Готовый перевод Uchiha Xiu: The Beginning of the Empire / Учиха Сю: Начало Империи: Глава 39

Генералы Учихи Кю, включая Учиху Каге и других, изо всех сил сдерживали глав шиноби кланов Конохи.

Орочимару едва поспевал за своим учителем, но благодаря помощи Манды давление на ниндзя Учиха значительно уменьшилось.

Члены клана Хьюга были отрезаны силами Конохи и не могли пробиться к Учихам. Им оставалось лишь отвлекать на себя как можно больше противников, облегчая участь союзников.

Стиль боя смертников Хирузена Сарутоби, готовых в любой момент взорвать себя вместе с врагом, заставил Учиху Фугаку изрядно понервничать. В одиночку он не мог сдержать такой натиск – его соплеменники один за другим падали замертво или получали тяжелые ранения.

Поскольку Шисуи Учиха выбыл из строя, Минато Намиказе остался без достойного противника. У Фугаку не было иного выхода, кроме как принять весь удар Четвертого на себя. Вокруг него соткалась броня Сусаноо, став надежным панцирем.

Минато, будучи шиноби типа «ассасин», не обладал мощью, способной пробить абсолютную защиту Сусаноо. Его истинная сила заключалась в Хирейшине – ужасающей пространственной технике, которая и возвела его в ранг Каге.

— Летящий Бог Грома: Пространственное Перемещение!

Поняв, что защиту не проломить, Минато решил просто перенести Фугаку подальше от поля боя. К тому времени, как глава Учиха вернется, все уже может быть кончено.

Но в тот самый миг, когда Минато готов был активировать печать…

— ГРРРРА-А-А-А!!

Леденящая душу, удушающая и яростная чакра накрыла поле боя, повергнув каждого ниндзя в шок. Прямо в тылу квартала Учиха возник жестокий Девятихвостый, бешено размахивая своими хвостами.

— Нет! Кушина! — Минато мгновенно прервал технику. Его лицо побледнело, а в глазах отразился смертельный ужас за любимую женщину.

Появление Девятихвостого означало, что в эту ночь в игру вступила сила, способная изменить всё. Хирузен Сарутоби, разорвав дистанцию с Орочимару, с мрачным видом подбежал к преемнику.

— Минато! Разве я не велел тебе спрятать Кушину?!

— Я исполнил ваш приказ! — В отчаянии воскликнул Минато. — Она была в безопасном месте под защитой барьера. Никто не мог прорваться туда силой!

Внезапно Хирузен заметил, как в глазах Девятихвостого проступают узоры Мангекё Шарингана. Его лицо исказилось от ярости.

— Проклятье… этот узор принадлежит Учихе Кю. Он вернулся! Должно быть, эта девчонка Кушина так разволновалась за тебя, что самовольно покинула убежище и наткнулась на него. Но как?! Он же должен быть на фронте!

Битва, доселе яростная, стихла сама собой. Ниндзя замерли, глядя на исполинское чудовище и не смея пошевелиться. Величие и ужас Девятихвостого подавляли любую волю к сопротивлению. Воспользовавшись моментом, Хиаши Хьюга вместе с братом Хизаши быстро отступил к своим людям.

— Наконец-то он вернулся, — Хиаши посмотрел на макушку зверя, и на его лице появилось выражение облегчения. Прибытие Кю означало, что исход битвы предрешен.

Однако его мучил вопрос: откуда Кю узнал о джинчурики? Ведь даже он, глава клана, не обладал этой информацией.

— Что же вы замолчали, господа? Неужели я вам помешал? — Раздался насмешливый голос с головы Лиса. Постепенно перед взорами собравшихся предстал силуэт человека.

— Это глава! Слава богу, мы спасены!

— Его Мангекё подчинил самого Девятихвостого! Да здравствует господин Кю!

Старейшие из Учих, глядя на статного и дерзкого предводителя верхом на Лисе, на мгновение увидели в нем образ былого Мадары Учихи – такого же высокомерного и непобедимого.

Фугаку Учиха опустился на одно колено, зажимая рукой кровоточащий глаз. Глядя на фигуру на вершине зверя, он криво усмехнулся. Микото подбежала к нему, поддерживая мужа.

— Фугаку, твой глаз!

— Отец! Мама! — К ним, задыхаясь, подбежал весь в крови Итачи Учиха. В этот момент в нем было куда больше человеческих чувств, чем раньше.

— Хиаши Хьюга, веди своих людей сюда! — Скомандовал Кю.

Подчиняясь воле хозяина, Девятихвостый шаг за шагом двинулся к силам Сарутоби. Невидимое давление было настолько велико, что Хирузен и остальные не смели шелохнуться, глядя, как клан Хьюга обходит их и соединяется с Учихами.

— Третий-сама, Четвертый-сама, что нам делать?! Почему Девятихвостый здесь? Вы же говорили, что джинчурики в надежном месте!

Перед лицом Лиса силы Чозы Акимичи и других казались ничтожными. Никто не хотел сражаться с таким монстром. Хирузен Сарутоби холодно фыркнул, пресекая панику.

— Вы думаете, Учиха Кю пощадит вас? Не будьте идиотами. Учитывая его жестокость, если мы проиграем, участь ваших кланов будет…

Слова Третьего тяжким грузом легли на плечи глав кланов. Для них интересы семьи всегда стояли на первом месте, и они знали: Кю не из тех, кто прощает врагов.

— Все за мою спину! Забирайте тела павших, — прозвучал спокойный и уверенный голос Кю, обращенный к соплеменникам. — Пока я здесь, вы в безопасности.

Это было похоже на возвращение отца, который пришел защитить детей от обидчиков. Многие Учихи невольно смахнули слезы.

Хирузен Сарутоби впился взглядом в Кю.

— Ты ведь всё это предвидел, верно? Твой уход на фронт был лишь приманкой, чтобы я нанес удар?

Кю расхохотался, и его смех постепенно становился ледяным.

— Раз уж ты догадался, не стану скрывать. Всё идет строго по моему плану.

— Подлый мерзавец! — Сплюнул в сердцах Чоза Акимичи.

— Подлый? — Кю усмехнулся. — Я не спорю с проигравшими.

— Минато, сведения о том, что Кушина – джинчурики, были строго засекречены, — пробормотал Хирузен, подозревая утечку.

Минато, в душе винивший Третьего в сложившейся ситуации, глухо ответил:

— Скорее всего, это Орочимару. Он работал с Данзо, а тот знал всё.

— Будь он проклят… — по лбу Хирузена катился холодный пот. Ситуация, которую он сам же и создал, окончательно вышла из-под контроля.

— Какое совпадение, Минато. Твоя женщина, кажется, очень за тебя переживала, — произнес Кю, усаживаясь по-турецки и поглаживая шерсть Лиса. — А теперь попробуйте на вкус Шар Хвостатого Зверя.

Даже такое великое существо, как Девятихвостый, перед мощью Мангекё превратилось в послушную марионетку. Перед его пастью начала сгущаться чудовищная энергия. Одного такого шара хватило бы, чтобы стереть половину Конохи с лица земли.

— Кушина! — глаза Минато покраснели от боли. При мысли о том, что его жена попала в руки Кю, его сердце разрывалось на части.

http://tl.rulate.ru/book/200035/23804264