешь, на что способны подобные извращенцы!

Чжан Мо: «...»

Простодушный, хрупкий, чувствительный, возвышенный.

Она вспомнила третьего брата Е, который во время поисков ребенка несколько раз едва не засучил рукава, чтобы лично начистить физиономии семейству Чжэн, и впервые почувствовала, что эти эпитеты звучат как-то странно.

Ей очень хотелось позвонить Е Фанъюй и уточнить, сколько именно у нее третьих братьев. То ли она сама обозналась, то ли Лу Лу видит мир в розовых очках.

Время летело быстро, обе стороны лихорадочно готовились к эфиру. Однако за эти два дня произошло непредвиденное: Чэнь Цзиньхуа, мать, ищущая дочь, внезапно решила отказаться от участия в стриме.

Это решение застало Чжу Юньсуна и Да Си врасплох.

В отеле, где остановилась Чэнь Цзиньхуа, Да Си изо всех сил пытался ее вразумить:

— Вам нужно успокоиться! Вы что, больше не ищете дочь? А как же болезнь вашего сына?

Чжу Юньсун добавил:

— Сестра Чэнь, вы должны нам верить. Мы искренне хотим вам помочь, иначе я не стал бы тратить столько денег.

Чжу Юньсун поселил их в пятизвездочном отеле, и в каком-то смысле он не лгал — он действительно вкладывал в это дело силы и средства. Конечно, слово «искренне» здесь было чистым враньем. Главное, что Чэнь Цзиньхуа была их ключевой фигурой, живым доказательством того, что стриминг «Шаньхай» — это бессовестная платформа.

Большинством пользователей сети легко манипулировать: если платформа «черная», то и ее топовый стример Хань Сяо — мусор.

Но Чэнь Цзиньхуа совершенно их не слушала. Она заставила их поменять билеты на поезд и уже паковала вещи, чтобы уехать домой.

Чжу Юньсун был в бешенстве. Он подал знак своему помощнику. Из-за «бремени имиджа» он не мог говорить многие вещи лично.

Дюжий помощник всё понял и тут же преградил женщине путь:

— Тетушка, вы уже взяли деньги, вы не можете просто так уйти. И не один раз, мы платили вам дважды! — За то прерванное интервью ей заплатили один раз, а вчера выдали вторую сумму за предстоящий стрим.

Но, к удивлению присутствующих, Чэнь Цзиньхуа, стоя перед громилой-помощником, который был на голову выше нее, ни капли не испугалась:

— Когда вы звали меня, вы не говорили, что это снова связано с той платформой! Мой мужик ходил советоваться к нашему деревенскому мастеру. Тот мастер из стрима — человек с настоящими способностями, мы, деревенские, не смеем идти против него!

http://tl.rulate.ru/book/200056/23302441